Горец (1)
Шрифт:
– Где этот горец?
– прогрохотал Мак-Крагер, подступая к застывшему Рамиресу.
– Ты опоздал, - безразлично улыбнулся тот.
– Я подготовил его для встречи с тобой.
– Да?
– Мак-Крагер вновь занес меч над головой.
– Ты только зря потерял время, Рамирес. Ему твоя наука не поможет. Он - слабак. Как и ты.
Эспадон рассек воздух над головой уклонившегося в сторону испанца. Лезвие перерубило деревянную балку, подпиравшую потолочное перекрытие, которое, лишившись привычной опоры и не выдерживая собственного веса, скрипнуло и, сбросив со
Движение меча Рамиреса было легко и неуловимо. Звериный рык застрял в горле рыцаря, превращаясь в глухой клокочущий хрип. Широко раскрывая рот, он выпучил глаза и схватился руками за перерезанное горло. Из рассеченной артерии сквозь пальцы рекой хлестала густая алая краска, заливая черный костюм.
Увидев фонтан крови, бьющей из страшной раны, Герда издала истошный вопль и заметалась в углу, закрыв лицо руками. Рамирес сделал шаг назад, отступая от раненого врага, и вновь застыл с занесенным над головой мечом.
– Герда, уходи немедленно!
– закричал он.
Рыцарь глубоко вдохнул, прочищая залитое кровью горло, и взмахнул мечом, словно отгоняя наваждение. Он отнял руку от горла и вытер ее о штаны. На его шее зиял рваный рубец с неровными пунцовыми краями. Еще раз жадно вдохнув воздух, Мак-Крагер широко и удивленно улыбнулся.
Тяжелый меч вновь со свистом разрезал вставшее на его пути пространство. Два лезвия со звоном встретились.
Рамирес двигался, как тень, один за другим отражая сокрушительные удары Черного рыцаря. Мак-Крагер принялся загонять испанца, ушедшего в непробиваемую глухую оборону, на узкую каменную лестницу без перил, ведущую на несуществующий второй этаж, от которого остались лишь толстые деревянные балки, торчащие из кирпичной кладки, да еще узкий карниз.
Новый удар, и клинок эспадона застрял в рассыпающемся растворе, соединяющем гранитные кирпичи стены. Потеряв всего мгновение, Черный рыцарь попятился, отстраняясь от блестящего кривого лезвия катаны, пронесшегося перед его глазами, и с трудом удержал равновесие. Серебристо-голубое сияние срезало с его макушки клок волос.
– Ну что?
– поинтересовался Рамирес.
– Дальше?
Взревев, Мак-Крагер вырвал из стены застрявший меч и, вращая им над головой, дико заорал:
– Сейчас ты умрешь, Рамирес!
Испанец взбежал по ступенькам, прыгнул на деревянную балку и начал медленно отступать по ней, цепляясь свободной рукой за шершавые выступы и неровности стены. Черный бросился за ним следом.
Рамирес парировал удары, отступая все дальше и дальше по балке, вжимаясь в холодный сырой гранит. Сталь лязгала по камню, высекая из него фонтаны голубых и желтых искр. Еще шаг - и огромный воин больше не мог достать испанца своим мечом. Не раздумывая, он тоже прыгнул на балку. Дерево, источенное временем, не выдержало чрезмерной тяжести и рухнуло вниз, увлекая за собой кричащего от гнева и бессилия Мак-Крагера.
Истошный вопль Герды заполнил башню вибрирующим гулом. Пытаясь укрыться от падающих сверху обломков, она спряталась под корзинами с распущенной шерстью.
Тело рыцаря врезалось в земляной пол, и
– Герда!
– Рамирес бросился вниз по ступеням к обезумевшей от страха девушке.
Гора обломков вздрогнула, ожила, и Люцифер, заключенный в ней, пробудился, чтобы окончить поединок.
Девушка снова закричала.
Эспадон коснулся каменных плит у самых ног Рамиреса, отламывая серый гранит. Стон рвущегося в окна ветра, вспышки молний и раскаты грома, следующие один за другим, создавали для этой битвы истинно адский колорит. Старая башня начала разваливаться, словно не выдерживая накала боя.
Выписывая в воздухе широким клинком восьмерку, Черный наступал, продолжая реветь, как все демоны геенны на шабаше. Его губы, дергающиеся в оскале, произнесли:
– Рамирес, ты же сам знаешь, что я сейчас самый сильный! Зачем же ты...
– Да?
– испанец продолжал отступать.
– Я знаю, что ты наглый сукин сын. Это все, что я знаю.
Эспадон скользнул по изгибу катаны и, врезавшись в кирпичную стену, разрушил кладку. Груда камней грохочущим водопадом обрушилась на сражающихся.
– Ты мне еще не веришь?
– рыцарь злобно захохотал.
– Я пока вижу, что мой удар не улучшил твой голос, - ехидно заметил Рамирес.
Раскат грома заглушил их голоса, прервав разговор. Порыв ветра набросился на людей, стоящих на покатых ступенях, чуть не сбрасывая их с узкой лестницы, ведущей в никуда. Меч Рамиреса, словно подхваченный этим воздушным потоком, ожил, переходя в наступление. Рука подалась - и катана по самую гарду вошла в тело Мак-Крагера, вспарывая ему живот.
Оскалившись и отступая назад по гудящим ступеням, Крагер схватил лезвие катаны и начал вытаскивать его. Покрытый густой кровью меч вышел из внутренностей рыцаря, разрезая до кости тут же срастающиеся пальцы. Медленно отводя от себя окрашенную багрянцем сталь, Черный взмахнул зажатым в другой руке эспадоном и обрушил его на плечо Рамиреса. Холодная сталь рассекла грудь, обнажая кости ребер. Холодный ветер обдавал крупными каплями дождя измученное борьбой тело. Гроза теперь бушевала прямо над развалинами башни, от которой осталась только одна полуразрушенная лестница, ведущая в бездну. Широкое лезвие во всю длину прошло сквозь тело, разнося позвоночник торчащими в разные стороны острыми ушками гарды. Рамирес обессиленно повис на металле, словно пойманная рыба, насаженная ловким рыболовом на ивовый кукан.
По тонким губам гиганта пробежала легкая улыбка.
– Кто эта женщина?
– спросил он.
Рамирес повернул к нему голову и, глотая пересохшим ртом влажный воздух, прокричал, перекрывая грохот беснующейся стихии:
– Она моя!
– К сожалению, уже не твоя, - засмеялся ему в лицо Черный.
Он трижды провернул меч в теле испанца и, приподняв Рамиреса, поставил его на колени на последнюю ступень лестницы. Широкое лезвие вынырнуло из тела. Рамирес пошатнулся, пытаясь упасть в чернеющий провал, но противник перехватил его тело, крепко сжав рукой плечо.