Элдрич
Шрифт:
Он направился обратно на верхний уровень, но остановился, когда дошел до коридора, где находились тюремные камеры. По его позвоночнику пробежали мурашки ужаса, и он шагнул к тому хранилищу в конце соседнего прохода. Прижав ухо к массивной железной двери, он прислушался к любому звуку.
Все было тихо.
Зевандер постучал, и гулкий отзвук был заглушен отчаянным стуком с другой стороны.
– Выпусти меня! Прошу! Зевандер! Если ты там, выпусти меня!
Звук криков Терона изнутри хранилища пробудил нежеланные образы, которые проскальзывали в его сознании и исчезали, словно призраки мертвых.
Тяжелый
– Мор саманет.
Пошатываясь назад, Зевандер выдохнул и отряхнул эти образы из головы. Он ушел, обратив свои мысли к Мэйвит.
Маевит.
Воспоминание о злоумышленнике, держащем тот нож, вызвало образы того, что он мог бы с ним сделать. Картина, как он перерезает ей горло, пока она спит, не давала ему покоя. Закрыв глаза, Зевандер погрузил их в красную мглу крови, вспоминая хрипящий кашель человека, задыхающегося собственными органами. Ему хотелось убить его заново.
Его сжатые кулаки жаждали больше крови, больше гнева, больше криков.
Дрожащими руками он залез в карман, вытащил ожерелье со скорпионом и сжал его, как веревку в темной бездне. Ему нужна была она. В его венах и в его крови. Ему нужно было ее спокойствие, чтобы унять жестокий аппетит, разжигавший его проклятое пламя. Те тихие слова, которые умиротворяли его, когда он жаждал клинка.
Он поднялся по лестнице обратно на верхний уровень храма, где вошел в комнату и обнаружил, что Мэйвит все еще мирно спит. Райвокс заглянул к нему через окно, и впервые Зевандер, пересекая комнату к ней, не почувствовал угрозы во взгляде корвугона. Словно тот понимал, что сделал Зевандер.
Убийца коротко кивнул, и, когда он сдернул с ног сапоги, Райвокс отвернулся, вернувшись к тому гнездышку, которое он устроил для себя. Он стянул с себя рубашку, не отрывая от нее взгляда, и сбросил кожаную одежду на пол, оттолкнув ее ногой.
Она едва пошевелилась, когда он скользнул под одеяло и прижал ее к себе, отчаянно желая почувствовать ее кожу у себя на теле, вдохнуть тот сладкий цитрусовый аромат. С кровью на руках он прижал ее к себе и поцеловал в плечо.
Благородный человек ускользнул бы из замка и отправился в горы в одиночку, избавив ее от самых мрачных дней, которые ему еще предстояло пережить.
К несчастью для нее, Зевандер был самым эгоистичным ублюдком на свете.
ГЛАВА 57 ЗЕВАНДЕР
Прошлое…
Пот выступил на висках Зевандера, когда он заставил свое тело работать, преодолевая
— Собираешься сразиться с Оргатом? — спросил Терон, и от неожиданности в его голосе руки Зевандера слегка пошатнулись.
Зевандер усмехнулся.
– Чтобы сразиться с Оргатом, не нужна большая сила, — хрипло проговорил он, поднимаясь в тысячный раз.
– Главное — это скорость.
– Скажи это тому ублюдку из Никстероси, который сражался с одним из них сегодня днем.
– Терон скрестил руки и прислонился к стене рядом с ним.
– С завязанными руками.
Зевандер фыркнул в ответ.
– В каком фэнтезийном царстве это произошло?
– В шахтах. Вырвал ему клыки и пронзил горло.
– Звучит знакомо.
– Зевандер продолжил отжиматься, не впечатлившись.
– Оторвал ему голову.
Нахмурившись, Зевандер остановился на полпути.
– Кто этот зверь-никстероси?
– Зовут его Торрин.
– Торрин? Как он выглядит?
– Зевандер опустился на колени, вытирая пот со лба тыльной стороной руки.
– Довольно крупный. Точно больше тебя. Рыжие волосы, выбритые наголо
Зевандер кивнул и сделал глоток воды из стакана, стоявшего рядом с ним.
– Это он. Я с ним вырос. Наши отцы вместе охотились. Какого черта он делает в шахтах ?
– Слышал, как другие говорили, что он убил нескольких стражников соласиона. Судя по всему, он здесь уже несколько лет.
На другом конце комнаты в обсерваторию вошел оргат и направился к ним, не сводя глаз с Зевандера.
– Генерал Лойс просит вас явиться в ее покои, — сказал он грубо. — Сейчас же.
Зевандер застонал и провел рукой по лицу. Черт возьми, с тех пор как он сделал восьмой пирсинг, она не дала ему ни одной ночи покоя.
– Если она поручит тебе очередное убийство, сделай мне одолжение — сначала проверь, нет ли у жертвы оружия.
– Терон кивнул в сторону бинтов, обмотанных вокруг бедра Зевандера.
– Те ножевые ранения были довольно сложными.
– Сомневаюсь, что это причина ее вызова.
Оргат указал на Терона.
– Ты тоже. Ей нужно зашить рану.
Зевандер и Терон переглянулись, нахмурившись, поднялись на ноги и последовали за орготом по извилистым коридорам к спальне Лойс.
Через дверь донесся громкий звук разбивающегося стекла о дерево, и Зевандер замедлил шаг. Крики разбили всякую надежду на то, что она могла быть в лучшем настроении, чем накануне, когда он видел ее в последний раз. Если судить по тем яростным бредням, доносившимся из-за двери, он осмелился бы сказать, что ее настроение ухудшилось.
Когда Зевандер распахнул дверь, какой-то предмет полетел ему прямо в голову. Он инстинктивно пригнулся, едва не получив по голове винным бокалом, который разбился о стену позади него. Из уст генерала Лойс вырвался рев ярости, когда она пронеслась по комнате, а ее волосы были спутанными комочками на макушке. Он никогда не видел эту обычно аккуратную женщину в таком растрепанном виде.
Она резко обернулась и, увидев его, замерла на месте.
Ее глаза были окружены темными кругами, словно она совсем не спала, и она стояла, тяжело дыша.
– Король Джерет… вызвал… вас.