Элдрич

Лейк Кери

– Ты не в состоянии путешествовать.
– Равецио сделал еще один глоток эля и поморщился.
– Черт возьми, это на вкус как теплая моча.

– Я в порядке.
– Казимир поднялся на матрасе, чтобы встать с кровати, и, словно рой пчел залез под его кожу, вся его нога охватила сильная, пульсирующая боль. Стиснув зубы, он упал обратно на кровать, схватившись за дрожащую ногу.

– Еще пару дней, как я и говорил.
– Дравиен порылся в кожаной сумке и вытащил завернутый в ткань узелок. Из него он протянул Казимиру два куска вяленого мяса, которые тот выхватил у него.
– Поверь мне, я эту боль знаю не понаслышке.

— Тебя раньше кусали? — Казимир откусил кусок мяса зубами,

и его глаза чуть не закатились, когда пикантный вкус покрыл его язык.

— Много раз. Говорят, для некоторых укус смертелен. Другие могут остаться навсегда парализованными, а некоторые даже страдают от предчувствий.

Кажимир нахмурился.
– Предчувствия?

– Сны. Иногда сны сбываются.

– Ты сам когда-нибудь испытывал эти предчувствия?

– Да.
– Элвиринец сдвинул брови.
– Мне приснилось, что однажды меня поймает и сделает рабом женщина в золотых доспехах.

ГЛАВА 59 МАЭВИТ

Ряды книжных полок выстраивались вдоль каменных стен храмовой библиотеки — комнаты, в которую мне раньше никогда не разрешали входить. Столько книг, накопленных священнослужителями, которые настаивали, что чтение не для женщин и юных девушек. Это заставило меня задуматься, если те, кто выжил, изменят законы. Или же они навсегда застрянут в своих убеждениях?

Зевандер стоял у стола рядом с Отцом, а с другой стороны , Корвин сменил свою черную траурную одежду на простую белую тунику и брюки. Все трое изучали карту Мортазии. Насколько я поняла, путь в горы займет от пяти до семи дней, а местность, даже в благоприятную погоду, была коварной.

– Что именно вы ищете в Пилообразных горах? — спросил отец.

Зевандер и я быстро переглянулись.
– Элемент, который там находится. Тот, что недавно обнаружил мистер Морос, — ответила я.

– Белые камни?
– Осторожный тон в голосе отца заставил меня задуматься, что он знает об этих камнях, и хрупкая искорка надежды проскользнула сквозь трещины моего растущего скептицизма относительно того, что мы их когда-нибудь найдем.

– Ты видел эти камни?

– Ливерийцы охраняют их довольно яростно.
– Отец оглядел Зевандера с ног до головы.
– Что ты собираешься с ними делать?

Зевандер не ответил, но бросил на отца тот пугающе спокойный взгляд, будто он скорее готов был провести лезвием по горлу пожилого мужчины

– Нам нужен лишь небольшой кусочек, — вступила я.
– Скорпион, которого ты видел—

– То чудовище, которое я видел. Иллюзорная игра глаз.

– О, ну вот, опять, — вздохнула Алейсея, опускаясь в одно из двух бархатных кресел, стоящих перед небольшим камином.
– Неважно, что мы все видели скорпиона. По-видимому, мы все страдаем галлюцинациями. Карта, на которую ты уставился, тоже может оказаться нереальной. Ты об этом думал, отец? Может, это иллюзия.

Отец сердито посмотрел на Алейсею.
– Мне не нравится твой насмешливый тон, юная леди. Многие способны одновременно наблюдать одну и ту же иллюзию.

Меня раздражало, что он продолжал отстаивать доктрину, из-за которой его заклеймили еретиком, бросили в камеру и чуть не сожгли на костре.
– Это магия крови. И она реальна, отец. Я не собираюсь тратить время на то, чтобы убедить тебя в этом. Если ты не собираешься помогать, скажи прямо.

Он, казалось, пережевывал мои слова, словно они были неприятным куском хряща во рту.
– Северный ландшафт не

похож на Фоксглав. Он он кишит существами, подобных которым мы в этих краях никогда не видели. Опасными существами. Если мы останемся здесь, вдоль реки, это приведет нас к подножию гор. Ливерийцы — очень осторожный народ, но они не проявляют излишней враждебности, пока вы не представляете угрозы.
– Он бросил быстрый взгляд на Зевандера и прочистил горло.
– «Они разбросаны по всей этой местности, — сказал он, указывая на окружающий лес вдоль тропы.
– Удобный маршрут для засады на воинов фонковянцев.

– Кто знает, насколько они стали осторожными с тех пор, как мир катится к черту.
– Зевандер потеребил подбородок, сдвинув брови, и указал на другое место на карте.
– А как насчет этого участка? Похоже, здесь мы могли бы обойти их.

Отец откинул плечи назад, выпрямившись, и на его лбу промелькнула озабоченность. Было странно видеть человека, которого я всегда считала сильным и властным, таким маленьким и хрупким рядом с Зевандером.
– Это… не лучшая идея.

– Непроходимо? — спросил Зевандер.

– Там бродят мертвые.

Одно только упоминание об этом сдавило мне грудь. Хотя я уже пережила шок от встреч с мертвыми, их случайные визиты по-прежнему доставляли неприятности и, как я обнаружила, не всегда были приятными. Мое беспокойство, казалось, разделяли все остальные в комнате, на лицах которых читалось беспокойство — за исключением, конечно, Зевандера, который продолжал изучать карту, оставаясь совершенно равнодушным.

– В начале века эту землю занимала целая деревня, — продолжил отец.
– Члены прихода Фоксглав, которые считали, что наши доктрины слишком либеральны. Они последовали за своим верховным сактоном в северные земли и поселились там.
– Он указал на портрет на стене, на котором был изображен мужчина с белыми волосами и густыми серыми бровями, который, почему-то, выглядел еще более суровым, чем Сактон Крейн.
– Ходят слухи, что Сактон Гэнсли так чрезмерно злоупотреблял вином из морумбери, что сошел с ума. Летописи описывают его как человека, страдавшего бредом, слышавшего голоса, видевшего то, чего не было. Он утверждал, что под ногами, в земле, обитают демоны. Однажды торговец из Фоксглава отправился в их маленькую деревню в лесу и не нашел там ничего. Ни следа от людей, их скота, их церкви. Некоторые полагали, что их сжег сам Сактон. Другие говорят, что злобное Энтити поглотило их в глубины ада. Как бы то ни было, исчезла целая деревня, и никто из тех, кто путешествовал по той тропе, никогда не возвращался.

– За исключением того торговца, который наткнулся на пустоту, — возразил Зевандер, и в его голосе слышалось скучное раздражение.
– Если ты думаешь, что твои призраки меня отпугнут, ты ошибаешься.

– Я говорю на ливерийском. Я мог бы попытаться мирно пройти по другому маршруту, но…

Зевандер фыркнул.
– Но…

Отец опустил взгляд.
– Но я не совсем в хороших отношениях расстался с их жрицей.

Зевандер тихо застонал и откинул плечи назад.
– Что может сделать их более враждебными, чем обычно.

– Я уверен, если бы мне дали возможность объясниться, я мог бы—

– Что за… боже мой!
– Корвин пересек комнату к окну, указывая дрожащим пальцем.
– Ты… т-т-т-ты видел, как что-то пролетело мимо окна только что?
– Он обернулся к нам, широко раскрыв глаза.
– Клянусь, это было… самое огромное… существо, которое я когда-либо видел.
– Огромная тень промелькнула позади него, пока он стоял, не подозревая, что Райвокс заглядывает в окно, находясь у него за спиной.

– Что это, во имя богов, такое!
– Отец отшатнулся от стола, споткнувшись о стул, который повалился вслед за ним.