Дважды убитый
Шрифт:
— Успеешь прикончить, — повторил Барс. — Разберемся?
— А что тут рассуждать? Решил прикарманить алмазы и скрыться? Так и скажи. А нас сдал Интерполу.
— Какие алмазы, Орел? Ты же сказал, что мы чертежи продаем. А на кой хрен мне они? Головой-то поразмысли.
Орел действительно задумался.
— И что ты хочешь сказать? — спросил он. — Ты не знал, что в саквояже алмазы?
— Тогда нет, а теперь — да. Но не от тебя. И не от тех, кто нас сюда послал.
— От кого же, интересно?
— От представителя конкурирующей
— Нет.
— А надо было знать. Скорей всего, нас подставил покупатель. У него свои игры. А «Денирс» связался с Интерполом.
— Что-то я не понимаю, Барс. Зачем «Денирсу» светиться перед Интерполом?
— Смотря как. В качестве преступников — никому не надо. А в качестве борцов с международной мафией — милое дело. Мы тут сидели и ничего не знали. А они разыграли комбинацию с кооперативом «АНТ», представили ситуацию таким образом, что мы будто бы продаем танки, натравили на нас Интерпол.
— Бред! — выпучил глаза Орел. — Какие танки?
— Обыкновенные. Т-72. Ты даже не знал, что стал танковым магнатом, а об этом газеты всего мира написали. Понял? Нас подставили как последних лохов. И еще дали приказ поубивать друг друга. Ты зачем ребят пристрелил?
— Приказ. А ты зачем Генку грохнул?
— Я оборонялся, мне деваться некуда было.
— Ладно, Барс, — Орел ткнул пальцем в саквояж, — ты лучше скажи, чего теперь делать?
— Думаю, камни надо вернуть в Москву. Мы сделали все, что могли.
— Пожалуй, ты прав, — согласился Орел. — Но как же наши так лопухнулись? Не ожидал я от шефа. Раньше таких проколов не было.
— Ну как, — спросил Барс, — будешь убивать?
Орел ответить не успел, потому что где-то неподалеку раздался тяжелый скрип тормозов. Бросившись к противоположной стене коровника и выглянув в окно, они увидели крытый грузовик, из которого на обочину один за другим выскакивали полицейские.
— Похоже, тебя есть кому убить и без меня, — сообразил Орел и присвистнул. — Ну, ни хрена себе! Да их человек двадцать.
— Приехали! — Барс бросился назад к кладовке. — У меня в пистолете всего пять патронов.
— У меня три! — крикнул Орел вдогонку. — Прихвати «Узи». Под столом лежат.
В двух автоматах оставалось штук по десять-пятнадцать патронов. «Негусто, — подумал Барс, — надолго не хватит».
Заняв оборону у двух окон, они увидели, как полицейские разворачиваются цепью, готовясь обойти ферму со всех сторон. Грузовик продолжал урчать у дороги.
— По моей команде бьем по флангам, — скомандовал Орел, — чтобы не обошли. Ну, что? Это есть наш последний?
— И решительный! — откликнулся Барс.
Когда полицейские подошли поближе, они дружно ударили по крайним в цепочке, уже готовящимся обходить ферму с боков. Наступающие, не
— Все! — закричал Орел. — Больше мы их не удержим.
— Командуй!
— А что командовать? Поздно! Надо уходить по одному, пока не окружили. Вдруг прорвемся. Иди через окно подсобки, а я попробую через заднюю дверь.
Выпустив еще для острастки по паре одиночных выстрелов, они рванулись в разные стороны. Барс заскочил в подсобку, вышиб табуреткой окно, но остановился. На столе стоял этот проклятый саквояж. Раскрыв его и убедившись, что там алмазы, Барс чертыхнулся, захлопнул его и выпрыгнул на улицу.
Орел подбежал к двери чуть раньше. Но едва он появился в проеме, как упал замертво. Поджидавший за дверью Алекс стрелял в упор.
Игорь узнал вчерашнего покупателя, когда тот бежал к стоявшему примерно в пятидесяти метрах от коровника «Мерседесу». На секунду остановившись, Барс бросился к задней двери: Орел лежал, не двигаясь.
Почти не целясь, Барс выстрелил в убегавшего. Тот сначала упал, потом вскочил и, сильно хромая, добрался до машины. Второго выстрела не получилось. Пистолет только глухо щелкнул: патронов в нем больше не было. Тут же раздалось несколько мощных взрывов. «Гранатометы, — сообразил Барс. — Решили сровнять с землей нас вместе с коровником».
Из окон повалил густой дым. Видимо, загорелось сено вместе с перегородками. Пользуясь неожиданной дымовой завесой, Барс перебежал к соседнему домику, обогнул его и выскочил на грунтовку.
Перед ним стояли бордового цвета «Жигули».
Увидев, что коровник заполыхал, и сообразив, что из него больше не стреляют, Имре Варга наконец-то оторвался от грузовика и бросился вперед. Он первым добежал до коровника, но войти в ворота не рискнул: внутри все полыхало, трещало и дымилось. Имре обежал коровник с другой стороны и вдруг у дверей сквозь дым и языки вырывающегося пламени разглядел человека. Он лежал лицом вниз, сжимая в руке пистолет и не подавая признаков жизни. Оглянувшись, Варга увидел, как по грунтовой дороге несется к шоссе черный «Мерседес», а в полусотне метров за ним — бордовый советский «жигуленок».
«Дело сделано, — подумал он. — Враг обезврежен».
Но если бы в этот момент его спросили, кто — враг, он бы явно затруднился с ответом.
— И долго я еще буду извозом заниматься? — прокричала Настя, резко разворачиваясь и направляя машину в сторону шоссе. — Мог бы предупредить.
Обалдевший от всего произошедшего (от горячки боя, от гибели Орла, от внезапного появления Насти), Игорь, сжимая одной рукой ручку саквояжа, а другой уже бесполезный пистолет, только и сумел крикнуть: