Девочка с куклами
Шрифт:
– А вдруг будет? Цепляющее название у нас уже есть – «Девочка с куклами».
– Феликс, ты идеалист.
– Я не хочу, чтобы убийца имел возможность закрыть расследование.
– Ты не знаешь, убийца Зарипов или нет, – недовольно напомнил Анзоров.
– Я хочу узнать. И не хочу, чтобы мне мешали.
Следователь развёл руками и посмотрел на Шиповника. Подполковник развёл руками и посмотрел на Анзорова.
– Я тоже не хочу, чтобы нам мешали.
– Да кто хочет?
Ещё одна пауза.
Они понимали, что собираются предпринять.
– Ты планируешь подключить Олега Юркина? – спросил следователь.
– У него самый мощный криминальный канал, – ответил Вербин. – И все знают, что Олег умеет добывать горячую информацию. Уверен, его уже заинтересовала «Девочка с куклами» и он ищет способ подобраться к истории.
– А он сможет сделать так, чтобы мы оказались ни при чём?
– Нужно поговорить.
Анзоров и Шиповник вновь переглянулись, после чего следователь неохотно буркнул:
– Ну так поговори.
И начал собираться.
Той же ночью
– Вам не холодно?
Зимняя ночь не лучшее время, чтобы задремать на уличной скамейке. Или долго сидеть на ней, задумчиво разглядывая украшенный яркими огнями город. Мороз ещё с вечера усилился, и на скамье можно было запросто застудиться или замёрзнуть навсегда, задумавшись и не обратив внимания на то, что становится не холоднее, а теплее. Второе, конечно, вряд ли произойдёт с нормальным, трезвым человеком, но лучше не рисковать. Поэтому Вербин и спросил:
– Вам не холодно?
Потому что, пока он приближался к скамейке, женщина сидела неподвижно. Откинувшись на спинку. Положив ногу на ногу. Как летом. И не пошевелилась, когда Феликс задал вопрос, чем заставила его остановиться и повторить:
– Вам не холодно? С вами всё в порядке?
И только тогда она посмотрела на него. Перевела взгляд, продолжая сохранять полную неподвижность.
– Вам действительно интересно?
– Иначе я не спросил бы.
– Не смогли пройти мимо?
– Разве это плохо?
– Это прекрасно.
Она продолжала смотреть на Вербина, оставаясь неподвижной. Что немного смущало. А ещё Феликс чувствовал в происходящем лёгкую неправильность, но пока не мог понять, что именно было не так.
– Как прошёл ваш вечер? – неожиданно спросила женщина. Неожиданно, но при этом легко и свободно, тоном старой знакомой.
– Отметил праздник, – не стал скрывать Вербин.
– Вы довольны?
– Мне трудно ответить на ваш вопрос. – Феликс поднял брови, получил в ответ короткий кивок, означающий, что ему разрешено присесть, и расположился рядом с
– Вам кого-то не хватало.
– Каждое мгновение.
– Впервые?
Разговор тёк настолько плавно, что Феликс машинально ответил правду:
– Забытое чувство. Точнее, я думал, что забыл, каково это – скучать, и больше не вспомню.
– В этот раз вы не входили в другую воду.
Вербин вздрогнул. Женщина осталась неподвижна. Единственный жест – дозволяющий кивок, после этого она не шевелилась.
– Откуда вы знаете о другой воде?
– Разве это тайна?
Но до того, как прозвучал ответ, Феликс осознал нелепость вопроса, и пробормотал:
– Пожалуй, нет.
– Вот и я так думаю.
– Мы знакомы?
– Что вам кажется во мне знакомым?
– Мысли.
Сначала он понял, что женщине ответ понравился, а затем наконец сообразил, что именно с ней было не так, в чём заключалась смущающая неправильность: губы незнакомки не двигались. Потому что её лицо скрывала очень тонкая маска. Не эластичная, из какого-то твёрдого материала, но сделанная столь искусно, что, даже находясь рядом, не сразу можно было понять, что смотришь не в настоящее лицо.
– Мы уже встречались?
– Вы бы запомнили.
– Мы просто похожи?
– Ни в коем случае.
– Тогда почему мне так кажется?
– Может, потому, что вы пьяны?
– Запрещённый приём.
– И вы не настолько пьяны.
– Тогда зачем вы так сказали?
– Чтобы поддеть вас.
Нет, женщина не заигрывала. Ей просто был приятен разговор, и она позволила себе маленькую, невинную шутку.
– Я имею право заглянуть под маску?
– Вы меня не узнаете.
– Но мы встречались?
– Как-нибудь потом.
– Потом расскажете?
– Потом встретимся.
– Любите загадки?
– Терпеть не могу.
– А маски?
– Я надела специально.
– Чтобы не напугать?
– Ещё один такой ответ, и я поверю, что вы читаете мои мысли. – Незнакомка изумительно играла голосом, передавая все оттенки эмоций. Она по-прежнему не двигалась, лицо скрывала маска, но, когда прозвучала фраза, Вербину показалось, что он видит выражение удивления: поднятые брови, распахнутые глаза, приоткрытый рот. И лёгкое движение рукой, словно женщина захотела прикоснуться к губам.
Его не было – движения, но было ощущение его.
– Я догадливый.
– Я знаю.
– Вы ждали меня?
– В той воде всё хорошо, Феликс.
– Откуда вы знаете?
– Важно не то, что знаю я, Феликс, важно, что это должны знать вы.
– Что в той воде всё хорошо?
– Да.
– Скажите…
– А ещё вы должны помнить, что маски лгут. Все маски лгут, поэтому вы их не любите, Феликс, а я терпеть не могу.
– Некоторые маски защищают, – произнёс Вербин.
– Люди надеются, что защищают, но маски только лгут и прячут.