Девочка с куклами

Панов Вадим

– В целом, правильно, – подтвердил Пономарёв прежде, чем Зарипов открыл рот.

– Как можно охарактеризовать существовавшие отношения в целом?

– Мы дружили, – выдавил из себя Наиль.

– Вы были её молодым человеком?

– Что вы вкладываете в это понятие? – немедленно уточнил адвокат.

– Постоянным спутником, единственным сексуальным партнёром, человеком, рассматриваемым молодой женщиной в качестве потенциального супруга.

– Возможно, Вика… Виктория… и мечтала выйти за

меня замуж, но я рассматривал наши отношения исключительно как дружеские. Без далеко идущих планов. Она была красивой, сексуальной…

– А почему вы решили возобновить отношения? – вдруг спросил Вербин.

– Я… – Зарипов посмотрел на Пономарёва.

– Наиль Дамирович, как и все талантливые писатели, является очень ранимым и чувствительным человеком. В какой-то момент ему показалось, что следует остаться одному – ради творчества, а затем он ощутил непреодолимое влечение к Виктории и предложил ей возобновить отношения. – Адвокат, не отрываясь, смотрел на Феликса. – Дело молодое.

– Принимается, – спокойно произнёс Вербин, делая очередную пометку в записной книжке. – Наиль Дамирович, вы не жили вместе с Викторией Рыковой?

Спросил, глядя на Пономарёва.

– Нет, конечно.

– Не вели совместное хозяйство?

– Вы издеваетесь?

– Это значит «нет»?

– Это значит «нет».

– У вас был ключ от квартиры Виктории Рыковой?

– Нет.

– Вы всегда приезжали вместе?

– Да.

– И вам никогда не доводилось ждать на улице? – А вот теперь Феликс перевёл взгляд на знаменитого писателя.

– Нет.

– Почему Виктория не дала вам ключи от квартиры?

– Потому что они не были мне нужны. – Зарипов позволил себе насмешливый тон. – Для чего? Я приезжал, проводил с ней время и уезжал.

– Совместные походы в кино, театры, рестораны, вечеринки, на концерты?

– Ну… было.

– Вас можно было назвать молодым человеком Виктории Рыковой?

– В том смысле, который вы разъяснили – да.

– Ваши друзья часто видели вас вместе?

– Да.

– Вы и Виктория выкладывали совместные фотографии в социальные сети?

– Да.

– Когда Виктория дала вам ключи от квартиры?

– Никогда!

Наиль почти выкрикнул ответ и яростно посмотрел на адвоката.

– Феликс Анатольевич, пожалуйста, не забывайте, что мой клиент согласился на разговор, а не на допрос.

– Прошу меня извинить, Григорий Ильич. Это профессиональное.

– Я так и понял.

А ещё они оба поняли, что Зарипов лжёт и ключ от квартиры Виктории у него был.

– Прошу меня извинить, Наиль Дамирович. Больше такого не повторится.

Ответить писатель не успел: его телефон зазвонил и Зарипов тут же нажал на кнопку ответа. Разумеется, даже не подумав извиниться перед собеседниками.

–

Да, мама? Да, ещё здесь. Всё хорошо, мама, Григорий Ильич очень помогает и не позволяет ему лишнего. Мы скоро закончим, не волнуйся.

Наиль вернул телефон на стол и, глядя в окно, сообщил:

– Мама сказала, что вы слишком долго меня держите. Она недовольна.

Вербин покосился на адвоката, тот отвернулся, но ненадолго, только для того, чтобы ни Феликс, ни ребёнок Диляры Зариповой не увидели появившееся на его лице выражение. Затем Пономарёв поинтересовался:

– Мы заканчиваем?

– Всего несколько коротких вопросов, – ответил Вербин.

– Без прежней агрессии, пожалуйста.

– Я помню, что обещал. – Феликс вновь посмотрел на Зарипова. – Незадолго до смерти Виктория была с мужчиной. По мнению медэкспертов, у них была сексуальная связь по обоюдному согласию. Это были вы?

– Это был я, – подтвердил Наиль. – Мы виделись в тот день. Я заехал около полудня, примерно… или чуть раньше… мы потрахались, и я уехал.

– По делам?

– Домой. Нужно было работать.

– И до конца дня были дома?

– До следующего утра. Пятнадцатого утром я завтракал с мамой.

– Работали? – спросил Феликс. И уточнил: – Четырнадцатого?

– Сначала – да, потом задремал, у нас получилась бурная встреча, и я вернулся совсем без сил… проснулся часов в одиннадцать, кажется, и работал до двух ночи. Мне очень хорошо работается по ночам. Знаете, когда город засыпает и стихает привычный шум, я начинаю отчётливо чувствовать мир…

– Какой вам показалась Виктория во время встречи?

– Обыкновенной, – пожал плечами Наиль. – Обыкновенно страстной, если вы об этом спрашиваете. Мне нравилось с ней спать – Вика умела доставить мужчине удовольствие.

То ли Зарипов решил позлить Вербина в отместку за то, что Феликс вывел его из себя в начале разговора, то ли ему нравилось называть себя мужчиной, а Викторию шлюхой. Но Вербин уже пришёл к окончательному выводу о личности собеседника и теперь Наиль при всём желании не смог бы его разозлить.

– Не заметили чего-нибудь необычного?

– Например?

– Нервозность? Рассеянность? Не показалось ли вам, что мыслями Виктория пребывает далеко от вас?

– Во время наших свиданий Вика была со мной и душой, и телом, – самодовольно ответил Наиль. – А почему вы спрашиваете?

– После вашего ухода, Наиль Дамирович, Виктория говорила с подругой по видеосвязи, и подруга тоже сказала, что Виктория выглядела обыкновенно.

– Что же вас смущает?

– Девушка умерла.

– А-а.

– Насколько я знаю, официально считается, что Виктория покончила жизнь самоубийством, – вернулся в разговор Пономарёв. – Разве не так?