Бесценная
Шрифт:
Намек на Брэкстона задел ее за живое.
— Все было совсем не так! — сердито воскликнула она. Дэрвуд приблизился к ней вплотную.
— Признайтесь, мне показалось или нет, что в разговоре с Фуллертоном вы упомянули «Сокровище»?
— Нет, не показалось.
Дэрвуд стоял близко к ней, и Либерти, чтобы посмотреть ему глаза, пришлось закинуть голову.
— Черт вас возьми, Либерти! Вы хотя бы отдаете себе отчет в том, что делаете?
— Еще бы! Разумеется, отдаю.
— Тогда, может быть, соизволите объяснить мне, почему вам так нравится попадать в опасные ситуации? Сначала под покровом
— Позвольте, милорд, все объяснить.
— Это не игра. Эти люди действительно опасны. Господи, или вы забыли, что вам постоянно шлют угрозы! Мне казалось, вы понимаете, насколько серьезна ситуация.
— Разумеется, понимаю.
— В таком случае у вас не должно быть никаких сомнений на тот счет, что Фуллертон не остановится ни перед чем, лишь бы никому не стало известно про «Сокровище». Ему ничего не стоит убить вас.
— Разумеется.
Дэрвуд посмотрел на нее в изумлении:
— И зная это, вы решили завести разговор с этим человеком? Вам показалось, что того, что вы о нем знаете, достаточно, чтобы погубить его?
— Дело не в этом. Я…
Эллиот положил ей руки на плечи:
— Черт подери, Либерти! Вы, кажется, вознамерились довести меня до помешательства. Признайтесь, вы в состоянии принимать взвешенные, продуманные решения?
— Мне не нравится ваш тон.
— А мне прежде всего не нравится то, что вы задались целью погубить саму себя.
Либерти раздраженно стряхнула с плеч его руки:
— Если вы позволите мне все объяснить, полагаю, сами все поймете как надо.
— Я и так уже все понял, — резко ответил Дэрвуд. — Я понял, что вы обменяли Ховардов экземпляр «Сокровища» на бухгалтерскую книгу, которая, как вам показалось, могла бы установить невиновность моего отца. Затем, как я понимаю, после того как изучили гроссбух, вам стало ясно, что мой отец не так уж и безгрешен, как я пытался представить вам.
Либерти в изумлении широко открыла глаза.
— Эллиот, так вы все это знали?
— Разумеется, знал. Неужели, по-вашему, Ховард не показал мне свидетельства нечестности моего отца?
— Но вы также знали, что к этому причастны Ховард, Фуллертон и Константин? Именно поэтому так ненавидите их?
— Вы правы. Именно поэтому.
— Ваш отец попытался вывести их на чистую воду, и они в отместку его погубили.
В тусклом свете спальни лицо Дэрвуда напоминало непроницаемую маску.
— И тогда вы решили отомстить им за все?
— И лучший способ это сделать — стать тем человеком, которого они боятся.
Постепенно до Либерти начала доходить вся правда, и она внутренне содрогнулась от ужаса.
— И тогда вы женились на мне, потому что знали, что «Сокровище» находится в коллекции. — Ее глаза были широко открыты. — Вы с самого начала знали, что они попытаются достать эту книгу!
— Верно.
— И даже не сочли нужным предупредить меня.
— Следуя моим советам, вы не оказались бы втянуты в эту историю. Единственная причина, почему вы оказались в нее втянуты, это потому, что сами этого захотели. Уверяю, я бы отлично со всем справился.
Неожиданно Либерти почувствовала, как
— Вы использовали меня!
— Неправда, — ответил Дэрвуд после паузы.
— Не лгите. Вы использовали меня в своих целях. Вы задумали отомстить всем этим людям и для этого воспользовались ситуацией. Вы не потому рассердились на меня, что я отправилась на встречу с Брэкстоном. Вас разозлило, что я отдала ему книгу..
— Неправда.
Она застыла в недоумении:
— Боже, как, оказывается, низко вы пали, Эллиот! Только подумать! Поначалу мне казалось, будто весь мир вас недооценил. Та история про вашего отца, она понадобилась вам, чтобы поймать меня в свои сети. Вам потребовалось заручиться моим сочувствием, чтобы быть уверенным в моей верности.
— Вы все преподносите в гораздо более отвратительном свете, чем на самом деле.
— Вот как?
— Да. Мне было известно про «Сокровище». Мне было также известно, что Брэкстон, Фуллертон и Константин захотят заполучить книгу в свои руки, чего бы им это ни стоило. Однако я женился на вас отнюдь не из-за этого.
— Ах да! Как же я забыла? Вы женились на мне, потому что вам нужен Арагонский крест!
— Либерти, вы не понимаете, что он для меня значит!
— Тогда скажите мне… — К своему ужасу, она поняла, что дрогнувший голос выдает ее. Нет, она ни за что не расплачется у него на глазах. Только не сегодня. — Постарайтесь меня переубедить. Потому что в настоящий момент я не вижу особой разницы в том, что сделали по отношению ко мне эти люди и что со мной сделали вы.
Дэрвуд уставился на нее, не веря собственным ушам. Либерти чувствовала — в нем борются самые противоречивые чувства. Каким-то шестым чувством она понимала, что ему нелегко, ведь Дэрвуд не привык отчитываться ни перед кем.
— Крест не просто недостающая часть коллекции, а причина, из-за которой Ховард погубил моего отца. Вы читали «Сокровище» и потому знаете, что большая часть сведений в этой книге зашифрована.
— Знаю.
— И какую ее часть вам удалось расшифровать?
— Большую, — ответила Либерти.
— Но не всю?
— Нет.
Дэрвуд глубоко вздохнул, словно собираясь с духом.
— Сведения, которыми вы располагаете, способны навести на некоторые размышления и подозрения, но они еще ничего не доказывают.
— Совершенно верно.
— Потому что для того, чтобы получить полную информацию, необходим ключ. И этим ключом является расположение камней на Арагонском кресте. Вместе с ним «Сокровище» становится не просто перечнем махинаций. Нет, оно превращается в прямую улику, что позволит посадить преступников за решетку, а может, и отправить их на виселицу.
— И давно вам стало это известно? — испуганно спросила Либерти.
— С того самого дня, когда мне в руки попало письмо моего отца, в котором он все объяснял. Именно он зашифровал текст книги. Все экземпляры написаны его рукой, — произнес Дэрвуд, и лицо его тотчас опечалилось.
Либерти стало не по себе при одной только мысли, как, должно быть, одинок он в этом мире. Она могла поклясться, что никому, кроме нее, он ни за что не решился бы поведать эту историю. Никому, даже Гаррику. Дэрвуд нес тяжкую ношу один, не взывая ни к чьему участию.