Бесценная
Шрифт:
— Просто я подумала о том, в какой кошмарной ситуации мы оба оказались.
— Интересно, в какой же, моя дорогая? — поинтересовался Дэрвуд, поглаживая ей живот и бедра. — Согласен, все не так-то просто. Но я бы не сказал, что нам с этим не справиться.
— Эллиот, ты не понимаешь. Ведь это как раз то, на что и рассчитывал Ховард.
Либерти почувствовала, как Эллиот приподнял ее волосы и нежно поцеловал шею. И ей опять стало грустно.
— Что-то мне плохо в это верится, — задумчиво произнес
Она наклонила голову, чтобы ему было удобнее ее ласкать.
— Ты меня не слушаешь.
— Отчего же, слушаю. — Его рука скользнула ей под рубашку и легла на грудь. — Ховард все отлично спланировал. Не лежи он сейчас в могиле, я бы его поблагодарил.
Его пальцы нежно теребили ее сосок, и Либерти вздрогнула.
— Пожалуйста, не надо, — прошептала она, почувствовав прикосновение его горячего языка к уху. — Это Ховард виноват в том, что мы с тобой оказались в такой ситуации.
Эллиот за мгновение застыл:
— Либерти, я уже говорил тебе, причем не один раз, как я не люблю все эти разговоры про Ховарда. Особенно когда тебя ласкаю.
Либерти обернулась к нему:
— Но ведь это именно то, что ему было нужно. Он знал, что ты захочешь получить Арагонский крест. Он знал, что ради этого ты на мне женишься. И он спровоцировал тебя на этот шаг, сделал так, чтобы у тебя не оставалось выбора. И вот теперь мои долги легли на тебя тяжким бременем.
В уголках его губ играла загадочная улыбка.
— Не могу даже представить себе более ужасной судьбы.
— Да нет же! Ты даже не понимаешь, что он с нами сделал!
Эллиот нежно взял ее лицо в свои ладони:
— Скажи мне честно, почему ты такая грустная?
— И ты развеешь мою грусть?
— Непременно. — Казалось, он действительно ничуть не сомневайся в своих возможностях, словно речь шла о том, чтобы проложить новую железную дорогу или построить еще одну фабрику.
— Боюсь, в данном случае ты бессилен, — возразила Либерти. — Ховард использовал меня для того, чтобы погубить тебя.
— Поверь мне, ты сгущаешь краски.
— Нет! И еще раз нет! Ну почему я не поняла это сразу? — Либерти даже побарабанила пальцами ему по груди, словно пытаясь достучаться до его понимания. — Скажи мне, что тебе известно о древних персах? — наконец спросила она.
— Скажем так, ровно столько, чтобы сегодня снова с удовольствием заняться с тобой любовью, вместо того чтобы выслушивать из твоих уст урок истории.
Либерти проигнорировала его колкость.
— У персов белый слон считался священным. Закон запрещал его убивать или вообще допустить его гибель. Священного слона полагалось только кормить, поить и ухаживать за ним.
— И что из этого следует? — поинтересовался Дэрвуд.
— То, что когда персидский царь хотел погубить своего врага, он мог сделать это тонко и со вкусом,
— Надо почитать на досуге.
— Теперь понимаешь? Именно это и сделал с тобой Ховард. Он все подстроил таким образом, чтобы ты женился на мне и тем самым оказался на краю гибели.
Дэрвуд глубоко вздохнул и нежно убрал волосы с ее заплаканного лица.
— У меня никогда не получится сказать тебе, — негромко произнес он, — как мне больно от того, что Ховард заставил тебя так жестоко страдать.
— Не стоит из-за меня переживать.
— Почему же? Стоит, и еще как! — Эллиот подхватил ее на руки и понес на кровать. — Либерти, пойми одну простую вещь — никогда Ховард не смог бы заставить меня сделать что-то против моей воли.
— Но…
Эллиот приложил к ее губам палец.
— И он не единственный, кто способен делать прогнозы. Я отдавал себе отчет, что вершу. И как бы тщательно ни планировал Ренделл, даже лежа в могиле, мое крушение, победа будет за мной.
Либерти отвела от лица его руку. Нет, он просто обязан ее выслушать.
— Но финансовые дела Ховарда совсем плохи. Ты же, как мой законный супруг, несешь теперь всю ответственность по его долгам. Пойми, рассчитаться тебе просто не по карману. Тебе не хватит средств. Ты обанкротишься.
— Согласен, Ховард именно на это и рассчитывал. Однако при некотором содействии Фуллертона и Константина это будет нетрудно сделать.
— Эллиот, я не понимаю…
— И не надо, моя дорогая. Я сам все это плохо понимал еще накануне, — ответил Дэрвуд, поудобнее располагаясь в постели. — Когда ты разговаривала с Фуллертоном, я понял одну вещь, которая постоянно от меня ускользала.
— И какую же?
— Угрозы, — пояснил он. — Ведь если хорошенько задуматься, то первое, что приходит в голову, будто они исходят от меня.
— Но ведь это не так!
— Нет, конечно. Но тот, кто их посылал, рассчитывал на то, что в первую очередь ты заподозришь меня. Либерти задумчиво сморщила носик:
— Нет, это полная бессмыслица!
— Ошибаешься. Подумай сама. Если бы ты поверила, что автор пресловутых посланий я, разве это не привело бы нас с тобой к выяснению отношений?
— Разумеется. А как же иначе?
— И я бы легко доказал тебе, что их автор не я. Кто же тогда по логике вещей следующий кандидат?
— Карлтон, наверное.