Армагедец
Шрифт:
— У них в арсеналах была «кузькина мать», но такого!.. — воскликнул один из выпускников.
А превращения между тем продолжались. Глаза стали стреловидно расположенными плоскостями фонаря кабины, в углах крыльев показались дула скорострельных мелкокалиберных кинетических пушек, а на корпусе, позади кабины пилотов, чтобы не ухудшать аэродинамику, расположился сверхмощный боевой лазер с ядерной накачкой. В толще корпуса угадывался канал фазора, способного дестабилизировать ядра атомов на расстоянии нескольких световых минут, выпускное отверстие кварковой пушки зловещим темным глазом смотрело из-под каждого обтекателя. Шахты ракет «воздух-земля», снабженных
Наконец, когда казалось, что устрашающим изменениям не будет конца, раздался резкий щелчок, взвизгнули лазерные пускатели, за хвостовыми мегатурбинами маршевых двигателей боевого космического челнока под все усиливающийся могучий рокот вихрями заметалась пыль, и бешено завертелись потоки раскаленного газа. Едва заметно качнувшись, машина уничтожения двинулась вперед…
— Стой, стой! — закричал надрывно Папавер, выскочив вперед так, словно старался прикрыть собой молодых коллег. Его фигурка казалась игрушечной по сравнению с жуткой громадой смертельно опасной машины, но в ту же секунду ситуация разрешилась. Перед все еще пораженными удивлением и ужасом молодыми офицерами стоял, оправляя немного помявшийся парадный мундир, ветеран корпуса миротворцев.
— Так вот, господа, определенную долю того, что вы только что видели, они уже имеют, а вы предлагали чем-то поразить их воображение?.. — Ив воцарившейся тишине добавил, обращаясь к старому приятелю: — А ты действовал достойно, наша школа!
— Ах, Хлорис, ты об этом. Это, по-видимому, инстинкт, но где ты нахватался этих кошмарных подробностей, да таких реалистичных? Кварковые пушки, фазор — глупость же какая-то на поверку.
— Знаешь ли, читал на досуге, пытаясь не замерзнуть в снегах во время пыток, их сайнс фикшн…
Ловушка для…
За одну наносекунду дальний разведчик «Морской волк», пройдя около 36 световых лет, вышел в эйнштейновское пространство в непосредственной близости от Омеги-Зиро на расстоянии, которое диктовала привычная логика прямых гравитационных взаимодействий.
— Ближе пусть подходят испытатели, — бурчал пилот-командир, комментируя происходящее для нескольких присутствующих в кабине управления ученых. Он лихо манипулировал маневровыми двигателями, причем, как всякий уважающий себя астронавт, пытался использовать остаточные активности движителей маршевых. — Вечно вы все спешите, ничего не произойдет, если потерпите еще 72 часа.
— Почему же так долго? — изумилась когнитолог [17] , которую поддержали все без исключения члены научной экспедиции.
— А я не дам больше 2g, — угрюмо продолжил пилот-командир без всяких эмоций, словно не слыша адресованного ему вопроса.
— Но ведь разрешено до 5g, — попытался было возразить физик, бородка которого от возмущения едва не стала торчком.
— В экстренных ситуациях на короткое время разрешается… — начал нудным голосом цитировать параграф Устава пилот-командир…
17
Ученый,
— Нет, это абсолютно невозможный человек, — с экспрессией произнес физик, в бессилии вскинув руки, и ученая братия, словно по команде, спешно покинула пультовый зал, причем когнитолог напоследок презрительно и негодующе фыркнула.
— Разрешается движение с ускорением 5g, — тем же тоном невозмутимо продолжил пилот-командир в никуда и после непродолжительной паузы резюмировал: — Ну, словно дети! Ладно, так и быть, пойдем в 2,1 g. — И, удобно устроившись в кресле, дал сигнал второй готовности к движению с избыточным ускорением.
Расположившись с наибольшим комфортом, который позволяла имеющаяся мебель, он вывел на объемный экран внешнюю картинку. Капелла, кажущаяся с такого расстояния огромной, желтым шаром висела в пространстве, словно на расстоянии вытянутой руки. Рядом с материнской звездой, греясь в ее лучах, застыла планета, видимая с такого расстояния светлой пылинкой, — цель их путешествия, Омега-Зиро, за небольшим исключением вылитая сестра Земли. «Ну, что же, — подумал он про себя, — быть может, все и обойдется…»
Несколько месяцев назад, когда поступил вызов из Космического Агентства, у него был очередной кризис и он всерьез подумывал о том, чтобы выйти в отставку. Нет, поверьте, черные просторы Космоса все так же манили, но потеря близкого друга, нелепая смерть которого вызвала шок у всех, кто его знал, и неожиданное решение сына отправиться в дальний вояж, заставили критично взглянуть на собственные планы и пересмотреть принятое решение. Перспектива не увидеть внуков оказалась той каплей, которая окончательно склонила чашу весов в пользу отказа от заслуженного отдыха. Вот так получилось, что он, фигурально говоря, стал за штурвал «Морского волка», на борту которого собралась воистину команда космических непрофессионалов.
Предыстория этой экспедиции в изложении шефа отдела дальних полетов Космического Агентства выглядела весьма удручающей. За последние полторы сотни лет на Омеге-Зиро побывали две научные экспедиции, цель которых была весьма простой — понять, что за существа обитали на этой симпатичной планете. Неловкое во всех отношениях название «людли», которое закрепилось за «аборигенами» еще во времена первых абортивных контактов, абсолютно ничего не говорило, да и «контактами» это можно было назвать с очень большой натяжкой. Отчеты обеих экспедиций изобиловали специальными терминами, которые, по мнению шефа, призваны были замаскировать полное бессилие ученых не только поймать одно из этих феноменальных существ, но хотя бы понять их природу.
Главное осложнение было в том (хотя никто, кроме ультрарадикалов вслух об этом не говорил), что Омега-Зиро во всех отношениях была идеальным объектом для колонизации человеком. Именно этот факт стал причиной пристального, хотя и завуалированного внимания всевозможных цивильных комитетов. Действительно, обилие пресной воды, мягкий климат, почти что питательный аминокислотный бульон, который представляли собой океаны этой безжизненной по всем параметрам планеты, могли бы стать великолепной средой для земных бактерий, которые в кратчайшие сроки насытили бы атмосферу ее достаточным количеством кислорода, но… людли! Было от чего прийти в отчаяние и поставить вопрос о несоответствии средств, которые выделялись сообществом на освоение космического пространства и той отдачей, которую это освоение приносило.