Золото Блубёрда
Шрифт:
— Ничего.
Она усмехнулась.
— Ты рубишь дрова, когда что-то не так. Твой отец делал тоже самое. И когда я спрашивала его, что случилось, он отвечал «ничего». Это происходило так часто, что к тому времени, как он умер, у меня накопился запас дров на пять лет.
Мама точно знала, как использовать моего отца против меня. Потому что во всех отношениях он был последним человеком, которым я хотел бы стать.
Отстраненным. Упрямым. Трудным.
Мои воспоминания о нем со временем поблекли, но я помнил атмосферу, царившую в нашем доме
Отец не был плохим человеком. Но и счастливым его тоже нельзя было назвать. Война оставила на Харви Рэйнсе много шрамов. Эмоции, которые он держал в себе, страдания, которые он перенес в одиночестве, сказались на всех нас, но особенно на маме.
Когда он погиб в результате несчастного случая на охоте, она была безутешна. Не только потому что потеряла мужа, а я — своего отца, но и потому, что она так сильно хотела быть рядом, когда он снова заулыбается.
— Поговори со мной, — попросила она. — Это из-за Илсы?
Я нечасто видел у нее на лице такое умоляющее выражение, но оно навевало воспоминания, которые не стерлись из памяти. Были времена, когда мама умоляла папу разделить с ней бремя, а он вместо этого отгораживался от нее.
На самом деле мне не хотелось говорить, но, если я промолчу, ей будет больнее, чем мне, если я выскажу все это дерьмо из своей груди.
— Да, это из-за Илсы.
— Я слышала о хижине и ее грузовике. — В этих словах прозвучала нотка обвинения.
Маму бесконечно раздражало, что она узнавала о событиях в городе из слухов, а не напрямую от меня, источника. Но она также уважала мою работу и знала, что я поделюсь с ней всем, чем смогу. И обычно это было не так уж много.
— У тебя есть какие-нибудь предположения, кто это сделал? — спросила она.
— Мы все еще разбираемся.
Она нахмурилась.
— Значит нет, не знаешь. Черт.
— В значительной степени.
— Как она держится?
Я пожал плечами.
— Она воспринимает все спокойно.
— У нее есть смекалка, у этой девчонки. Мне это нравится. Она не боится дать отпор. Нам нужен такой человек в Далтоне. Особенно в этой школе.
— Ну, привязываться к ней не стоит. — Я стянул кожаные перчатки и засунул их в задний карман джинсов. — Она уезжает.
— Из-за того, что произошло в хижине?
— Нет. Она никогда не собиралась оставаться. — Я махнул в сторону тротуара, чтобы мы могли зайти внутрь и спрятаться от холода.
— И что ты чувствуешь по этому поводу?
Как будто моя душа раздавлена.
— Нормально.
— Правда?
— По крайней мере, на этот раз я знаю, что делать. Я могу позаботиться о том, чтобы не привязываться.
Мама остановилась, чтобы посмотреть мне в лицо.
— Я никогда не прощу Гвен за то, что она сделала тебя таким.
— Каким?
— Боящимся. — Она положила руку мне на плечо. — Илса — не Гвен.
— Она тоже уезжает, мам. А я не смогу сделать это снова. — Даже если бы я захотел попробовать. Даже если я не был готов
— Когда мы только переехали сюда, я время от времени слышала истории о матери Илсы, — сказала она. — Она сбежала из этого города так быстро, что бедняга Айк получил удар хлыстом. Мне всегда было жаль его. Но я помню, как летом, когда Илса приезжала в гости, он становился совсем другим человеком. Он водил ее по городу и, куда бы они ни пошли, сиял улыбкой.
Мне и в голову не приходило, что мама могла помнить Илсу из прошлых десятилетий. Жаль, что я не знал ее тогда.
— Сейчас многое против нее, — сказала мама. — Смерть Айка. Хижина. В школе полно мужчин и этого маленького засранца, Тима Харлана. Женщины, которые там работают, отвратительные зануды. Все они, вероятно, дают понять Илсе, что ей здесь не рады. Но когда-нибудь Илса вспомнит те летние каникулы. И что ее улыбки были такими же яркими, как у Айка. Ей здесь нравилось. Не разочаровывайся в ней. Пока нет.
Неужели все было так просто?
— Она мне нравится, мам. Очень нравится.
— Как и следовало ожидать.
— А Спенсер? Как он воспримет это, если она уйдет?
Мама закатила глаза.
— Ты слишком долго использовал этого парня как предлог, чтобы избегать отношений.
— Это не…
— Это оправдание. Мы оба знаем, что я права.
Она была права.
Черт возьми.
— Когда ты в последний раз проверял его домашнее задание? — спросила она. — Заставлял его показывать тебе, что он делал на этой неделе? Независимо от того, останется она или уедет, эта девушка хороша для Спенсера. И для тебя она тоже хороша. Вытащи голову из задницы, Каси Рэйнс. — Мама шлепнула меня по руке и пошла прочь. Не к дому, как я ожидал, а по тротуару.
— Куда ты идешь?
— Я встречаюсь с другом в «Гризли». Люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю. — Я помахал ей, когда она пошла дальше, и направился внутрь.
Пахло беконом и подгоревшими тостами. Когда-нибудь мне придется научить своего сына готовить.
Я застал Спенсера на кухне, он ставил тарелки на стол. Три вместо двух.
— Обед?
— БЛСП (прим. ред.: БЛСП — это тип сэндвича, название которого состоит из аббревиатуры основных ингредиентов: бекона, листьев салата и помидоров. Обычно эти компоненты кладут между двумя ломтиками хлеба с добавлением соусов, таких как майонез или горчица). — Он пожал плечами. — У меня подгорел тост.
— Я съем это. — Я подошел к холодильнику и достал банку клубничного варенья, которое мама готовила каждое лето. — Твоя бабушка только что проходила мимо. Она сказала что-то о твоем домашнем задании на эту неделю.
— О, это… ничего особенного. Она посмотрела его, когда я ходил к ней вчера после школы.
— Можно мне тоже посмотреть?
Он помедлил, прежде чем поставить последнюю тарелку. Затем он пошел по коридору взять свое домашнее задание, а я тем временем проверил бекон на плите, чтобы убедиться, что он тоже не подгорит.