Застава
Шрифт:
Лис не ожидал от наступившего воскресенья особых мероприятий, но дела находили его то там, то здесь. Ворон предложил проверить исправленный мотоцикл. Вскоре Кикимора, наловчившаяся в сортировке вещей в кладовой, потребовала Лиса в напарники. Затем Дед изъявил желание прогуляться с Галкой по лесу, и Лис с удовольствием составил ему компанию. А перед обедом Тур огорошил младшего брата вопросом:
– Тебе попадались какие-либо упоминания о способностях заложного управлять чужим телом?
Юноша сумел удержать изумление при себе.
– Нет. Но я поищу!
– Действуй.
Лис сжался, не поверив своим ушам. Из-за наглухо запертой двери в прошлое пробился тоненький лучик надежды.
– Да, – ответил он, всеми силами стиснув волнение. – В дохристианский период наряду с традиционным сожжением существовал обряд захоронения убитого воина в шкуре жертвенного быка. Бык считался символом плодородия. Некоторые исследователи придерживаются мнения, что это является доказательством веры наших предков в перерождение после смерти.
– Реинкарнация у славян?
– Явных подтверждений вроде бы нет, но фольклорные источники содержат косвенные упоминания. Например, в северных районах России записана такая легенда: покойный является во сне своему брату в ночь, когда у того родился сын, и говорит – я вернулся.
– Интересно, – Тур пригладил бороду. – Ну а «переход», о котором ты периодически нам твердишь, это зафиксированный термин или твои личные понятия?
Лиса так и подмывало воскликнуть: давай без обиняков – не о фактах и терминах, а о том, что должно быть поднято из забвения!
Но язык будто окаменел.
– Переходом называют состояние между жизнью и смертью, а также между рождением и началом жизни. Это поверье пришло из язычества и получило развитие в христианской религии. Христианство дополнительно обозначило точный срок перехода – сорок дней.
Ответ получился лекционно-сухим. Лис отвернулся. Поезд ушёл, и попрекать себя за нерешительность было поздно.
– А мы стоим на этом переходе, как на заставе, – Тур задумчиво повторил слова младшего брата, за три года прижившиеся на слуху. – Не понимаю, почему ты хватаешь «двойки»? Эрудиция у тебя достаточная, память прекрасная, в специальных вопросах разбираешься отменно. Из тебя получится хороший историк.
Лис тяжело вздохнул. Менее всего он ожидал такого поворота разговора.
– Пойду про заложных уточню, – проговорил он и удалился, повесив нос. Был бы на месте рыжий хвост с белой кисточкой, подмёл бы все ступеньки на широкой лестнице.
То, что Тур назвал «военным советом», началось в гостиной отчётом Ворона о событиях, произошедших за последнюю неделю. Цельная картина приключений с таинственным номером в изложении Владимира Полозова напоминала детективную историю среднего качества. Кое-что для братьев оказалось новостью, и рассказчика выслушали с интересом.
– Получается, мы чуть было не сыграли против Белякова? – уточнил Тур.
– Поделом ему! – злорадно усмехнулся Ворон. – Прошляпил двух рукодельников
Цепочка выглядела стройно, звенья ловко цеплялись друг за друга и подводили тему к логическому завершению. Но тут рот открыл Лис.
– Братцы, может, это и не моё дело, – начал он осторожно и, заметив внимание близнецов, приободрился, – но, по-моему, здесь было сказано слишком много о случайностях.
– И что? – Ворон потянулся за очередной сигаретой.
– А то, что так не бывает, – прямо заявил юноша. – Наёмнику поручили всего лишь узнать номер партии товара, чтобы перехватить его на таможне до проверки. Почему исполнитель вдруг спятил и пристрелил программиста, который, по твоим же словам, вообще был «не пришей кобыле хвост» в операциях Паши?
– Чёрт его знает! – Ворон прикурил. – Нервы у мужика были шаткие, это я лично проверил. Наверное, парень от него сбежать попытался, а он сгоряча выпустил ему в живот полную обойму. Опомнился, сообразил, что за труп ничего, кроме нагоняя, не получит, вспомнил про наш адрес и припустил сюда.
– Ну ладно, – Лис временно уступил «фланг» и начал атаку на «передовой». – В таком случае объясни, кто и зачем мешал тебе влезть к таможенникам на сервер?
– Обнаружили один взлом и устроили ловушку, – Ворона задели по больному.
– Призраки? – невинно уточнил Лис и тем самым нанёс удар с тыла.
– Да при чём тут призраки! – Ворон занял круговую оборону. – На каждого хакера рано или поздно найдётся грамотный системный администратор.
– Наш компьютер распотрошил заложный! – Лис без оглядки пустил в бой заготовленные резервы.
– Который мстил за свою безвременную кончину, – напомнил Тур. – Это твои собственные слова, Лис. Заметь, кончина состоялась после его неудачного контакта с программистом. Следовательно, афера против Белякова никак не связана с мистическими явлениями.
В нападении Лиса проявилась обширная брешь. Юноша растерялся, но тут неожиданно подоспело подкрепление в лице Кикиморы.
«Эй, минуточку. Вы кого имеете в виду под «заложным»? Бандюгу с пушкой, что ли? Да он сюда носа больше не казал! Я его в первую же ночь с треском выставила. Пусть мстит, где хочет и кому хочет, но не в нашем доме! Здесь другой шлялся. Лис, ты его чуял. У тебя в носу озоном пахло, помнишь? Он сначала того, поджаренного током, привёл, а потом ещё двух каких-то. Вас как раз дома не было. Я эту команду насилу выставила. Даже мебель пострадала тогда… Чего вы все на меня уставились? Тур, Ворон, вы ведь его видели на аллее. Большой такой, в рабочей каске».