Застава
Шрифт:
– Товар мы вывезли. Кое-как подтереться они всё-таки успели. Но их тупой хакер навёл шухера. Мой канал вышел из дела. У меня четыре договора повисли!
– Что за товар?
Крепыш побледнел, но продолжал углубляться в откровенность.
– Химия из Европы. Проблемы утилизации, как всегда. Мы помогаем. Не безвозмездно, конечно, – круглое лицо приобрело бардовый оттенок и покрылось разноцветными пятнами. – Душно что-то стало…
Он начал садиться в кресло. Владимир Полозов придержал ногой лёгкое сиденье, навострившееся отъехать по влажному полу кафе прямо из-под круглого зада посетителя.
– Что твои «деятели» выяснили?
Беляков поднял глаза. Владимир Полозов стоял
– Выяснили? – он несколько секунд собирался с мыслями. – Ах, да. Проклятое пиво! Так вот: есть имя – Бер. Фамилия или кликуха – не знаю. Профессионал вроде тебя. Клиентура питерская, наши давние конкуренты. Под чьей крышей ходит – неизвестно, но крыша серьёзная.
– Хорошо. Я возьмусь. Сколько?
Беляков удивлённо заморгал, и, сообразив, что долгожданное согласие получено, суетливо полез в портмоне.
– Это задаток, – он протянул хакеру пластиковую карту. – Обналичишь сам. По мере поступления информации ко мне тебе будут поступать гонорары. Всё честно. Ты меня знаешь.
– И твоих головорезов тоже, – усмехнулся Владимир Полозов.
– Брось! Когда я тебя подставлял? – Беляков заулыбался, забыв о непонятной дурноте, едва не свалившей его с ног.
– Я пошутил, – объявил Владимир Полозов и взял папку. – Последние напутствия будут?
– Мне нужна от тебя только информация. Выводы я буду делать сам. И никакой самодеятельности, Лорд. Я не хочу терять зарубежных партнёров из-за дурацких ошибок компьютера.
– Компьютер – это железо. Оно не ошибается. Ошибаются люди, Беляк. Бывай.
По городу Владимир Полозов ехал аккуратно, даже затормозил на жёлтый сигнал светофора. Возле продуктового супермаркета БМВ припарковался, строго следуя указаниям дорожных знаков, а при выезде из переулка пропустил тарахтящий на весь квартал «Запорожец». И хотя головная боль отпустила вскоре после разговора в кафе, правила дорожного движения соблюдались исключительно ради спокойствия Лиса.
Но настроение качалось из плюса в минус, как маятник. С одной стороны предстоящая работа обещала быть сложной и интересной. С другой – Ворон не мог точно сказать, зачем ввязался в предложенное дело. Ему удалось собрать из обрывков цельную картину приключения с таможенным сервером. Но при этом он использовал приём, в реальность которого до конца так и не верил. О том, что от его тяжёлого взгляда людей пробивает дрожь, он знал давно. И просто носил очки, не задумываясь о причинах и следствиях. Однако к сознательному применению уникального свойства прибегал лишь в самых драматических ситуациях. Причём не всегда успешно. Зато сегодня без угрызений совести, без натуги и длительного шума в голове воспользовался врождённым талантом только для удовлетворения любопытства.
Впереди показалась яркая «зебра» и группа пешеходов на тротуаре, терпеливо ожидавшая просвета в бесконечном потоке машин. Обычное явление на улицах города. Ворон притормозил, мигнув стоп-сигналами тем, кто нёсся позади, и остановился. Пешеходы, осторожно косясь на иномарку, поспешили через дорогу. Досаду других водителей он почувствовал затылком и усмехнулся: подождут. Сейчас ему хотелось сделать что-то мало-мальски полезное для серой человеческой массы, обременённой житейскими проблемами. Он следил за суетливо проходящими людьми. Мелькнуло: ведь вот так же каждый день с работы домой и опять на работу ходит Марина. Каждый день улыбается читателям, выслушивает грубости продавцов в полугосударственных магазинах, понуро смотрит в сумраке на бесполезную лампу – следствие веерного отключения электроэнергии и на булькающий пустотой кран, забывший про существование горячей воды. Сколько раз близнецы звали
Владимир Полозов вздохнул. Перед ним лежали два мира, разделённые монументальной стеной, называемой «уровень жизни». Вероятно, поднимись они с братом ещё на одну ступень – откроется третий «мир», а за ним есть четвёртый, пятый. Где-то существует и тот, куда «простым смертным» не забраться никогда – мир неограниченной власти: мировая политика, концепции управления обществом и прочее, и прочее.
Перед машиной прошёл последний запоздавший пешеход – молодая женщина с объёмным пакетом в руках. Она оглянулась на тонированное ветровое стекло БМВ, и по её губам водитель прочёл: спасибо. Образ монументальной стены, выстроенный рассудком, вдруг превратился в призрачный туман. Сзади раздражённо просигналили. БМВ медленно тронулся с места.
Потекла дорога, а в голове продолжали витать разрозненные мысли о людском бытие. Мир, разделённый в плоскости социальной, в другой, духовной плоскости представился единым и нерушимым – как лес, где жили и травы, и мхи, и корабельные сосны, и жалкая бледная ряска.
Резкий гудок выдернул Владимира Полозова из запутанных троп философских измышлений. Слева на обгон по встречной полосе нёсся чёрный «Мерседес». Яркую картинку экстравагантного содержания на заднем стекле Владимир Полозов рассмотреть не успел. Он и сам частенько топил газ так, что зашкаливал спидометр, но сейчас не было никакой охоты играть в догонялки с дорожным наглецом. Он добыл из бардачка первый попавшийся компакт, вложил его в магнитолу, и в салон потекли мягкие волны «Лунной сонаты». Ворон удовлетворённо кивнул: десять минут спокойного созерцания окрестностей. Думать о делах он будет дома.
Планам не суждено было осуществиться. Бетховен звучал не более минуты, до следующего изгиба шоссе…
«Лис, а Лис!.. Хватит спать! Ну, Лис! Вставай, Ворон приехал».
Парень открыл один глаз. Туманная плёнка обволокла диван со всех сторон.
– Это ты, Ки?
«Вставай давай! Я не знаю, что там с Вороном, но он какой-то пристукнутый… Эй! Я же не буквально! Лис, подожди!»
Юноша выскочил в холл и застыл на пороге. Брат сидел на тумбочке, бесцельно вертя в руках очки.
– Ворон, что с тобой?
– Ничего, – тот тяжело поднялся на ноги. – Как ты себя чувствуешь?
– Я? Да я тут при чём? Ты на себя посмотри! – задохнулся Лис. – Ты же белый, как… как…
– Бывает, – отозвался Ворон, прошёл мимо в гостиную и, не оборачиваясь, сообщил. – Там в гараже Дед с пакетами воюет. Поможешь? Иначе продукты до кухни не скоро доедут.
Лис, привыкший выполнять прямые указания старших братьев, растерянно остановился на перепутье.
«Я же говорю, что-то случилось!» – грохнула ему в ухо Кикимора.
– Не вопи, – поморщился юноша и решительно пошёл за братом. – Ворон!
– Ну, чего тебе?
– Может, я Туру позвоню? – растерялся Лис.
– Мы недавно говорили. Ладно, – Ворон протёр рукой лицо. – Что там у нас в планах твоего лечения? Кажется, луковый отвар?
– Не заговаривай мне зубы! – взвился парень и неожиданно для себя преградил брату путь к лестнице. – Ты являешься домой сам не свой и хочешь, чтобы я сделал вид, будто ничего не замечаю?
– Ты при всём желании этот вид не сделаешь, – ответил Ворон, глядя в пол. – Ничего страшного для нас не произошло. Просто я… увидел смерть. Авария на дороге. «Мерс» гнал за сто сорок и въехал под встречный «Камаз».