Запретный плод
Шрифт:
Этого было достаточно, чтобы заставить меня напрячься, когда я позволял себе думать об этом.
Однако, с другой стороны, я ненавидел себя за то, что позволил ей снова зайти так далеко. Я так старался преодолеть то, что случилось в Каталине. И из-за того, что случилось со мной, из-за моих травм, она взяла на себя ответственность делать для меня еще больше вещей, что только усугубило мои чувства.
Из-за приближающихся экзаменов и того, что Зои взяла вдвое больше необходимых кредитов, я почти не видел ее вне занятий, но подсказок
Случайные тарелки с завтраком, оставленные для меня утром вместе с кофе, или остатки еды, лежащие в холодильнике с запиской съесть их, пока они не испортились. Обычно она не готовила, потому что я чаще бывал дома, но теперь она начала стараться.
Для меня.
Как-то раз она сложила все белье, и я зашел в спальню и увидел, что моя кровать завалена аккуратными стопками, а рядом с одеждой лежала стопка чеков за еду.
Как будто это был ее способ извиниться.
Я никогда не просил ее делать работу по дому, и хотя она никогда не просила меня делать что-то для нее, за последние полтора года я получал от этого удовольствие.
То, что Зои хочет заботиться обо мне, вызывает во мне беспорядочный поток эмоций.
С одной стороны, это не ее работа, но я не могу отрицать, что впервые в жизни у меня есть кто-то в моей команде - хотя я и должен заботиться о ней, но это не важно.
Это... хорошо.
Новая рутина настолько отвлекает, что я не замечаю, что уже начало октября, пока не сажусь в класс и не начинаю изучать экзамен, назначенный на пятницу.
— Первая часть будет состоять из нескольких вариантов ответов, в которых мы рассмотрим поэтов, которых мы обсуждали, факты о них и темы их поэзии. Этот раздел короткий и составляет всего десять процентов от общей оценки. Если вы были внимательны на уроках, это не составит труда, — начинаю я, сузив глаза, когда вижу, как в класс входит Зои - с двенадцатиминутным опозданием.
Я слежу за ее движениями, наблюдая, как она занимает место на одном из задних рядов, и в голове у меня начинается беспорядочная путаница слов.
Опять.
Несмотря на то что мы редко видимся дома, я все равно вижу ее несколько раз в неделю - во время двух утренних занятий и иногда в окрестностях кампуса.
Я прочищаю горло и продолжаю.
— После части с множественным выбором последует часть с коротким эссе. Будет четыре задания на выбор. Вы сами решите, какое из них выбрать, но отвечать нужно только на одно. Я буду оценивать вашу способность продемонстрировать понимание экопоэзии, ее ключевых концепций, а также умение анализировать и критически относиться к материалам курса, которые мы изучали до сих пор. — Приподняв очки, я смотрю на часы. — Сегодня вторник, 4 октября, так что у вас есть время до конца занятий, чтобы сформировать дискуссионные группы перед промежуточным экзаменом в четверг...
Слова снова врезаются в меня.
4
Черт.
Я совсем забыл.
Я опускаю взгляд на свой стол, пытаясь подобрать слова, которые мне нужно сказать, чтобы сформировать дискуссионные группы.
Подумай, Лиам.
Четыре года.
Сделай что-нибудь.
Четыре года.
Несколько человек хихикают, но я не поднимаю глаз. Я не могу... не могу смотреть в глаза Зои, пока преподаю.
Черт, как я мог забыть!
Четыре гребаных года.
Я делаю глубокий, ровный вдох.
— Найдите себе напарника и проведите остаток урока, обсуждая все, что вам нужно уточнить. Я буду здесь, так что поднимайте руку, если у вас есть вопросы.
Все встают и перемешиваются, и это движение загораживает мне вид на Зои. Когда все нашли себе партнеров и расселись по местам, я замечаю, что она все еще одна.
Черт, черт, черт.
Я поднимаюсь по лестнице на верхние сиденья и останавливаюсь перед ней, но она смотрит вперед и не поднимает на меня глаз.
— Мисс Арма, на пару слов, пожалуйста.
Медленно она поднимает взгляд на мое лицо, и что-то острое пронзает мою грудь, когда я вижу фиолетовые мешки, безжизненные глаза и крошечные хмурые морщинки, обрамляющие ее полные губы.
— Я не нашла себе партнера, потому что у меня нет вопросов, — говорит она, ее голос звучит тихо, чтобы никто не мог ее услышать. — К тому же все уже разбились на пары.
— Зои, — призываю я, эмоции подкатывают к горлу. — Иди домой и отдохни до конца дня.
Выражение ее лица ожесточается. — Ни в коем случае. У меня весь день занятия.
Черт.
Она совсем не заботится о себе.
Оглядевшись по сторонам, я вижу, что все сгруппировались и разговаривают между собой. Я не могу вести этот разговор с ней здесь.
— Коридор. Сейчас же.
Я разворачиваюсь и бегу вниз по лестнице, сжимая кулаки, пока иду к двери класса. Я обещал ученикам, что буду отвечать на вопросы, но сейчас мне нужно убедиться, что с Зои все в порядке.
Я слышу, как она выходит за мной, и с облегчением вздыхаю в пустом коридоре. Прежде чем она успевает возразить, я угрожающе подхожу к ней и прижимаю к стене коридора, прижимая к груди книгу.
— Иди домой, Зои. Я прощу твое отсутствие.
Она насмехается. — Разве это не называется преференциальным отношением?
Я нахмуриваю брови.
— Нет, потому что если бы это была годовщина смерти их родителей, я бы тоже дал им выходной, — говорю я, мой голос звучит слишком резко, когда я киваю в сторону двери своего класса.