Запретный плод
Шрифт:
— Я в порядке, — говорю я. — Тебе больше не нужно заботиться обо мне.
— Но мне нужно. Потому что если не я, то кто?
Тепло наполняет меня, и я не могу отрицать, что мне нравится слышать, как он это говорит. Люблю слышать, как сильно он хочет заботиться обо мне.
Есть множество причин, по которым это делает меня счастливой, и я не буду в них вдаваться, но сейчас я благодарна за то, что получаю это.
— Хорошо, тогда загадай мне вот что. Если бы с тобой что-то случилось, у меня бы больше никого не было.
Его брови сходятся, но я продолжаю.
— Ты так занят,
Лицо Лиама слегка подергивается, как будто он никогда по-настоящему не задумывался над этим вопросом. Мне хочется провести руками по его лицу, коснуться мягкой шевелюры и волос с серебристым отливом, ощутить шершавые подушечки пальцев и мозоли на внутренней стороне ладоней. Прижать руки к твердым плоскостям его груди и поразмышлять о том, как хорошо мы подходим друг другу.
— Позволь мне позаботиться о тебе, — смело говорю я. — Потому что если не я, то кто? — тихо говорю я, повторяя его слова за ним.
На секунду его лицо становится мягким. Его глаза на мгновение опускаются к моим губам, и мое сердце замирает в ответ. Когда его взгляд медленно возвращается к моему, мой пульс начинает учащаться. Он переводит руки на заднюю поверхность моих бедер, и я испускаю крошечный вздох. Несмотря на то что я пролежала в этом переулке больше часа, его руки уже снова теплые. И когда я смотрю на Лиама - по-настоящему смотрю - он выглядит испуганным. Неуверенным. Неконтролируемым.
А потом его руки перемещаются вверх по моим бедрам, кончики пальцев касаются сетки, вызывая дрожь. Я снова задыхаюсь, когда моя кровь нагревается, а кожу покалывает. На его лице мелькают эмоции, а его темные серо-голубые глаза блуждают по моему лицу, словно пытаясь запомнить каждую его частичку. От каждого взгляда сердце замирает в животе, а пространство между ног пульсирует.
Боже, с ним так напряженно.
Когда его грубый большой палец проводит по нежной коже задней поверхности моего бедра, мои губы слегка приоткрываются.
— Зои, — говорит он, его голос груб.
И я знаю, знаю, что он собирается отвергнуть меня.
Я делаю резкий шаг назад, когда кто-то стучит в дверь ванной, полностью разрушая чары.
Открыв дверь, я не оглядываюсь на него и вижу, что там стоит Барт.
— Просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке, — говорит он мне.
Я вижу Лиама в периферийном зрении и киваю Барту. Когда я открываю рот, чтобы ответить, Лиам встает рядом со мной, бедро к бедру.
— Мы в порядке, — говорит он Барту хрипловато. А потом его теплая рука обхватывает мою. — Пойдем домой.
Я не успеваю ответить Барту, как Лиам тащит меня к лестнице. Он тащит меня вниз по лестнице и к входной двери, прежде чем я успеваю вырваться из его объятий.
— Эй, — кричу я. — Он проверял, все ли с тобой в порядке! Тебе не нужно было грубить.
Лиам кладет руки на бедра, подходит ко мне и смотрит вниз. — Да? Ты уверена в этом?
Я закатываю глаза. — Барт - хороший парень, и он проверял тебя.
Лиам смеется. — Точно. Потому что хорошие парни не могут оторвать глаз от твоей задницы.
У меня открывается рот. — Он не проверял мою задницу.
Лиам
Я взволнована тем, что произошло в ванной, и полностью напугана тем, что случилось сегодня вечером, так что мой фильтр не существует. Я сжимаю кулаки и поджимаю губы, желая поймать его на лжи или как-то заставить его признать, что он хочет меня.
— И что? — кричу я. — И что с того, что он был? У нас со Скотти нет эксклюзивных отношений. И я не обещала себя никому другому, — бросаю я вызов. — Верно?
Я вижу, как вздымается грудь Лиама с каждым вдохом, и его тепло так чертовски опьяняет.
Он опьяняет.
Признай это, думаю я.
Признай, что сегодняшний вечер не был случайностью или ошибкой.
Признай, что ты ревнуешь.
— Нам пора домой, — говорит он вместо этого, делая шаг в сторону.
— Лиам.
Когда он снова встречается со мной взглядом, выражение его лица становится замкнутым. — То, что произошло сегодня вечером, не может и не должно повториться. Мне жаль, что я позволил этому зайти так далеко. Опять, — объясняет он, и его стоическая манера поведения на полсекунды ослабевает, прежде чем он поворачивается и продолжает идти, не дав мне ответить.
Обида и отторжение пронзают меня быстрой чередой, и я смаргиваю слезы, следуя за ним к его машине.
Он не дает мне возможности сесть за руль. Он открывает водительское сиденье и быстро забирается внутрь. Прежде чем я успеваю дотянуться до своей двери, он уже наклоняется через сиденья и открывает пассажирскую дверь.
Я не говорю спасибо.
Я молчу. Не смотрю на него. Вместо этого я предпочитаю смотреть в окно всю дорогу домой.
Потому что сегодня я поняла, что это не просто влечение к Лиаму.
Вместо того чтобы любоваться великолепным бассейном издалека, я прыгнула прямо в гребаную глубину.
И мне очень, очень хреново, потому что он никогда не признается, что хочет меня.
Единственное, что я получу от этого, - разбитое сердце.
ВОСЬМАЯ ГЛАВА
ГОДОВЩИНА
Лиам
В ближайшие две недели погода станет прохладнее, и мне потребуется каждая унция свободной энергии, чтобы держать все мысли о Зои на задворках сознания. Я подозреваю, что она избегает меня, и это нормально, потому что в последнее время каждое взаимодействие с ней кажется мне непростым и деликатным. Чем меньше мы будем находиться рядом друг с другом, тем лучше - особенно после концерта.
Я шатаюсь от одного конца спектра к другому по этому поводу. Когда я ночью ворочаюсь в простынях, я не могу не вспомнить, какими мягкими были ее бедра. Какая она была теплая, как хорошо она реагировала на меня, словно каждое мое прикосновение задевало какую-то глубокую, не тронутую струну внутри нее. И когда я гладил себя в душе каждый вечер, единственное, о чем я мог думать, был ее запах, крошечные звуки, которые она издавала, когда кончала, и то, как ее бедра искусно кружились по моему бедру.