Все недостающие части
Шрифт:
Я всегда объясняла каждый шаг, чтобы у людей не возникало ощущения, будто я что-то утаиваю. Но Грейди все равно прищурился, глядя на микрофон, хотя молча взял его и прикрепил к футболке.
Я включила свой и закрепила его на рубашке. Достав телефон, быстро подключила приемник к разъему и открыла приложение для записи.
— Проверка, проверка.
Уровни были в норме. Я давно стала экспертом в том, как расположить микрофон, чтобы попасть в них с первой или второй попытки. Я взглянула на Грейди.
—
— Что-нибудь, — буркнул он.
Уровень оказался чуть завышен.
— Можете отодвинуть микрофон немного дальше от рта?
Янтарные глаза Грейди потемнели, но он все же поправил петличку.
— Еще раз.
— Так нормально? — спросил он.
Я посмотрела на экран.
— Отлично.
Я нажала кнопку записи и аккуратно убрала телефон в карман.
Грейди, не дожидаясь меня, направился к теннисным кортам. Всего их было четыре, и два теперь использовали для пиклбола. Единственное, что я сразу отметила как перемену за последние десять лет.
Из-за этой мимолетной отвлеченности мне пришлось ускориться, чтобы его догнать.
— Что изменилось в парке за последние десять лет?
Грейди бросил на меня косой взгляд, в котором мелькнуло удивление. Наверное, он ожидал, что я сразу полезу в самое тяжелое, но я предпочитала работать иначе. Он на мгновение задумался, осматриваясь.
— Чертов пиклбол, — проворчал он.
Я не удержалась от смешка.
— Он погромче тенниса.
Он покачал головой.
— Слава богу, я убрался отсюда до того, как все эти яппи и миллениалы начали гонять эту хрень.
— Отличный способ заработать головную боль.
Взгляд Грейди ушел от кортов.
— Новое оборудование на детской площадке. Дорожки в лесу выровняли заново. И больше фонарей. Фонари поставили сразу после того, как пропала девочка.
Меня зацепило, что он сказал девочка, не назвав Эмерсон по имени, обезличив ее. Но причин для этого могло быть сколько угодно.
— Можете провести меня по тому дню, когда она исчезла?
Челюсть Грейди заходила ходуном, коренные зубы скрипнули друг о друга.
— Обычный день. Жена приготовила завтрак, я поехал на работу. Начальник велел подрезать все кусты вокруг парка — они уже лезли на газон.
Я пошла следом за его взглядом, когда он вывел меня на газон. Лес, подступающий к парку с трех сторон, и правда легко мог отвоевывать территорию.
— Объем работы немалый.
Грейди лишь буркнул в знак согласия.
— И рассчитывать, что этот зад мне поможет, не приходилось. Пахал весь день, только короткий перерыв на обед. А начальник хотел, чтобы я управился за два дня. Я все еще работал, когда теннисная команда начала тренировку.
— Вам, должно быть, часто приходилось их видеть? — спросила я.
Он прищурился.
— И что с того?
Короткий ответ
Я надеялась, что со мной эта оборона спадет. У меня не было значка и власти запереть его за решеткой, и, возможно, со временем он выдаст деталь, о которой не говорил копам. Иногда именно такая мелочь, какой бы крошечной она ни была, способна вскрыть дело целиком.
Я сохраняла непринужденную позу, расслабленную.
— Я имела в виду, что вы могли заметить то, что другие пропустили. То, чего не видели игроки и тренеры, потому что были внутри процесса. Взгляд сверху часто самый ценный.
Грейди продолжал идти, не отвечая сразу. Он привел меня к границе, где лес сходился с парковой лужайкой.
— В тот день я работал на этом участке, пока они тренировались. Девчонка была звездой. Это бросалось в глаза. Никто в команде рядом с ней не стоял. Некоторые злились.
— Вы знаете имена ребят, которые могли ей завидовать? — спросила я, гадая, назовет ли он тех же двоих, что и тренер Керр.
Он покачал головой.
— Брюнетка в очках. И еще одна, блондинка, в юбке такой короткой, что я бы свою дочь в такой ни за что не выпустил.
Значит, другие имена. Мне нужна была фотография команды, может, школьный альбом. Школы стали осторожнее с тем, что выкладывают в сеть, и на сайте старшей школы Шейди-Коув и в местных газетах я почти ничего не нашла. Но где-то мог быть материал о команде, который дал бы зацепку.
— Но я их понимаю, — продолжил Грейди. — Не за что винить за зависть. Тренер и не пытался скрывать, что она у него на первом месте.
— В каком смысле? — спросила я, стараясь не выдать отношение.
Грейди фыркнул.
— Алчный. Мог думать, что она пойдет на Уимблдон, а он поедет на ее хвосте. А могло быть и что-то еще…
Он оставил это «что-то еще» висеть в воздухе. Мы оба понимали, о чем речь. О более темном.
Я туда не пошла. Не тогда, когда тренера очистили записи с камер, и когда было достаточно других возможных фигурантов.
— Когда вы уходили тем вечером, команда еще тренировалась?
— Да. Сворачивать они собирались не раньше чем через полчаса.
— И вы знали, что Эмерсон часто оставалась тренироваться после того, как остальные расходились?
Руки Грейди сжались в кулаки.
— Видел ее раз-другой по дороге домой, после пива в Barrel.
— И в тот вечер вы тоже заходили выпить? — мягко надавила я.
— Да. Выпил пиво с приятелем и поехал домой.
За исключением того, что между временем, когда его друг сказал, что Грейди ушел из Whiskey Barrel, и временем, когда жена утверждала, что он приехал домой, был часовой промежуток.