Воробей

Мак Сара

Она спустилась с крыльца и прошла половину пути до грузовика, когда я опомнился. Босые ноги едва ощущали снег на холодной земле, я подбежал к ней и коснулся плеча.

– Эддисон. Стой.

– Что? – рявкнула она.

Мы замерли, я упер руки в бока.

– Я не ожидал увидеть тебя утром. Ты застала меня врасплох.

Она скрестила руки.

– Нет. Я задала простой вопрос. Это ты бросил мне в лицо свою сексуальную жизнь!

Я уставился на нее.

– Ты не говорила со мной неделями! Явилась внезапно. Расспрашивала

про Джен... – я потянул за свои волосы. – Вот я и вспылил.

Она склонилась ко мне.

– Знаешь, что? Ты – козел.

– Что?

Она указала на мою грудь.

– Я пришла узнать, что не так, и исправить это. Почему? Потому что так делают друзья. Ты не говорил со мной с вечеринки Кевина, и я сделала первый шаг. Я подумала, что ты злишься на то, что сделал Дерек, а не из-за моей беременности! Если бы я знала, то не пришла бы. Это я не могу исправить, Кайл. Я не собиралась заводить ребенка. Я ничего не могу поделать.

На ее лице воевали гнев и печаль, и мне нужно было все исправить, если я не хотел, чтобы она ушла.

– Я злюсь не из-за твоей беременности, – сказал я.

Я расстроился, но не рассказывал ей об этом.

– Тогда из-за чего? – спросила она.

– Из-за того, как ты сообщила. Прислала сообщение, – я помрачнел и склонился к ней. – Это было холодно. Я думал между нами больше тепла. Понимаешь? Да, твой муж показывал, кто тут главный, это мне тоже не понравилось. Но я не звонил потому, что не знаю, как теперь вести себя рядом с тобой. У Кевина я сорвался.

Ее взгляд стал мягче.

– Почему ты не знаешь, как себя вести?

Я выдохнул. Стоять рядом с ней и спорить было не лучшей идеей. Я хотел обнять ее и убедиться, что все в порядке. Не стоило так делать, но я решил физически показать ответ. Слова все равно не описали бы то, что я ощущал рядом с ней.

Я осторожно поднес ладонь к ее лицу и убрал пряди за ее ухо. Она не отпрянула.

Я обвел край ее уха пальцами, по челюсти скользнул к подбородку. Я нежно приподнял ее лицо и посмотрел ей в глаза. В карих глазах кружился миллион вопросов, и я медленно и нежно поцеловал ее в лоб. Она задержала дыхание, ее кожа была нежной под моими губами, и я все отдал бы, чтобы переключиться на ее губы. Но я отклонился и признался.

– Я не знаю, как себя вести, потому что, когда вижу тебя, хочу этого. Но не могу. Ты не моя.

Высокое скуление перебило мое признание. Я отпрянул в смятении.

– Это не я, – прошептала Эддисон.

– А кто? – я огляделся. – Сэм в грузовике?

Я пошел к ее машине и открыл дверцу пассажира. На полу стояла маленькая переноска для питомцев. Я присел и заглянул внутрь, и там сидел милый серо-белый щенок.

– Новая собака? – спросил я и подумал об ужасном. – Что-то случилось с Сэмом?

Эддисон замотала головой.

– Нет. Он в порядке, – она открыла переноску и вытащила щенка. Ее рука поддерживала его грудь, а

другая – попу. Она потерлась об него носом, покачала щенка в руках. – У собаки коллеги родились щенки, – сказала она. – Она показала их фотографии на работе и сказала, что им сложно найти дом.

Я почесал собаку за ухом.

– И ты решила взять одного? – я не винил ее. Щенок был милым. Напоминал мини-версию Сэма.

– Не совсем, – она посмотрела на щенка. – Дерек не позволит взять еще собаку.

– Почему? – я нахмурился.

– Потому что Сэм снова нашел его телефон и разбил экран. В третий раз, – она вздохнула. – Он не хочет, чтобы у Дерека был телефон.

– Может, стоит оставлять телефон там, где Сэм не достанет, – с сарказмом сказал я.

– Думаешь? – Эддисон слабо улыбнулась. – Как только я увидела эту девочку, я подумала о тебе. Ты говорил, что хотел собаку в детстве, и с моей ты ладишь. И я подумала… – она протянула мне собаку. – Может, возьмешь ее?

– Серьезно? – я посмотрел, как щенок ерзал в руках Эддисон. Я не мог сопротивляться. Я взял щенка в свои большие ладони. Она лизнула мой подбородок и прижалась ко мне, прижалась лбом к моей шее. Ее маленькое тело было теплым.

И я вспомнил, что стоял на улице в феврале без обуви.

Придерживая щенка рукой, я протянул другую к Эддисон.

– Хочешь войти?

Она не была уверена.

– Ты еще злишься на меня?

Нет. Я разобрался с тем, что меня беспокоило.

– Воробушек, у меня ноги замерзли. Пойдем внутрь.

Она посмотрела на мои ноги.

– Что за…! Я не знала… – она схватила меня за руку и потянула к двери дома.

В доме я опустил щенка на пол кухни. Она стала обнюхивать комнату по периметру. Мне нравилось, как она скользила на плитке, пока пыталась бежать.

– И? – Эддисон подошла сзади. – Оставишь ее?

Я повернулся к ней.

– Ты знала это, когда привезла ее сюда.

Она улыбнулась, и улыбка отразилась в глазах.

– Я рада. Не хотелось, чтобы она оказалась в приюте, – она присела и подозвала собаку. – Эй, красавица. Хочешь тут остаться?

Щенок прошел к Эддисон, лизнул ее руку и подставил уши.

– Тебе кое-что потребуется, – Эддисон посмотрела на меня. – Помочь тебе закупить вещи?

– Сейчас?

– Если ты не занят, – она медленно встала. – И если не злишься на меня. Ты так и не ответил.

Я смотрел на нее.

– Я не злюсь. Просто… нам нужно кое в чем разобраться, – например, я был с ней честен пару минут назад, но все еще не знал, что она думала об этом. Я поцеловал ее.

Поцеловал. Почему она не оттолкнула меня?

– Знаю, – тихо сказала она. – Может, проведя день вместе, мы разберемся с этим.

Я кивнул.

– Я приму душ, и в путь.

Ее плечи расслабились, я увидел слабую улыбку.

– Хорошо.

Я пошел по коридору, но она остановила меня.