Воробей
Шрифт:
Не могу перестать думать :(
Мне не нужно было уточнять, о чем. Последние пару дней – несколько месяцев – были коктейлем эмоций. Удивление, счастье, гнев, сожаление. А теперь тревога. Она тоже это ощущала, но сильнее.
Я могу помочь? – отправил я.
Она ответила не сразу.
Это мои проблемы. Не переживай.
Я нахмурился.
Нет. Мы клялись не врать. Скажи, как помочь.
Прошел миг. Я думал, что она не ответит,
Говори со мной.
Легко. Может, позвонить?
Телефон зазвонил.
– Алло?
– Я тебя опередила, – сказала она мне на ухо.
Я улыбнулся.
Как идиот.
Щенок подвинулся, и я понял, о чем говорить.
– Мне нужна твоя помощь, – сказал я.
– С чем?
– Имя для собаки, – я почесал щенка за ушами. – Есть идеи?
– Ты еще не назвал ее? – удивилась Эддисон. – Какие есть варианты?
– Кевин предлагает Убийцу, а Эшли – Дымку и Мо. Мне это не нравится.
– Хм-м, – я представил, как она кусает губу. – Ее маму звали Виктория. Может, Викки?
Это мне не нравилось. Хотя…
– Может, Тори? – предложил я.
Щенок поднял голову и дернул ушами. Она показала язык и завиляла хвостом. Я рассмеялся.
– Что смешного? – спросила Эддисон.
– Ей понравилась Тори. Она рада.
– Вот и решили, – Эддисон будто даже улыбалась. – Тори Дейтон.
Звучало хорошо.
– Я рад, что ты позвонила, – сказал я. – Спасибо за помощь.
– Спасибо тебе, – сказала Эддисон.
– За что?
– За тот день. Не знаю, что я делала бы без тебя.
Я знал, что она бы делала. Ждала бы Дерека или позвонила Эшли. Я переживал из-за всего этого, но был рад, что был с ней. Я не мог представить, как она терпела бы это одна.
– Я говорил тебе, – сказал я. – Я рядом, если нужно. Поплакать в плечо, алиби или…
– Месть в баре, – закончила она. – Я помню.
Мы проболтали еще час. Эддисон рассказала, что у нее на работе грядут весенние смотры, а я, как зима не дает покоя моей компании. Мы обсудили собак, ветеринаров, Эддисон рассказала, что задумала на девичник Эшли.
– Не смей рассказывать ей, – пригрозила она.
– Думаю, она поймет, – сказал я. – У тебя ведь нет других дел.
– И все же, – она вздохнула. – Это одно из моих заданий на свадьбе. А что у тебя с мальчишником?
– Ничего, – признался я. – У парней не так сложно. Пойдем в казино и посмотрим, что там делают ночью.
– Тебе лучше помнить правила Эшли, – пригрозила Эддисон. – Никаких стриптизерш.
– То-о-о-очно, – протянул я. – А что сделают дамы? Ужин и фильм?
– Наверное.
– Врунишка.
Она рассмеялась.
Я скрипнул зубами, представив, как Эддисон смотрит на стриптизеров и бросает деньги. Я был лицемером. Я собирался нарушить правило Эшли. Стриптизерши были ожидаемы
Эддисон зевнула, и я вспомнил о времени.
– Мне лучше тебя отпустить. Ты устала.
– Да.
Я не хотел заканчивать разговор, но ей нужно было спать.
– Тогда спокойной ночи.
– Спокойной. – И она повесила трубку.
Я опустил телефон и лег на бок, взбил подушку. Тори подвинулась и снова улеглась. Я был рад, что поговорил с Эддисон. Я надеялся, что хоть немного отвлек ее.
Глаза закрылись, и разум наполнили мысли о ней. Я хотел, чтобы она была здесь. В моем доме, в моей кровати, в моих руках. Тело стало расслабляться. Я засыпал, но телефон задрожал на столике. Я сонно перевернулся и схватил его.
Ты еще не спишь?
Я прищурился от яркого экрана в темноте и ответил:
Да.
Телефон зазвонил, и я ответил:
– Эй.
– Кайл? – ее голос звучал испуганно.
– Воробушек?
Она вдохнула.
– Ты… – она притихла. – Ты… – попробовала она снова.
Я терпеливо ждал.
– Просто… не клади трубку, – тихо сказала она. – Ладно?
– Хорошо, – в тревоге сказал я. – Я с тобой до утра.
– Обещаешь? – спросила она.
– Обещаю.
Мы молчали, и я не спрашивал, что не так. Я не мог утешить ее лично, но мог по телефону. Что бы она ни попросила.
– Сладких снова, – сказал я, ложась на подушку.
– И тебе, – прошептала она.
Глава двадцатая
Тук-тук.
Я отвёл взгляд от зимнего бюджета и смотрел, как медленно открывается дверь.
– Кто-нибудь есть дома? – Джен заглянула внутрь.
– Эй, – улыбнулся Кевин. – Давно не виделись.
Стол брата стоял напротив моего, Кевин опустил ноги. Он склонился, чтобы посмотреть на гостью.
– У тебя мешок в руке? – его глаза расширились. – Скажи, что там лимонные батончики.
– Сюрприз! – Джен вытащила белый бумажный пакет из-за спины. – Норма сделала их утром.
– Я тебя люблю, – сказал Кевин с серьезным видом. Он вскочил на ноги и забрал сладости из рук Джен. Брат обожал лимонные батончики Нормы. Начальница Джен делала их раз в несколько месяцев. Они были вкусными.
– У тебя обед? – я не знал, что она собиралась заехать.
– Да, – она огляделась. – Где Тори?
Щенок спал у моих ног, проснулся, услышав свое имя.
– Она здесь, – я посмотрел вниз, отодвигая стул. – Все ещё не хочет спать на лежанке.
Я брал Тори на работу каждый день, так что оборудовал ей место возле шкафов. У нее были миски, пара игрушек, а ещё конура и красная лежанка в клетку. Она это не использовала. Она предпочитала спать у моих ног на полу.