Волки
Шрифт:
— Эй, бездельники? Вам кто разрешил оставить посты?
Те не шелохнулись.
— Ах вы ленивые жопы, — возмутился сагитарий, — да я сейча-а-а-х-р-р…
Он схватился за шею. Кровь ударила фонтаном. Гергана выдернула нож, узкий и длинный, и сагиттарий ничком рухнул на землю.
Сердце Тармисары билось, как птица в силках.
— Чего остолбенела? — прошипела Гергана.
Она выволокла из сарая тяжeлую амфору с маслом. Тармисара подхватила ещe две.
«Просто вытащите наружу», — наставлял их Деметрий, —
— Давай, дурёха, отомри! — торопила её старуха, одна из самых знатных и важных женщин во всей Дакии, — чего фабр тебе говорил? Забыла? Пути назад уже нет!
Тармисара очнулась, сгребла в охапку несколько хорошо просмолeных факелов и поспешила к костру, совершенно не представляя, что сейчас скажет караульным.
Но приблизившись шагов на десять, замедлилась.
Снег бил прямо в лицо. Глаза нещадно слезились. Перед женщиной за стеной метели маячила высоченная тeмная фигура.
Тармисара сделала ещё пару шагов вперёд, совершенно не чуя ног. Она не могла оторвать взгляд от тeмного силуэта.
Он как-то странно топтался у самой стены. Тармисара прищурилась. Этот кто-то разламывал частокол. Несколько кольев покосились, наклонились наружу, два он уже вывернул, они валялись рядом.
То был не человек. Рослое существо, сутулое, косматое, с длинными руками… или правильнее будет — лапами? Они заканчивались внушительными когтями. Колья он расшатывал и ворочал с невероятной лёгкостью. Женщина понимала, что простому смертному в одиночку выдернуть их не под силу. Сначала пришлось бы подкопать.
Никто ему не мешал. Караульные будто ушли, бросили свои посты. Двое так и сделали, наплевав на приказ, отправились погреться у костра. Но почему они не поднимают тревогу? Уснули что ли?
Тармисара бросила быстрый взгляд по сторонам и увидела ещё одного из бревков. Он лежал возле башни.
Точно уснул. Вечным сном.
Это… существо вывернуло третий кол и отбросило в сторону. Взялось за четвёртый, он поддался ещё легче. В образовавшуюся брешь уже легко бы протиснулся человек.
Существо учуяло присутствие женщины. Обернулось. Замерло.
Тармисара силилась разглядеть его лицо… или морду. Безуспешно. Глаза отчаянно слезились.
Тeмная фигура не двигалась, замерла, будто статуя, не издавая ни звука.
Шаг. Ещё шаг. Женщина будто по болоту пробиралась, где вязкая хлюпаюшая жижа неумолимо затягивала в свои смертельные объятия. Ноги хотели подломиться, но всe же продолжали нести еe вперёд. Она смотрела на тeмную фигуру завороженно, не в силах оторвать взгляд, не в силах повернуться и убежать. Что-то притягивало еe. Неслышимый зов, ласкавший еe имя.
«Ничего не бойся. Ничему не удивляйся».
За спиной существа зияла дыра в стене форта. Вот она была куда как реальнее, чем это порождение ночного кошмара.
Один из караульных, сидевших
Тармисара выронила факелы и зажала рот ладонями. Попятилась. Споткнулась и упала. А когда поднялась, тeмная фигура уже исчезла.
— Где тебя носит? — прошипела Гергана.
Тармисара увидела, как старый Дида бежит к проёму в стене.
— Не соврал ведь, сукин сын! — приговаривал он на ходу.
Голос старика дрожал от возбуждения и какого-то… восторга. Вот уж он, похоже, точно не удивлялся. Не видел? Да как можно такое не заметить? Ведь только что тут торчало!
У одной из башен появился Деметрий. Как раз подле покойника. Подхватил с земли щит и вытянул из ножен мёртвого бревка меч.
Дида уже спешил обратно к баракам. тащил на плече кол, вывернутый из стены. Им он подпeр дверь одного из бараков с ауксиллариями и бросился обратно, за следующим. Туда же примчался и Деметрий. Озирался по сторонам. Они выскользнули из дома незаметно, когда женщин остановил Бесс.
Лошади уже буквально визжали от ужаса.
— Что теперь? — спросила Тармисара фабра.
— Сейчас… — процедил Деметрий.
— Эй, какого Оркова хера вы там делаете? — раздался возглас.
Из барака, который не успел запереть Дида выскочило несколько фигур. Всё-таки услышали лошадей. Тармисара увидела, что и от ворот к ним бегут трое или четверо.
Раздался треск и плеск, будто горшок с похлeбкой на пол уронили.
Тармисара, сломя голову бросилась к дому, где осталась Дайна. Девочку, насмерть перепуганную, закутанную в шерстяной платок вывела жена Диды. Появились и другие женщины. Всё бледные, испуганные. Но никто не голосил, не выл.
— Стоять! — раздался вопль одного из бежавших к ним караульных, — тревога!
— Тревога! Даки!
Где-то совсем близко полыхнуло рыжим, загудело пламя.
— Бегите! — крикнул Деметрий.
— Куда?
— Туда! Там выход!
Он указал в сторону пролома в стене.
— А ну, стоять! — первым до фабра добрался сагиттарий.
Подскочил, ударил наотмашь мечом. Деметрий прикрылся щитом и сделал короткий выпад киликийцу подмышку. Тот был в длинной кольчуге, но она его не спасла.
Сагиттарий заорал. Деметрий сбил его с ног щитом. Следующим оказался Бесс. Вот уже Сальвий оказался Торквату не по зубам. Он легко отвёл клинок фабра, перехватил щит за верхнюю кромку, рванул. Деметрий не удержался, покатился по земле. Однако торжествовать Бессу не пришлось. За его спиной оказалась Гергана с каким-то дрекольем. Старуха огрела эксплоратора по голове.
— Полежи-ка, милок!
— Тревога!
— Бегите! — закричал Дида.
— Пожар! Горим!
Ауксилларии толкаясь, торопились выбраться наружу. Все одетые. В нынешнюю стужу никто на ночь не раздевался. Но без кольчуг. Некоторые успели нахлобучить шлемы.