Вестник
Шрифт:
...Когда мир опять рухнул молотом, девушка почти сразу успокоилась. Их тренировали выдерживать приступы без пены у рта и попыток разбить голову о близлежащий камень. Но раз от раза переход становился всё жестче. Она словно выныривала, переваливалась через черту – в пространство с иной гравитацией. «Будущее зависит от нас», любил повторять Ростов в своих проклятых письмах. Это был ее пароль в мир с чужой гравитацией.
Девушка выбралась в сухую часть пещеры, где загрязнение было немного слабее. Разум немедленно вмешался в механическую работу
– Хочу сдохнуть, – прошептала она. – Только и всего.
– Ну так оставайся здесь.
Галлюцинации еще не отплясали до конца. Увы, она уже не могла принять их за чистую монету. Сидящая перед ней девочка в светло-голубом платье улыбалась, разгоняя в мутном воздухе светящиеся круги.
– Как будто ты мне позволишь.
– Ужасно глупо получилось.
– Да уж...
Призрак лег рядышком на ледяные камни: – Смерть – характеристика органической материи. С энергетической сутью это не прокатит.
– Ты умеешь напугать.
Тишина.
Перед самым ее лицом поблескивали в свете фонарика порванные звенья платиновой цепочки. «Так вот за что я зацепилась...» Чуть в стороне лежала соскользнувшая подвеска. Девушка протянула руку и пододвинула украшение к самым глазам. Зрачки сфокусировались на рыцарском щите с пляшущими волками, их крохотные голубые глаза сверкнули из темноты. «Привет». Забыв о боли, она согнулась и села, положив подвеску на раскрытую ладонь. Нежно коснулась ее пальцем. Всё еще теплая от ее тепла, памятная от ее мыслей. Платиновые волки по-прежнему танцуют свой геральдический танец. Подумав, засунула руку за ворот и достала вторую цепочку; белый полумесяц едва слышно звякнул колокольчиком. Всё, что у нее осталось – эти безделушки и случайные галлюцинации. Не так уж мало, многие не оставили ей ничего.
Девушка сжала ресницы, сгоняя соленый туман. Дрожащими руками перевесила щит к полумесяцу – «Будем вместе». Секунду смотрела, как они качаются, прильнув друг к другу. Она слишком долго и слишком упорно цеплялась за этот союз. Теперь ей пора идти. Скоро она выберется на поверхность и сможет двигаться быстрее. Если повезет, за несколько часов доберется до места. И тогда ей останется только проверить...
Она заправила подвески за порванный воротник и приготовилась ползти дальше. Перед ней была дверь. Узкая, как крышка гроба, уходящая в невидимый потолок. Дверь была заперта.
«Опять». Девушка ткнулась в нее лбом, но та не исчезла, зато в висках загудело, словно в пустом котле.
«Что за...?»
Из-под двери торчал клочок бумаги, исписанный знакомым почерком:
«Сделай, как я прошу. Это единственное, что тебе под силу. Продолжай».
Она уставилась в каменный потолок. Теперь она проснулась.
* * *
Дэн внезапно перестал ворошить бумаги на столе и осторожно сел, стараясь не привлекать к себе внимания. Замер. Кончики пальцев нервно затрепетали. Через минуту он подскочил и бросился к выходу.
Он спешил в Астоун, его позвали, попросили найти запертую дверь. И открыть ее – чего бы это ни стоило. Дэн знал, что не вправе отказать просящему.
* * *
Астоун
21:11
– Здравствуй, Алекс.
Райн уселся за стол в библиотеке, непривычным жестом смел со лба отросшие волосы. Улыбнулся – в глазах завибрировало напряжение. Верхняя часть его лица противоречила нижней, как у плохо раскрашенной куклы.
– Здравствуй, Рональд. Такое ощущение, что я смертельно болен. Ты едва ли не каждый день приходишь ко мне с этим трогательным взглядом...
– В десятку.
Улыбка снова полыхнула на его лице, как ядерный взрыв: – Приехал навестить Джулию?
– Я ее не видел, она спит.
– Ах, да. Врач прописал успокоительное – она теперь почти всё время спит.
Алекс принялся листать ежедневник, но его глаза не отрывались от невидимой точки на столе.
– Ты уверен, что с ней всё будет хорошо?
Между их репликами пролегла секундная пауза, но когда Алекс поднял глаза, в них было только спокойствие.
– Да, конечно.
– А с тобой?
– Что мне сделается? – он снова уткнулся в ежедневник.
Рональд старался разгадать поспешные строчки. Райн выучился орудовать любимыми перьевыми ручками Каталины и делал это мастерски – даже левой рукой. Достижение для правши. Почувствовав на себе взгляд, Алекс вскинулся и жестом предложил старику присесть. Теперь он снова улыбался – слабо, но вполне искренне. Рональда тревожила эта частая смена эмоций.
Ни один человек на его веку не менялся столь поспешно. Перемены затронули всё – характер, внешность, повадки. Отчасти это было оправдано, учитывая проснувшиеся способности, но за двести четыре года Рональд собрал неплохую статистику и знал, в каких пределах это возможно – раньше подобной картины ему наблюдать не приходилось. Неуравновешенность Алекса казалась следствием нервного срыва, с инициированным магом такого быть не могло. Океан всегда компенсировал шок от трансформации – иной раз эйфория уносила новичков дальше, чем удар «Волны» на тренировке. Но не Алекса. Он и здесь оказался белой вороной.
– Что скажешь? – Райн внезапно отложил перо и взглянул на Рональда с усмешкой, словно эта последняя мысль Тэйси показалась ему особенно забавной.
Рональд отделался невнятным движением бровей. Алекс кивнул. – Знаешь, нам действительно пора заканчивать с игрой в шпионов. Я смертельно устал отбиваться по всем фронтам.
– С радостью тебя выслушаю.
– Однако хорошая ли это идея... Увы, выбор не впечатляет.
– Кажется, какое-то время назад ты уже пытался со мной поговорить?