Вестник
Шрифт:
– Вроде того. Не очень популярное.
– Тогда я продолжу по-старинке. Знаешь, в архиве Чесбери нет ни одного учебника, выпущенного после 1500 года.
Она засмеялась – неожиданно, по-настоящему:
– Алекс, самоучкой в нашем ремесле быть опасно. Займись чем-нибудь более полезным, чем трата сил на содержание меня под стражей. Найди учителя.
– Слушай дальше. После нашей встречи появились сны об океане.
– Это ты послушай...
– Я рассказывал, помнишь? В этих снах мы всегда вместе. Я хочу знать, что нас связывает.
Она отвернулась. Алексу показалось, что она
– Хочешь понять, что с тобой происходит? Имеешь право. Я тоже хотела. Это была самая большая ошибка в моей жизни... – Она запнулась. – Тебе кажется, что ты чувствуешь ответ, знаешь, каким он будет, но оказывается, что это был вовсе не ответ. Это была надежда. Что ты будешь делать с ответом, который тебе не нужен, Алекс?
– Вот и переубеди меня – расскажи, что с тобой случилось.
– Ты всерьез полагаешь, что я поведусь?
– У тебя нет выбора, если ты планируешь выйти из этого подвала.
– Ох, Алекс. А ведь ты казался таким добрым парнем, и вдруг – бам! и перед нами маньяк-тюремщик.
– Я все-таки свихнусь в конечном счете. Могу тебя заранее поблагодарить.
Она еще какое-то время изображала гнев и отчаянье, но потом устало прижалась к его плечу: – Мне хватает и того, что приходится иметь дело с тобой...
– Если у тебя нет ответа на мои сны, давай поищем его вместе.
– Мы разные, Алекс, каждому придется идти своим путем. Еще и твои рельсы мне не осилить.
– Можешь воспользоваться моим загривком.
Она через силу улыбнулась.
– Нет, давай разойдемся на этой стрелке.
– Скажи, ты каждому встречному магу позволяешь делать то же, что и мне? Или это бонус за карцер?
Девушка вздрогнула. На мгновенье ему показалось, что она растерялась. Секундой позже попыталась встать.
– Что ты здесь искала? Ведь не Колодец же? Послушай... – Он стиснул ее плечи, почти прижался лбом к ее лбу: – Ты нужна мне. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.
– Не знаю, по какой причине тебя заносит, но можешь не бояться – со здоровьем у меня долгих проблем не бывает.
– Ты столько раз врала.
– Знаю. Псих.
– Плевать, не позволю этому случиться!
– Чему?
Теперь не ответил он.
– Меня нельзя убить, ты сам видел, – прошептала она. – Даже если затолкнуть в атомный реактор и взорвать. Ничто не сможет удержать меня надолго. Даже ты и это место.
– Значит, я должен смириться с тем, что мы просто два странных существа, столкнувшихся по нелепой случайности? Что я дурманю себя бессмысленными снами, принимаю чувство общности за нечто большее? И нас ничего не связывает?
– Ты не пробовал версии попроще? Может, всё дело в гормонах? Мы разной породы, Алекс. Если ты отправишься в реактор, то умрешь. Не сразу, не так, как обычный человек – но умрешь. Так что даже не пытайся.
Он выпустил ее и устало поднялся. Посмотрел в запрокинутое девичье лицо, еще совсем недавно разбитое, как фарфоровая маска.
– Не могу. Куда ты, туда и я.
Глава тринадцатая
Миражи наслаивались, вторгались друг в друга, но ни один не исчезал до конца. Сознание переполнялось, разбухало, затем...
Всё живое давно попряталось. Ветер тащился над равниной, соскребая высушенную траву. Девушка огляделась. Оставалось пройти около четырехсот километров, но она понятия не имела, что творилось с дорогой впереди. Защитка пришла в негодность еще на рассвете, после очередной «метели». Всё разваливалось на глазах. Девушка протерла экраны встроенных в костюм датчиков, которые еще кое-как фиксировали конец света. Ее удача, что она не столь уязвима, как обычные люди.
Обычные люди. Если приглядеться, их можно найти повсюду. В большинстве своем обычные люди теперь выглядят как оплывшие манекены.
Спина заледенела от лежания на камнях. Девушка подняла с земли небольшой контейнер, аккуратно закрепила на уцелевших ремнях. Никаких мыслей в голове. Это хорошо. Через полчаса она доберется до входа в пещеры. У нее был выбор: идти по поверхности, рискуя попасть в бурю, или продираться через подземные катакомбы, где ее могло засыпать во время очередного землетрясения. Последний вариант устраивал ее больше – она не хотела умирать, видя это новое небо.
Внутри пещер было совсем холодно. Солоноватые капли стекали по стенам и звякали о ржавые камни. Она с жадностью слизывала их какое-то время, потом почти час страдала от последствий. Как только тело перебороло токсины, она двинулась дальше, стараясь не цеплять контейнером за узкие стены. Вскоре пещера превратились в извилистую нору. Пришлось встать на четвереньки и ползти, проваливаясь в озерца с гнилой водой. Потолок продолжал опускаться, и через час девушка остановилась. Впереди зиял проточенный подземной рекой тоннель размером с волчий лаз. Фонарь высветил покрытые известью ребристые стены. Серо-рыжий камень крошился и нарывал язвами вулканических пород.
Приступ клаустрофобии на мгновенье обложил мозг тишиной. Девушка проглотила удушливый спазм и поудобнее устроила контейнер. Затем легла и с упорством заводной игрушки двинулась дальше. Несмотря на все предосторожности, привязанная к ноге ноша болезненно стянула лодыжку. В голове бился перезвон холодных капель.
Она ползла медленно и всё время злилась. Тело застревало при каждом рывке. Остатки защитного костюма расползались, не выдерживая длительного соприкосновения с ядами и шероховатым камнем. Вскоре она вся с ног до головы покрылась глубокими царапинами. Спустя еще какое-то время ее начало лихорадить.
Дальше она ползла по инерции. Инерция всегда ее выручала. Как обезглавленная курица, всё еще мечущаяся вокруг собственной дурной башки, она продолжала двигаться, плутая в галлюцинациях. В целом она ничего не имела против: видения помогали скоротать время, к тому же не все были кошмарами. Неприятности начинались позже, когда тело принималось регенерировать, и сознание на полном скаку врезалось в уютный балаганчик разноцветного бреда. Как раз в такие мгновения она по-настоящему заходилась криком.