Вестник
Шрифт:
Рональд заметил мелькнувшую в глазах Алекса растерянность.
– Не думаю.
– Пять дней назад, – напомнил старик, – рано утром. Портье сообщил мне о твоем визите.
Алекс хмыкнул. – Да, я был в «Прибрежном доме».
– Но не по мою душу?
– Подозреваю, ты и так всё знаешь.
– О, не преувеличивай. Тем не менее, я могу помочь тебе выйти из окружения, если мы заключим мирный договор. Давай изменим цвета фигур.
– Конкретнее.
– Обменяемся информацией. Так случилось, что
Алекс кивнул.
– Спешу тебя успокоить – ни в чём нелицеприятном мы эту особу не подозреваем.
– Если ты предполагаешь, что я плохо о ней осведомлен, то чем я могу помочь?
– Поможет любая информация. Тебе ведь интересно о ней всё – от размера обуви до семейного положения? Я расскажу то, что известно мне. В обмен ты подскажешь, как ее найти. Я лишь хочу встретиться с ней и задать несколько вопросов.
Алекс внезапно расхохотался. Ему пришлось уткнуться лицом в ладони, чтобы успокоиться.
– Прости, – через минуту продолжил он. – Это не истерика, не смотри так. Просто эта особа не понимает слова «вопрос».
– Стало быть, вы успели пообщаться. Для меня и это представляет интерес.
– Что за дело вы расследуете? Я не буду играть вслепую. Даже если это наглость с моей стороны.
– Хорошо. Ты готов говорить сейчас?
– Чем быстрее, тем лучше.
Алекс вышел из-за стола и направился вдоль ближайшего ряда стеллажей, Рон пристроился рядом.
– Коротко: это имеет отношение к рассказу твоего отца. Да, я говорил с Джулией, не злись. Она собирала армию в твою защиту.
– Понимаю. Речь об убийстве русских эмигрантов. Горов.
– Косвенным образом.
– И какое отношение к этому имеет она?
– Ты задаешь мой вопрос.
– Прости, Рональд, но ей чуть больше двадцати – в прямые свидетели она не годится. Как вы на нее вышли?
– Через тебя.
Алекс остановился и потер висок. – Не понимаю.
– После того, как портье сообщил мне, что ты появился в отеле ни свет ни заря, а потом исчез под ручку с милой барышней, еще одной обитательницей «Прибрежного дома», мне стало любопытно. Знаешь ли, я в курсе, что у тебя нет знакомых в городе за исключением медиков и полицейских.
Райн облокотился о стеллаж. – Дальше.
– Я просто спросил у многоречивого портье ее имя. – Рональд изящно извлек что-то из кармана плаща и зажал в кулаке. – Ты его уже знаешь или она по-прежнему называет себя Эрикой Бэйлори?
Алекс отрицательно покачал головой. Тэйси разжал ладонь и протянул ему ключ.
– Это от ее номера в «Прибрежном доме». Имя – Тэа Гор.
– Гор?
– Теперь понимаешь?
– У Горов был сын.
– Да. Жив и здоров. Лет на шесть старше тебя. Милая Тэа не имеет к нему ни малейшего отношения. И всё же...
– Что еще ты о ней знаешь?
– Что еще я мог бы узнать? Кое-что мог бы, наверное. Но я дал тебе слово не вмешиваться.
– Но ведь ты искал? Для своего расследования?
– Тэа – необычная девушка. На данный момент ты, Алекс, наша единственная ниточка к ней.
Райн покачал головой; он казался растерянным, похоже, у него что-то не сходилось. Тэйси выровнял корешки попавшихся под руку книг и скосился на друга, выжидая:
– Твой ход.
– Она ничего не рассказывает о себе. Даже имени. Почему ты уверен, что это настоящее?
– Есть безошибочный способ проверить.
– Она не признается, что ей нужно в замке. Полагаю, тебе придется спросить ее самому.
– С превеликим удовольствием. Ты сможешь организовать нам встречу?
Райн ненадолго задумался, потом кивнул:
– Сегодня.
Рональд не смог скрыть изумления.
– Но ты должен пообещать мне...
– Знаю-знаю. Я не лезу не в свое дело. Я серьезен, не смотри на ухмылку – это старческий тик.
* * *
Астоун
20:07 (часом раньше)
Дэн притормозил в стороне от подъездных ворот и загнал машину в лес. Замок был на удивление смирным и не стал препятствовать левитации.
Замаскировав «корсу» иллюзией, Байронс побрел среди деревьев, прислушиваясь к жужжанию Тропы. Сквозь привычный мир пролегала нить, ведущая его к запертой двери внутри Астоуна. Нить вилась между дубов, пробивала навылет охраняемую ограду и уносилась в темную стену замка. Благополучно одолев сад и ров, Дэн почти поверил в свою удачу. Но спустя десяток метров удача с той же легкостью его покинула: Астоун проснулся и приготовился к встрече – от плотного барьера Скриптор отлетел, словно ошпаренный. Поднявшись на ноги, Байронс с грустью отметил, что дорога будет долгой. И, без сомнения, болезненной.
* * *
Коттедж Элинор
20:15
Ричард бродил по пустому дому. Покинутые комнаты блестели слепыми зрачками любимых безделушек Элли. Сквозь опущенные шторы пробивался состарившийся день, часы не шли. Ричард огляделся. Тишина ворковала у него на плече, а ему до крика не хватало этого привычного «тик-так». Он тронул пальцем мертвый циферблат. На пальце осталась пыль.