Ты меня предала
Шрифт:
— А женишься на ней. Я видела фото!
— Какие фото, девочка? Хватит говорить загадками! Хватит! Объясни нормально.
— Я отправлю тебе ссылку, чтобы ты сам полюбовался. Ты… Изменщик. Ничего не было с ней?
Сбрасываю вызов и, нервно стуча пальцами по экрану, пересылаю сообщение мужчине. Когда слышу, что дверь открывается, торопливо умываюсь холодной водой, чтобы Уля не заметила, что я расстроена. Выхожу её встречать и тут же забываю обо всём, стоит увидеть улыбку на личике Ули.
— Привет,
— Привет, мамулечка, — скидывает обувь и подходит ко мне, чтобы прижаться губами к моей щеке. — Случайно разбила.
— Поехали, купим новые.
— Всё хорошо, мам. Я в линзах.
Ульяну тут же тушуется, опускает глаза и ногой шаркает.
— Маленькая моя, линзы это слишком дорого. Мы не потянем. И линзы постоянно носить нельзя. Для глаз вредно.
— Сегодня проверили зрение. Сейчас минус два. Не так критично, — ведёт плечом.
— Малышка моя, а где ты деньги взяла? — озадаченно хмурю брови. — Нет, я не контролирую тебя. Просто я знаю, что ты на день рождения мне потратилась.
— Артур купил.
Я сильно бледнею.
— Уля… Уль… Снова на те же грабли… Уля, почему? Что он снова делает рядом с тобой?
— Он перевёлся в мой класс, мама. И почему ты так против Артура? Он меня пальцем не тронул.
— Ульяна, я не дура. И меня не обмануть. Месяц мой ребёнок был в подавленном состоянии, ничего не ел, кричал во сне. Ты каждую ночь кричала ЕГО имя! Зачем ты мне врёшь?
Меня трясёт от злости и страха за Ульяну.
— Мама. Мамуль, я клянусь тебе… — Ульяна начинает задыхаться от слёз. — Он не трогал меня. Он не участвовал во всём этом ужасе. Его не было в спортзале.
— Уля. Он принесёт тебе проблемы! Уля, я беспокоюсь за тебя!
— Мам, не нужно, прошу тебя. Всё хорошо! Со мной всё в порядке.
Целует, а потом трётся носиком о мою щёку.
— Ты влюблена в этого мальчика, да? — спрашиваю устало, лбом вжимаюсь в её хрупкое плечо.
— Я не знаю, мамуль. Я не могу ответить на этот вопрос. Я никогда не влюблялась, мне не с чем сравнивать.
Провожу рукой по голову Ули, перебираю короткие волосы.
— Как же я хочу разорвать их за то, что они сотворили с тобой, — дрожащим голосом говорю я. — Я так любила твои длинные косы… Ты влюбилась, моя девочка. Я чувствую. Вижу, как ты расцвела. Он слишком сложный мальчик, Уля. Слишком угрюмый.
А ещё похож слишком сильно на своего кобеля дядьку.
— Но он защищает меня. Всегда. Мам, а что вкусненького есть? — тут же меняет тему разговора.
— А что ты хочешь?
— А давай пирог испечём. Со сгущёнкой. Я хочу кое-кого угостить ещё.
— Хорошо. Пойдём на кухню.
— Вау! Какая красота! Ты когда успела купить? — Уля смотрит на розу, которую я ещё вчера вечером принесла с работы.
Лёша
Ульяна подходит к подоконнику, склоняется и втягивает запах.
— Мне подарили. За успешную операцию.
Ага, которую я провела больше полугода назад.
— Это ведь Алексей, да? — вопрос Ули вгоняет в ступор.
— Да, — дёргаюсь.
— Мамуль, а почему ты не даёшь ему шансов? — спрашивает в лоб.
— Уля… С чего ты вообще взяла, что у нас с ним… Уля, он просто был моим пациентом. Ничего особенного… — бормочу, а у самой снова слёзы на глазах наворачиваются.
Лёша. Перед глазами фото из статьи. И то, как его рука лежит на чужой талии.
Ничего особенного… Просто люблю до безумия.
— Нравится, не достаточно, Уля. Я как-то доверилась своему сердцу. Выбрала мужчину, который оставил меня с тобой на руках на улице, — смахиваю слёзы со щёк, только причина слёз вовсе не из-за бывшего мужа, а из-за Бунтарёва. — Так, где у нас сгущёнка?
Уля уходит в кладовку за сгущёнкой, а в это время в дверь звонят. Иду открывать. Не глядя в глазок, распахиваю дверь. И замираю, глядя на разъярённого, доведённого до бешенства Лёшу. Я вновь всхлипываю. И в этот раз гораздо горше и отчаяние. Оказывается, я до безумия сильно соскучилась. И даже забыла, какой он огромный.
Лёша смотрит странно. Как-то… растерянно и даже беззащитно. Окидывает меня взглядом с ног до головы, задерживает его особенно долго на пальчиках ног, которые я поджимаю, а потом просто шагает вперёд и хватает меня обеими руками, вжимает в себя и тихо бормочет:
— Дурочка моя маленькая… Наивная… Малышка глупая. Что надумала? Ну какая нафиг невеста, когда я без тебя дышать не могу? Я же к тебе летел, думал, выскочу и впереди самолёта побегу.
Я рыдаю, пальцами вцепляюсь в его плечи, сжимаю изо всех сил, а потом и вовсе лбом утыкаюсь в его грудь, с жадностью втягиваю запах. Пальцы мужчины зарываются в волосы на макушке, он запрокидывает мою голову назад и впивается в губы поцелуем.
— Ты… ТЫ! — перед глазами встаёт картинка того, как Злата прижималась губами к его щеке. — К ней тоже бежал впереди самолёта? — спрашиваю шёпотом. — Её тоже так целовал?
— Надоело, Вера. Надоело. Все мозги вынесла… — рычит, ещё сильнее сжимая волосы на затылке.
— Лёша. Ульяна дома. Уходи. Я не хочу, чтобы она видела.
Я стараюсь не слушать чужой разговор, но слова всё равно доносятся до меня.
— Пойдём, Вера. Пойдём. В ресторане столик забронирован, — тяжело дыша, говорит мужчина. — Мы с тобой поговорим нормально. Я всё объясню.
— Лёша. Уходи. Я сейчас занята. Мы с дочерью выпечкой занимаемся.
— Я останусь, — бескомпромиссно.