Ты меня предала
Шрифт:
— Лёша, уходи, я прошу тебя. Я всё сказала… Уходи, я не хочу, чтобы Ульяна знала.
— Здравствуйте, — раздаётся за спиной голос Ули.
Я резко отскакиваю от Лёши, вытираю припухшие от его поцелуев губы, смотрю виновато и испуганно на дочь.
— Привет, Ульяна. Как ты? — спокойно спрашивает Бунтарёв.
— Уже хорошо. Спасибо, — улыбается Уля. — И за помощь спасибо. Не останетесь на чай?
— Уля, Алексею уже пора, — говорю торопливо я.
— Останусь, спасибо, Ульяна. Обожаю домашнюю выпечку, — этот… мужчина кладёт
— Тогда мойте руки и проходите, — Уля склоняет голову и кидает на меня хитрый взгляд.
У меня брови вверх ползут. Неужели я вырастила маленькую сводницу? Она улыбается и убегает на кухню, плотно закрыв за собой дверь.
— Лёша! Какого чёрта? Я…
Сказать ничего мне не даёт. Дёргает на себя и впивается ртом в мои распахнутые губы. Вжирается. Кусает. Вжимает в себя так, что я шевельнуться не могу. Пальцами сжимает ягодицы, напряжённым пахом вжимается в мой живот. Потирается. Я всхлипываю жалобно.
— Моя! Ты — моя, Вероника! — рычит и больно кусает за нижнюю губу.
— А ты? Ты мой? — с вызовом шиплю в его губы.
— Твой, дурёха.
Сквозь вату в ушах слышу шум на кухне. Отстраняюсь торопливо от мужчины, давлю на его плечи и отстраняюсь.
— Губы держи подальше от меня. И руки свои, — прикусив нижнюю губу Лёши, быстро отстраняюсь, — убери. Ты мне не объяснил, какого чёрта она тебя целовала.
Я резко разворачиваюсь и спешу на кухню, пока Лёша не успел вновь меня к себе прижать. На кухне начинаю суетиться, но из рук всё валится, потому что я чувствую на себя обжигающий взгляд Бунтарёва, который зашёл следом.
— Садись, мамочка. Ты устала. Я налью чаю, — пальцы дочери ложатся поверх моих.
Я смотрю в глаза Ульяны и вижу в них хитринки.
— Ульяна, как тебе в новой школе? Никто не обижает? — подаёт голос Лёша, когда я сажусь за стол рядом с ним.
Его наглая рука тут же ложится на моё колено. Я перехватываю запястье мужчины, сжимаю пальцами и убираю незаметно. Кидаю на него предостерегающий взгляд. На что он только многообещающе ухмыляется.
— Всё хорошо, Алексей. Все одноклассники очень хороший и дружелюбные. Никто никого не оскорбляет. Тут такого совсем нет.
— Тебе нравится? Втянулась в учебный процесс? — Лёша с интересом слушает мою дочь.
— Да, очень нравится. Только ещё некоторые предметы нужно подтянуть.
— Если нужна помощь, обращайся, — Лёша подмигивает Уле, а я плыву. Таю, как мороженое на солнце.
Мой потрясающий мужчина. Мужчина ловит мой плывущий взгляд. В серых глазах начинает зарождаться знакомое желание, сметающее всё на своём пути. Лёша шарит глазами по моему лицу, опускается ниже, на часто вздымающуюся грудь, которая в последнее время стала больше. Сглатывает тяжело. Проводит языком по нижней губе.
Я поворачиваю голову к плите, боясь, что Уля заметила наши игры в гляделки, но дочь как-то незаметно с кухни ушла. И пока я отвлекаюсь, Лёша пользуется моментом. Как хищник выкидывает
— Лёша, — шепчу возмущённо. — Я всё тебе сказала.
— Нет. Не сказала, Вера. Мозги все вынесла. Но не поговорила со мной.
— О чём говорить? О том, что тебя Злата целовала? Ты можешь не лгать, что фото старое. Она беременна. Там живот видно. Ты обнимаешь её. Ты сказал, что завершишь с ней все партнёрские отношения.
Я с каждым словом всё больше повышая голос. Я не знаю, откуда во мне столько истеричности. Никогда раньше такой не была. Но сейчас у меня под кожей зудит раздражение и ревность.
— Позволь объяснить, Вера. Выдохни.
— Сейчас я не хочу слушать, Лёша. Честно. Меня вырвало от отвращения, когда я это увидела.
Рука мужчины ложится на рот, затыкает мой поток слов.
— Ты у меня умная девочка, Вера. Но иногда такая блять дура! Не пришло в голову, что тебя намеренно выводят на эмоции? Они объявили о помолвке с Лёней, Вера. Я был там лишь из-за Артура.
— При чём здесь Артур? — шиплю в его руку. — И твой племянник снова к моей дочери лезет. Снова принялся за своё. Ты, — дёргаю головой и сбрасываю его руку. — Я знаю, что ты ему сказал, куда мы перевели Ульяну. Зачем? Я же просила…
Молчит. Опаляет тяжёлым взглядом. Пересаживает меня на диван и отходит к окну.
— Ты сейчас просто невыносима, Вера.
— Так не выноси. Уходи!
— Ведёшь себя, как глупая девчонка.
— А ты не даёшь нормальных ответов на мои вопросы. Действуешь, как тебе заблагорассудится. Только так, как ты считаешь нужным.
— Блять, — Лёша рукой проводит по лицу, уходит на балкон, плотно закрыв за собой дверь.
Достаёт из кармана сигареты и закуривает. Вижу, что у него дрожат руки. Сцепляю зубы и фыркаю.
Пищит таймер, я отвлекаюсь и иду к плите, чтобы вытащить пирог. Слышу, как хлопает балконная дверь. Смотрю в окно, вижу, что Ульяна о чём-то разговаривает с Лёшей. Достав пирог из формы и выложив его на блюдо, мою руки и выхожу к ним. Вижу, как мужчина даёт дочери кольцо.
— Лёша? Это что такое? Ты что? Какого чёрта даришь такие дорогие подарки?
— Вера, послушай, — мужчина вскидывает руки.
— Мамуль, ты чего? Алексей подарил мне в честь начала одиннадцатого класса. Немного с опозданием. Чтобы экзамены хорошо сдала и вообще, чтобы талисманом было.
— Прости.
С выдохом из меня выходит и вся злость. Я в растерянности смотрю на Лёшу.
— Прости. Я честно не знаю, что со мной. Лёш, — вскидываю руки и закрываю лицо, — я просто чуть не умерла, когда увидела эту статью. Я понимаю, что это намеренно сделали, прислали, чтобы вызвать ревность. Ноя ревную тебя к каждой, которая к тебе подходит. Я никогда, никогда в жизни не испытывала таких чувств. И сейчас… Меня швыряет из одной крайности в другую. Я отпускать тебя от себя не хочу. И боюсь снова потерять. И…