Триглав, Триглав
Шрифт:
Аслан закрыл глаза. И вдруг песня сама собой возникла в его груди и слетела с губ. Он запел - сначала вполголоса, потом во всю мощь легких. "Уджа даглар башинда" - "На вершинах высоких гор" - так называлась песня. Он пел ее, и ему становилось легче и радостнее. Будь под рукой звонкий тар*, он пел бы и пел... Но тара нет. Ну что ж, потерпим... Когда-нибудь услышим и звуки тара...
______________
* Тар - азербайджанский народный музыкальный инструмент.
Сверху посыпались
Аслан очнулся и приказал остановиться мечтам. "Сперва освободим Триест, а там посмотрим", - подумал он и встал.
К нему, широко улыбаясь, шел Сила.
– Анатолий зовет. Наверное, опять предстоит новое дело.
– Ну что ж, дружище, идем!
Давно уж поселок Святой Якоб погружен в тишину. На небе - ни звездочки. Кто знает, какие, быть может, сладкие сны видят жители... И не видят они только одного: крадучись идет по тропинке вдоль окраины поселка какой-то человек. Озирается. Ускорил шаги, опять озирается, замедляет шаг. Осторожно приблизившись к небольшому домику, стучит в дверь.
– Кто там?
– слышится испуганный женский голос.
– Прошу вас, впустите меня.
– Кто вы?
Человек колеблется.
– Синьора, я прошу помочь.
Дверь открылась.
Незнакомец, высокий худощавый мужчина, перевел Дух.
– Я бежал из лагеря. За мной идут. Спасите!
Он с надеждой смотрел на женщину. Размышлять не было времени, женщина сделала знак рукой: "Идите за мной" - и повела беглеца на чердак, где лежала куча грязного белья. Показала на старую кровать:
– Спрячься как-нибудь под нее. Я укрою тебя бельем.
Едва она спустилась вниз, как в дверь снова постучали.
– Эй, открой!
– Сейчас, сейчас.
Уже не предвидя ничего хорошего, женщина открыла дверь. Так и есть: полицейские.
– Что вам нужно, синьоры?
– сдерживая волнение, заговорила хозяйка. Почему не можете оставить меня в покое?
– Сейчас мы покажем тебе покой! Говори, где спрятала беглеца! Не притворяйся. Мы знаем, кто ты!
– Конечно знаете. Меня многие знают. Прачка я.
– Есть у тебя и другое занятие! Ты скрываешь у себя беглеца. Наверное, пленные не обошлись без твоей помощи, когда бежали? Да?
– Синьоры, вы на меня клевещете!
– А если найдем беглеца у тебя? Знай, плохо тебе придется. Поняла?
Разбуженная грубыми голосами полицейских, заплакала восьмилетняя дочь хозяйки. Услышав плач, полицейский обрадовался:
– Мы не пожалеем твоего детеныша! Говори, стерва, где спрятала беглеца?
– Я никого не прятала.
– Врешь! Мы видели, что он забежал сюда.
– Тогда ищите.
Один из полицейских подошел к девочке:
– Доченька, скажи, кто только что был у вас?
– Я не хочу конфет. У меня зубы болят, - ответила девочка.
– А чего ты хочешь?
– Хочу, чтобы вы не мучили маму.
– Если скажешь правду, мы не будем ее мучить, не скажешь - уведем в тюрьму.
– Не надо уводить маму!
– закричала девочка.
– К нам никто, никто не приходил! Никто! Никто!
– О, да ты вся в мать, языкастая. Несдобровать вам обеим.
Полицейские, посвечивая ручным фонарем, проверили все углы, слазили в подвал и поднялись на чердак.
Прачка понимала, что сейчас решится ее судьба. К этому она готова. А дочь? Что с ней будет?
Прикладами винтовок полицейские ворошили белье.
Показался сначала шнурок, потом носок ботинка. Значит, конец...
Женщина закрыла глаза.
Но что это: сон или явь? Полицейские не обратили внимания на ботинок. Беглец родился под счастливой звездой...
– Доченька, родная моя, я с тобой!
– кинулась хозяйка к дочери, когда полицейские, гремя сапогами и яростно ругаясь, ушли.
Потом она снова поднялась на чердак и сказала беглецу:
– Бог миловал, можешь больше не опасаться. Спускайся вниз!
– Синьора, разрешите мне подождать немного. Полицейские могут вернуться...
– Да, пожалуй, ты прав. Надо подождать.
Через час беглец решился выйти из своего убежища.
– Не знаю, чем отплатить вам за вашу доброту, - сказал он.
– За что благодарить? Я счастлива, что помогла человеку. Что ты намерен теперь делать?
После всего происшедшего они могли ничего не скрывать друг от друга.
– Я хочу попасть к партизанам.
Женщина на минуту задумалась. Посмотрела внимательно на беглеца, заглянула в его грустные глаза и сказала:
– Хорошо. Завтра я устрою тебе встречу с партизанами.
– Что вы говорите?! Неужели я доживу до этого счастливого дня? Я расскажу друзьям, что вы спасли меня. Вы достойны самой высокой награды.
Женщину покоробило от этих слов, но она ничего не ответила.
– Ложись, отдыхай. Сразу тебе не уснуть. Возможно, набрался вшей в грязном белье...
– Ничего. К этому мы привычны.
И беглец заснул. А к хозяйке не шел сон, тревожно было у нее на душе. Ее смутили последние слова пришельца. В них было больше лицемерия, чем сердечности. Кто он? Почему полицейские его не заметили? Вдруг все это подстроено? Кто знает, все может быть. Неужели она ошиблась? За такую ошибку можно заплатить головой, и не только своей... Или лучше все-таки отвести его к партизанам? Они разберутся, что к чему...
Она разбудила гостя еще до рассвета.
– Мы должны выйти, пока темно.