Темные берега
Шрифт:
***
Крепость Отверженного была окружена неприступным щитом высоких каменных стен. Тусклый серый камень, которых, покрывала замысловатая паутина внушительных трещин и вековой налет серо-коричневой степной пыли.
Главные ворота, что удивительно, ни кем не охранялись. Лан и Велдар, обогнав остальных наёмников, непрепятственно въехали по мосту.
В городе царила смерть. Разрушенные дома, трупы в лохматых куртках (своих убитых горожане видимо уже успели убрать) лошади. Всюду кровь, хлопья сажи и пепла от сгоревших деревянных построек. Под копытами, отвратительно хрустел битый
– Вот уж действительно пристанище отверженных.
– Вздохнул Талас, брезгливо наблюдая, как две женщины сцепились из-за потасканной, пестрой сумы с видавшим виды барахлом.
– Наставник отправился к князю.
– Вернувшись к попутчикам, сказал Вел. Мальчишка с трудом отыскал их, запутавшись в каменных улочках.
– Кажется, стражники задерживают всех без разбору. Лан предупредил быть повнимательнее...
– Вовремя.
– Усмехнулась Тайер, заметив вооруженный отряд городского войска впереди.
– Не думаю, что эти ребята вежливо пригласят нас погостить в замке.
– Что-то подсказывает мне, что ни чего хорошего нам они предложить сейчас не смогут...
– поморщился Талас.
Глава III "Отверженный князь. Душа властелина".
Пока наёмников вели узкими, полутёмными коридорами подземелья, Велдар безжалостно проклинал себя за то, что вообще согласился на это путешествие. Однако во всех вариантах выходило, что согласия его сильно-то не требовалось. Теперь вот придется торчать где-нибудь в темнице, покуда Лан не заметит их отсутствие. Если его, конечно, не постигла такая же участь. А может что и похуже! Бежать отсюда вряд ли удастся.
И, словно в подтверждение его мыслей, Афгар, резко обернувшись, ударил идущего позади воина связанными руками в лицо. Тот отшатнулся, закрываясь ладонями, меж его пальцев потянулась струйка крови. Наёмника сразу же сбили с ног, пострадавший стражник, кое-как зажимая разбитый нос, от души пнул его по ребрам. Вел рванулся так, что затрещала рубаха, за ворот которой предусмотрительно сгреб его один из сопровождавших. За свою несдержанность мальчишка немедленно поплатился, получив подзатыльник, от которого зазвенело в голове. За спиной подзаборно выругалась Тайер, потом, как видно плюнула в кого-то из воинов, тот ударил светлинку в лицо. Охотник, которому ещё один пинок противника пришелся по толком незатянувшейся ране, скорчившись, остался лежать на пыльных камнях, которыми выложен был пол в подземелье. Остальных втолкнули в темную каморку, обшитая железными полосами дверь со скрипом захлопнулась за спиной, вошедшего последним, Велдара...
Под потолком каморки сиротливо светилось зарешеченное окошко, в солнечном луче, пробивавшемся сквозь тонкие кованые прутья, клубились серые хлопья вековой пыли. Талас шарахнул кулаком в дверь и зашипел от боли. Дверь естественно, не поддалась, но стоявший по ту сторону охранник, рявкнул так, что со стен сыпанулась труха.
– Остаётся надеяться лишь на то, что Лан благополучно добрался до своего князя.
– Вздохнула Тайер, усаживаясь на некое подобие лавки у стены. Удар стражника рассёк ей бровь, и наёмница прижимала к ране
– Я бы на это не надеялся.
– Фыркнул северянин, озабоченно разглядывая ушибленную кисть.
Вел устало прислонился спиной к стене - ему было всё равно.
***
В темнице оказалось невыносимо холодно, стража отобрала у наёмников всё что можно, даже куртки, и Вел основательно замерз. Талас же, вот что значит северный житель, преспокойно спал, прислонившись плечом к растресканной стене.
Тайер, наградившая, охранявшего темницу воина отборными помойными ругательствами, теперь с нетерпением ожидала, что тот, всё-таки не выдержав оскорблений, войдет. И приготовила найденный под лавкой, среди источенного мышами мусора, увесистый камень.
Спустя некоторое время дверь и впрямь отворилась, но вместо охранника к ним втолкнули Афгара. Страж мгновенно вскочил на ноги, но дверь захлопнулась, и снаружи брякнул засов.
Охотник поспешно ухватился за Таласа, тот обеспокоенно заглянул ему в лицо и кивнул, спешно поднявшейся со своего места, Тайер. Молча сев на лавку, Афгар прислонился затылком к стене и закрыл глаза. Наёмники озадаченно переглянулись...
***
Полоса солнечного луча с кружащимися хлопьями пыли, сквозь ресницы казавшимися чем-то не реальным. Серая стена напротив, в трещинах и лохматых от той же пыли нитях паутины...
Когда-то всё это уже было...
– Будь проклят до порога Мглы.
– Родной язык казался посторонним звуком, дико слышать и совсем не привычно говорить на нем. Привычнее боль, обжигающая сильнее с каждым новым вдохом. Не открывая глаз, Афгар прижал руку к груди, ладонь вляпалась во что-то мокрое, и тут же кто-то схватил его за запястье. Испуганно шарахнувшись, охотник открыл глаза и увидел перед собой сидевшего на корточках Таласа.
– Ты как?
– серые глаза северянина настороженно изучали его лицо. Наёмник промолчал, покосившись на подсохшее по краям пятно на рубахе.
– Не трогай.
– Предупредила Тайер, она сидела тут же рядом, на лавке.
– Тебя могли повесить.
– Осуждающе покачал головой страж.
– Здесь не вешают.
– Охотник облизнул губы и с отвращением плюнул на пол, от чего Вел брезгливо скривился.
– Не казнят вообще.
– Что же делают с преступниками?
– удивлённо поинтересовался мальчишка, о подобном ему слышать ещё не доводилось.
– Изгоняют из города.
– А подземелье? Вместо постоялого двора?
– фыркнула наёмница, легко вскочив на лавку и стараясь углядеть хоть что-то в узкое кособокое окно.
– Вообще надо было пораньше сказать.
– Посетовал Талас, усевшись на ту же лавку, Велдар забрался с ногами на другую.
– Если бы не начальник стражи я бы тоже не узнал.
– Усмехнулся Афгар, плюнув на стянутый на ладонь рукав и стирая размазанную по щеке кровь.
– Надеюсь, он не передумает.
– С омерзением глядя на него, поежился Вел.
Талас, приободрившись, как-то незаметно втянул попутчиков в отвлечённый пустой трёп, потом принялся рассказывать об устройстве темниц северной крепости. Отец стража был старшиной дальнего, восточного рубежа. Помимо Таласа у старшины было пять дочерей, с которыми он, нещадно гонявший своих воинов за любое ослушание, не знал сладу. Все девушки служили в войске Кордона.