Танцовщица
Шрифт:
Мы вышли на улицу. Солнце светило, птички пели, а моя свобода махала мне ручкой.
Вдруг Дамир резко затормозил и дернул меня за локоть.
— Улыбайся, — прошипел он сквозь зубы.
— Чего?
— На три часа. Папарацци в кустах. Работай, Кира! Отрабатывай свой гонорар!
Я скосила глаза. Реально, какой-то мужик с объективом размером с телескоп целился в нас из-за припаркованного «Гелендвагена».
— Ах, ты ж блин… — пробормотала я, но тут же натянула на лицо улыбку городской сумасшедшей. — Так
Я положила руку (ту, что с новым булыжником) ему на грудь и начала демонстративно смахивать несуществующую пылинку.
— Не переигрывай, — процедил Дамир, улыбаясь своей фирменной улыбкой «акула бизнеса на отдыхе».
Он наклонился ко мне. Я напряглась, готовая двинуть ему коленом, если он снова полезет целоваться, но он лишь чмокнул меня в щеку. Сухо, быстро и абсолютно не романтично.
— Молодец, — шепнул он мне в ухо. — А теперь живо в машину, пока я не начал смеяться от твоего выражения лица.
Я плюхнулась на сиденье, вытирая щеку.
— Ненавижу шоу-бизнес.
— Привыкай, дорогая. Это только начало. — он запнулся — Ты же понимаешь, что нам в конце концов придется целоваться. Без этого ни куда?
Я поперхнулась воздухом так, будто проглотила тот самый пятикаратный бриллиант.
— Чего? — переспросила я, надеясь, что это слуховая галлюцинация. — Целоваться? В губы? По-настоящему?
Дамир вырулил на проспект, сохраняя на лице выражение буддийского спокойствия.
— А ты как думала? Что мы на свадьбе будем «давать пять» после объявления нас мужем и женой? Или чокнемся локтями?
— Ну, есть же варианты! — я начала загибать пальцы. — Поцелуй в лоб — символ заботы. Поцелуй в руку — символ уважения. Воздушный поцелуй — символ того, что мы соблюдаем социальную дистанцию и не хотим обмениваться бактериями.
— Кира, — он вздохнул, как усталый родитель. — Мы продаем сказку. Страсть. Историю о том, как циничный миллиардер потерял голову от простой талантливой девушки. В этой истории люди не целуются в лоб, как покойников. Они целуются взасос.
Меня передернуло.
— Фу. Слово-то какое — «взасос». Звучит как сантехническая процедура.
— Называй как хочешь. Французский поцелуй, слияние душ, обмен слюной. Суть одна: на свадьбе, когда скажут «Горько», тебе придется изобразить, что ты хочешь меня съесть, а не вызвать полицию.
Я отвернулась к окну, чувствуя, как уши начинают гореть. Проблема была не в том, что мне было противно. Проблема была в том, что после вчерашнего (и его горячего дыхания на моей шее) я боялась, что мне понравится . А это в контракт не входило. Влюбленный сотрудник — плохой сотрудник.
— Ладно, — процедила я. — Но давай сразу оговорим ТЗ. Техническое задание на поцелуй.
Дамир хмыкнул. Кажется, он едва сдерживал смех.
— Я слушаю.
— Первое: никаких языков. Мы не у лора на осмотре.
— Принято, — кивнул он серьезно, хотя в глазах плясали черти. — Мятный спрей, руки на талии, язык за зубами. Еще требования? Может, мне справку от стоматолога принести?
— Не помешало бы, — буркнула я. — И длительность. Не больше пяти секунд.
— Десяти. Камерам нужно успеть сфокусироваться.
— Семь. И это мое последнее слово.
— Восемь. И я куплю тебе тот графический планшет, на который ты вчера пускала слюни в интернете. Я видел историю браузера.
Вот же манипулятор!
— Восемь секунд, — быстро согласилась я. — Но планшет — топовой комплектации.
— Договорились.
Мы остановились на светофоре. Дамир барабанил пальцами по рулю, на его безымянном пальце не было кольца (мужчинам проще), а вот мое изумрудное «ярмо» сверкало на солнце, напоминая о том, что я продалась. За деньги, за лечение и, видимо, за графический планшет.
— Знаешь, Тагиров, — задумчиво сказала я. — Ты страшный человек. Ты даже романтику превращаешь в бизнес-сделку.
— Это не романтика, Кира. Это управление рисками. И кстати…
Он повернул голову и посмотрел на мои губы. Взгляд был таким плотным, почти осязаемым, что я инстинктивно вжалась в сиденье.
— Что? — пискнула я, теряя боевой настрой.
— Купи себе помаду постойче. Не хочу выглядеть как клоун, размазавший твой грим по всему лицу. Имидж, сама понимаешь.
Загорелся зеленый. Машина рванула с места, вдавив меня в кресло.
— Ненавижу тебя, — констатировала я без злости.
— Взаимно, дорогая. Взаимно.
Впереди был офис, куча работы и подготовка к свадьбе века, на которой мне предстояло целовать своего босса за восемь секунд до получения нового гаджета.
Жизнь — удивительная штука. Если не воспринимать её всерьез.
Глава 14
Я ее убью. Честное слово, придушу своими руками. И никакие смягчающие обстоятельства, вроде ее диабета или голубых глаз, меня не остановят.
Прошло два дня с того момента, как мы купили это чертово кольцо. Два дня относительного спокойствия. Я почти расслабился. Я решил, что Ветрова смирилась, приняла правила игры и превратилась в послушный актив.
Идиот.
Я сидел в своем кабинете, просматривая отчеты по тендеру, когда тишину нарушило странное хрюканье.
Поднял голову. Ильдар, сидевший на диване с планшетом, трясся от беззвучного смеха. Он зажимал рот рукой, но слезы уже текли по его щекам.
— Тебе плохо? — холодно поинтересовался я. — Вызвать санитаров?