Танцовщица
Шрифт:
— Шоу окончено, Ветрова, — глухо произнес он. — Ты отлично справилась с ролью наглой стервы. Премию выпишу. А теперь…
Он снял пиджак и бросил его на спинку того самого дивана, где сидела Регина.
— Надень штаны. И сделай мне кофе. Крепкий. Без сахара.
Я фыркнула, скрещивая руки на груди.
— А волшебное слово?
— Быстро, — рявкнул он, направляясь в сторону кабинета. — Иначе я передумаю насчет того, что тебе можно ходить голой, и лично замотаю тебя в ковер.
Я показала его широкой спине язык, но спорить не стала. Адреналин от стычки схлынул,
Глава 9
Я рухнул в кожаное кресло своего кабинета, чувствуя, как адреналин, бурливший в крови последние пятнадцать минут, начинает медленно отступать, оставляя после себя свинцовую тяжесть.
Тишина. Благословенная тишина со звукоизоляцией высшего класса.
Потер лицо ладонями, с силой надавливая на глаза. Перед внутренним взором все еще стояла эта сюрреалистичная картина: моя бывшая невеста в пальто за полмиллиона и моя будущая фиктивная жена в грошовом белье, шипящие друг на друга, как две кошки на одной крыше.
Регина… Я думал, что ничего не почувствую, увидев ее. Но я почувствовал. Гнев. Холодную, расчетливую ярость от того, что она посмела прийти сюда, в мое личное пространство, со своими дубликатами ключей и претензиями на собственность.
И Кира.
Невольно усмехнулся. Эта девчонка — ходячая катастрофа, но сегодня ее безумие сыграло мне на руку. Она не испугалась. Не стушевалась перед лоском и ядом Регины. Она просто… была собой. Дикой, непредсказуемой и абсолютно неуправляемой.
Телефон на столе ожил, вибрируя и настойчиво ползая по лакированной поверхности дуба.
На экране высветилось имя Ильдара.
Я поморщился, глядя на время. Черт. Совещание по интеграции новой платформы.
Нажал кнопку ответа и включил громкую связь, откидываясь на спинку кресла.
— Дамир, ты где? — голос Ильдара звучал напряженно, на фоне слышался офисный гул. — Инвесторы из «Сириуса» уже в переговорной. Мы начинаем через десять минут. Ты в пробке?
— Я дома, — коротко ответил я, расстегивая манжету рубашки.
— В смысле «дома»? — Ильдар на секунду замолчал, переваривая информацию. — Ты забыл папку с документами? Ладно, я потяну время, пока ты доедешь. Минут двадцать тебе хватит?
— Я не приеду, Ильдар.
В трубке повисла тишина. Такая плотная, что я слышал, как Ильдар перестал стучать пальцами по столу.
— Ты сейчас шутишь, да? — наконец произнес он, понизив голос. — Дамир, это «Сириус». Мы готовили эту сделку полгода. Это выход на азиатский рынок. Ты генеральный, твое присутствие обязательно.
— Проведи встречу сам. Или перенеси. Скажи, что у меня форс-мажор. Придумай что-нибудь. Ты мой зам, в конце концов, отрабатывай свой хлеб.
— Форс-мажор? — Ильдар почти перешел на шепот, в котором звенела паника пополам с недоумением. — Брат, какой к черту форс-мажор? Ты же железный человек. Ты даже с температурой тридцать девять приезжал закрывать сделки. Что случилось?
Я вздохнул, глядя в окно на серую панораму города.
— У меня в квартире случилось вторжение.
—
— Хуже, Ильдар. Гораздо хуже. Регина.
— Регина? — теперь в его голосе было чистое изумление. — Какого… Что она там забыла?
— Решила проверить свои старые владения. Открыла дверь своим ключом. И застала дома Киру.
— Оу… — протянул Ильдар. — Неловко вышло. Надеюсь, Кира была одета в то приличное платье?
Я хмыкнул, вспоминая недавнюю сцену.
— Нет. Кира была в трусах и лифчике. И сидела на подлокотнике дивана, поедая яблоко.
На том конце провода что-то с грохотом упало. Кажется, Ильдар выронил телефон или папку с документами.
— Ты серьезно? — его голос прозвучал приглушенно.
— Абсолютно. Они сцепились. Кира назвала ее крысой в пальто, Регина назвала Киру дворовой девкой. В итоге я вышвырнул Регину и забрал ключи. Меня до сих пор трясет от желания кого-нибудь ударить, так что на переговорах от меня сейчас будет мало толка. Я скорее сорву сделку, чем подпишу ее.
Ильдар молчал секунд десять.
— Охренеть… — наконец выдохнул он. — Твоя бывшая и твоя нынешняя фейковая невеста в нижнем белье устроили разборки в твоем пентхаусе за десять минут до совета директоров. Это… это мощно.
— Это дурдом, Ильдар. Просто дурдом.
— Ладно, — голос друга стал собранным, хотя нотки шока никуда не делись. — Я понял. Сиди дома, пей валерьянку… или виски. Я возьму «Сириус» на себя. Скажу, что ты на срочном селекторе с правительством. Но с тебя подробности завтра. В красках. Особенно про Киру и яблоко.
— Иди к черту.
— И тебе не хворать, семьянин, — хохотнул Ильдар и отключился.
Я отбросил телефон и закрыл глаза. В дверь кабинета осторожно, но настойчиво постучали.
— Кофе, — раздался из-за двери голос Киры. — Без сахара, без цианида. Можно войти, или ты там уже вешаешься от тоски по своей «эффектной» бывшей?
Дверь приоткрылась, и в кабинет просочилась Кира. На этот раз она была одета. Правда, ее понятие о «домашней одежде» снова вызвало у меня нервный тик. На ней была моя серая толстовка с капюшоном, которую я обычно надевал на пробежку. Толстовка была ей настолько велика, что рукава свисали ниже кистей, а нижний край доходил почти до колен, превращая вещь в странное бесформенное мини-платье.
В руках она держала дымящуюся кружку.
— Заходи, — буркнул я, выпрямляясь в кресле и машинально поправляя манжеты. — Ты подслушивала?
— Я? — она округлила глаза, делая вид святой невинности. — Боже упаси. Просто у тебя стены тонкие, а ты орешь как раненый бизон. Держи.
Она поставила кружку на стол передо мной. Черный кофе. Запах был правильный — густой, с легкой горчинкой.
— Ты умеешь пользоваться кофемашиной? — удивился я, делая осторожный глоток.
— Там всего две кнопки: «вкл» и «сделай мне хорошо», — фыркнула она, забираясь с ногами в кресло для посетителей напротив меня. — Даже обезьяна справится. А я, как ты заметил, примат с высшим образованием. Почти.