Святые Спиркреста

Рид Аврора

— И, судя по всему, он просто чудовище в постели, — добавляет Камилла. — Судя по всему, даже лучше, чем мистер Голд.

— Если мы сравниваем мужчин с вибраторами, то планка становится слишком низкой, — замечает Жизель.

В этом есть какое-то невидимое напряжение, хотя я не знаю, почему. Камилла одаривает Жизель ухмылкой. — Для вибраторов, ты имеешь в виду.

Мы смеемся, и я возвращаю свое внимание к Розе. — Думаю, ты поступила мудро, встретившись с кем-то за пределами Спиркреста.

— О, правда? — говорит Роза, с энтузиазмом садясь и отбрасывая

свои золотистые локоны с плеч. — Спиркрестовские мальчики такие избалованные и незрелые. Они понятия не имеют, чего хотят.

— Они просто хотят того, чего не могут иметь, — замечает Жизель. — Вот почему они не хотят нас. Я не могу дождаться, когда поступлю в университет и смогу наконец встречаться с настоящими мужчинами.

Разговор быстро переходит на университет, и вскоре Роза перехватывает разговор, радостно разглагольствуя о поступлении в школу моды в Лондоне, работе над своей первой коллекцией и запуске собственной линии от кутюр.

Я с удовольствием слушаю ее приятную болтовню, осматривая комнату.

Из всех, кто приветствовал мое возвращение в Спиркрест, Инесса — единственный человек, с которым я еще не поговорила как следует. В первый день моего возвращения я увидела ее мельком, но она лишь робко помахала мне рукой и поспешила прочь. Тогда я подумала, что это потому, что меня окружали самые популярные девочки 13-го года обучения, а я знаю, что ей они никогда особо не нравились.

Но с тех пор она со мной не разговаривала, а когда я пыталась постучать в дверь ее спальни, ее всегда не было дома.

Сначала я говорю себе, что она, наверное, занята подготовкой к летним экзаменам. И только на следующей неделе, когда я замечаю ее по дороге на урок, я наконец понимаю, что происходит.

Наши глаза встречаются в освещенном солнцем коридоре на втором этаже Старой усадьбы — я только что вышла с урока русского языка, а она направляется на свой. Я машу ей рукой и улыбаюсь. Ее лицо опускается, когда ее глаза встречаются с моими. Она останавливается на полушаге, поворачивается и бежит в ту сторону, откуда пришла, оставляя меня стоять посреди коридора, застыв в шоке.

Инесса не была застенчивой или занятой.

Она просто избегала меня.

Глава 49

Дружественный огонь

Теодора

В эту ночь, как бы я ни старалась, я не могу заснуть.

Почему Инесса избегает меня? Сначала я не могу придумать ни одной причины. Инесса была моей самой близкой и верной подругой с тех пор, как перевелась в Спиркрест. Я делала все возможное, чтобы оградить ее от других девушек, и она — единственный человек, которого я когда-либо полностью впускала в свою жизнь, которому полностью доверяла.

Но чем больше я об этом думаю, тем больше причин нахожу для того, чтобы она меня избегала.

Возможно, она не знает, что отец конфисковал мой телефон, и злится, что я так долго не писала ей. Она может быть расстроена тем, что я проводила больше времени со своими друзьями из 13-го класса, а не с ней, хотя она знает, что я предпочитаю ее общество их. Она может

обидеться на меня за то, что я не сказала ей, где нахожусь, за то, что меня так долго не было.

Возможно, она даже расстроилась из-за того, что произошло с моим отцом, ведь чем больше я думаю об этом, тем больше убеждаюсь, что она узнает об этом от своего собственного отца. Инесса возвращается домой в Россию на каждый праздник — пока она была дома, а меня не было, ее семья могла ей что-нибудь сказать.

Неужели она думает, что, отвернувшись от моего отца, от моей семьи, я отвернусь от нее? Если бы она только поговорила со мной, то поняла бы, что это не так. Я никогда не отвернусь от Инессы, несмотря ни на что.

Этой ночью я принимаю решение встретиться с ней на следующий день, но, проснувшись утром после нескольких часов плохого сна, меняю свое решение. Инессе, вероятно, нужно время и пространство, ей не нужно, чтобы ее загоняли в угол и допрашивали.

Я помню, что сказал мне Закари в той маленькой комнатке в коттедже Примроуз.

Не ненавидь меня издалека. Ненавидьте меня вблизи.

Впервые я понимаю, что он чувствует. Даже если Инесса злится на меня — яростно злится — даже если она ненавидит меня всеми фибрами своего существа, я все равно предпочла бы, чтобы она ненавидела меня прямо в лицо, ненавидела меня вблизи, только чтобы я все еще могла быть рядом с ней.

Я размышляю, чем заняться в ближайшие два дня, хотя должна сосредоточиться на учебе и заданиях. Когда я сижу рядом с Закари на уроке литературы, его молчаливое, уверенное присутствие — это стена света рядом со мной.

Я испытываю отчаянное искушение повернуться и спросить у него совета. Я знаю, что, несмотря ни на что, он даст мне хороший совет. Хорошо продуманный, взвешенный, добрый и разумный совет.

Я украдкой бросаю на него взгляд, и он ловит мой взгляд. Он улыбается мне — прекрасная улыбка Блэквуда, яркие зубы на красивом смуглом лице, ямочки на острых щеках. Улыбка светится легким высокомерием и бесстыдным обожанием. От этого у меня защемило сердце, и я быстро опустила взгляд.

В конце концов, так как я не могу заставить себя спросить у него совета, я решаю следующую лучшую задачу и отправляюсь на поиски Захары.

Через несколько дней после моего возвращения в Спиркрест мне пришла посылка, в которой были школьная форма моего размера, совершенно новая одежда и пижамы кремового, белого, голубого и шалфейного оттенков, туалетные принадлежности, совершенно новый флакон моих духов и новый телефон, все еще в нетронутой белой коробке.

Ни отправителя, ни записки не было, но когда я включила телефон, на новом счету было записано два номера.

Захара и Закари.