Солнце Бессонных
Шрифт:
– Ты была для меня слишком драгоценна, хрупка, чтобы навязывать тебе себя. Ты ведь не понимаешь, но проблема твоей человечности давит на меня. Впервые я не могу поддаться своему эгоизму и оставить тебя себе. Ты мне нужна. Но я тебе не нужен, у тебя все еще впереди. Ты должна это понимать.
Он говорил это глухим, потерянным голосом, словно внезапно передо мной вместо Калеба оказался старик.
– Так ли я драгоценна, как говоришь об этом ты. Совсем скоро, через несколько лет, я перестану быть человеком!
– страстно возразила ему я.
Калеб
– Ты не понимаешь, о чем говоришь, - отозвался тихо он. Его слова прозвучали угрожающе. Глаза засветились, и немного потемнели. Румянец, выступивший на скулах, не заставил меня отвлечься от нашего разговора, но я не могла не заметить, как он красив, когда злился. Пусть даже на меня.
– Боюсь, это не тебе решать, - угрюмо выпятила подбородок я.
– Я приняла это решение задолго до тебя.
– Знаю, я видел это через твои воспоминания.
Калеб злился, понимая, что я не собираюсь слушать его предостережения. Да только ему-то что? Если наш разговор пойдет и дальше в таком русле, Калеба не будет в моем ближайшем будущем. Не будет! Я ощущала это по его решительности. Он смотрел на меня со смешанными чувствами на лице, но какими именно, я не могла понять. Выражение лица сменялось так быстро, что заметить что-либо, кроме злости, было сложно.
– Ты должна понять, что всего за несколько лет, с тобой может произойти так много событий, из-за которых ты откажешься от своих мыслей и планов.
В его голосе звучало сожаление. Неужели он хочет, чтобы я так и не изменила решение? Может он решит, в конце концов, чего именно хочет от меня!
– Почему с тобой все так сложно, - устало покачал головой он.
– Я вовсе не это хотел сказать.
Калеб потер лицо. Такой простой человеческий жест о многом мне сказал. Неужели он боится моего отказа? Впервые за сегодня я принялась тщательнее прислушиваться к тому, что он сейчас скажет.
– Я хотел сказать тебе, что ты нужна мне, и совершенно не так, как остальные девушки. Но теперь я действительно понял, как много есть парней, более достойных тебя. Мне жаль, что все так вышло, что я навязывал тебе свое внимание, и я пойму, и приму твой выбор. Я смогу жить со всем, что произошло. И не буду больше тебя тревожить.
Он замолчал. Я тоже молчала. Все его слова никак не могли сложиться в четкую картинку.
– Мой выбор? Какой выбор? Что я должна выбирать? Дружбу с тобой, или что?
Калеб посмотрел на меня очень странно, и легким движением, почти как полет тени, оказался около меня. Его ладони взяли мое лицо, и это было так неожиданно приятно. От его аромата и холода мои нервы начинали сдавать. Это было почти болезненно - чувствовать его рядом.
– Ну разве я говорил о дружбе?
Он с легкостью притянул меня ближе, и наши глаза оказались на одном уровне. Я увидела, точнее говоря, впервые Калеб показал мне все свои чувства, о которых я так давно мечтала.
– Я, хочу, чтобы мы были
Я все еще не могла поверить в то, что он говорит. Я нужна ему? Но почему? Почему он хочет, чтобы я всегда была только его? Зачем ему я?
– Ну зачем тебе я?
– Какая же ты глупенькая, - Калеб нежно прикоснулся лбом к моему лбу.
– А зачем тебе я?
Я грустно улыбнулась.
– Потому что, ты мое счастье.
Мне было стыдно признаваться ему. Я боялась быть отвергнутой, но боялась промолчать, потому что тогда, Калеб никогда не узнает о моих чувствах.
Он с глухим стоном обнял меня.
– Подумай, о чем ты говоришь? Я же вампир, я ошибка эволюции. Представь, какова твоя жизнь будет без меня - там всегда будет солнце!
– Но зачем мне жизнь без тебя, - сглатывая слезы, созналась я.
– Всю эту неделю я не жила, я существовала, потому что тебя не было рядом. Зачем мне солнце, я же дождь?!
– Ты будешь жалеть потом, - гнул свое Калеб, но радостно слушая его, я чувствовала, что он сдается.
– Это ты будешь жалеть, когда я стану самым некрасивым вампиром, - мягко сказала я.
– Какая же ты глупая, прекрасней тебя нет, - глухо сказал Калеб и его объятия стали намного тверже.
– Только ты должна пообещать мне - если у тебя появится возможность полюбить кого-то нормального и жить как все, то ты оставишь меня, даже если я буду умолять тебя не делать этого.
Калеб внимательно смотрел на меня, затаив дыхание и ожидая ответа. А я не могла себе представить Калеба, который мог бы меня умолять.
– Я по пятницам и на голодный желудок обещаний не даю.
Ощутив его цепкие пальцы на своих руках, я почувствовала боль и знала, что завтра там будут синяки. Да только что с того. Я нужна ему! Я нужна!
Калеб смотрел на меня, не отрываясь, не зная, что и думать, но я не дала ему возможности снова что-то решить за нас двоих, как в ночь на понедельник. Я впилась в его губы поцелуем, и этого хватило, чтобы его руки вернулись к моему лицу.
На миг я оторвалась от него, и Калеб, не сопротивляясь, замер.
– И только посмей меня бросить еще раз! И никогда не отдаляйся. Поверь, я этого не переживу.
Как тяжело было признаваться в своих мучениях ему. Он же смотрел ласково и виновато.
– Кстати, - чтобы разрядить обстановку добавила я, - я стащила твой спальник.
– Что?
– непонимающе уставился он на меня.
– Но зачем?
– Я думала, что сегодня наш последний с тобой разговор. Я хотела, чтобы отец стер все воспоминания о тебе, но спальник я не желала отдавать. С ним связана самая прекрасная ночь в моей жизни.