Снег
Шрифт:
Макс спал. Я вспомнила об оставленном такси и решила, что вряд ли оно нам понадобится. Вздохнула, поднялась и попыталась поднять Максима, потянув за руку.
— Когда-то ты был крупной свиньей, — вырвалось у меня. Не то, чтобы я вспомнила его, я вспомнила наше фото. Да, килограмм десять Макс потерял точно. К тому же жуткая таблетка придавала мне силы. Кое-как я смогла дотащить его до ванной, благо он пытался немного переставлять ноги. В ванну я его засовывала уже просто как мешок с картошкой. Перевела дыхание, а потом врубила холодный душ. Признаться, я некоторой долей садизма поливала на него водичку, стараясь побольше попадать в лицо.
Села на корточки и попыталась поймать взгляд Максима. Он очень старался держать себя в сознании. Спасибо и на том.
— Тебе нужно раздеться, набрать горячей воды и искупаться, хорошо? — Сказала я.
Он послушно кивнул.
— Ты сможешь это сделать сам?
Снова кивнул.
— Я сейчас сбегаю в магазин, куплю тебе чего-нибудь поесть.
Мне повезло, в прихожей я быстро отыскала ключи, на что не надеялась совершенно, и выскочила из квартиры. Отправила таксиста, зашла в магазин. Вернувшись, кое-как освободила кухонный стол и плиту, и принялась варить куриный бульон для моего страдальца. Конечно тут же подумала — интересно, готовила ли я когда-нибудь для него еду? Вот это вряд ли. Зачем, если можно пойти в ресторан или заказать пиццу на дом. Все время пока я возилась на кухне, Макс был в ванной. Я периодически заглядывала туда, чтобы убедиться, что он не утонул или снова не отрубился. Но с ним все было в порядке. На сколько это возможно. Минут через сорок бульон был готов, и я пошла доставать Максима из помывочной.
Надо же, оказывается, он был никакой не загорелый, как мне показалось накануне. Я тихо засмеялась, наблюдая за ним. Он валялся в облаке пены и щелчками разбивал пузыри.
— Ну вот, трубочиста отмыли, — сказала я.
— Я уже забыл, что это такое
— Это было заметно. Выползай, я буду тебя кормить. — Я бросила ему полотенце и вышла. Макс вышел через несколько минут, успел даже побриться. Полотенце обмотал вокруг бедер. Или у нас не принято было ходить голыми, или он не хотел смущать меня, зная, что я ничего не помню. Я бросила на него беглый взгляд и тут же отвела глаза. Все-таки он меня смутил. От него исходила энергия, которая лишала меня сил… в хорошем смысле этого слова.
— Тебе надо поесть, — я кивнула на тарелку с бульоном. — Попробуй хотя бы.
Он кивнул и сел напротив меня за стол.
— Ты умеешь готовить? — Удивленно спросил он.
Я пожала плечами.
— Не помню.
Он стал есть. А я смотрела и думала, что, наверное, он себя пересиливает. Лично мне кусок в горло не лез.
— Теперь я знаю, как выглядит запой, — не удержалась я.
— Я много не пил. — Отозвался Макс. Ел он, на удивление, с аппетитом. Я ужасно гордилась собой. — Просто, Саш… просто нет сил в последнее время. Я выпиваю стакан джина и спать. Просыпаюсь, снова стакан — и снова спать.
— Наверно это и есть запой, — я почувствовала, что автоматически сделала то выражение лица, с поднятыми бровям, о котором говорил Макс. А-ля "я наивная девочка".
— Может быть. — Как-то быстро согласился он, будто отмахнулся.
Я
— Максим, я хочу тебе рассказать про одного человека. Он… мой доктор. — Начала я.
Макс тут же замер и поднял на меня глаза. Я не могла понять, почему это НАСТОЛЬКО его заинтересовало.
— Мне кажется, он знает про нашу историю. И про то, что знаешь ты. — Продолжала я. Макс отложил ложку и уставился на меня как удав на кролика. Под этим взглядом я выложила ему все о докторе Чехове, описала наши беседы, таблетки и даже снег, который…
— Откуда он взялся? — Спросил Макс, как только я закончила.
— Я… случайно нашла его визитку в поликлинике.
— Случайно?! Я знал, что появится кто-то, кто сможет объяснить… Послушай, я должен поговорить с ним!
Я замолчала.
— Саш, ты слышишь?!
Я представила себе картину — я привожу Макса к доктору, они просят меня выйти и говорят про свои секреты. В результате я по-прежнему остаюсь в неведении, и я по-прежнему вслепую разгребаю всю эту кашу. Нет, хватит.
— Ты увидишь его. — Спокойно сказала я. — Но сначала я отвезу тебя в одно место.
— Куда?
— Увидишь.
— Хорошо, — смирился он и попытался подняться, но тут же рухнул обратно на стул.
— Саш, — сказал он. — Ты говорила, про какие-то таблетки. Меня как будто выжали…
Я с сомнением посмотрела на него. Мне бы ужасно не хотелось, чтобы он пережил эти секунды кошмара, но, с другой стороны… то, в каком он состоянии сейчас — это кошмар, растянутый на часы и дни.
— Это очень больно, — тихо сказала я. — Как будто задыхаешься, а в это время тебе ломают все кости… это ужас что такое, Макс…
Он безразлично пожал плечами.
— Давай их сюда.
Мое сердце сжалось в комок, когда я вытряхнула ему на ладонь таблетку. Без единой эмоции он приготовился сразу же проглотить ее, но я попросила подождать, пока я не выйду. Слишком свежо было в моей памяти то, что испытала недавно сама. Я забежала в ванную, захлопнула дверь поплотней, и зажала уши. Когда до меня донеслись нечеловеческие его крики, я стала ударять по ушам, чтобы перекрыть эти звуки, но ничего не помогало. Все равно я слышала. Слезы брызнули у меня из глаз, я завизжала… Ревела, визжала и зажимала уши одновременно. Мои ощущения были похожи на то, как если бы я держала в руках нож и отпиливала по кусочку от тела Максима. Когда вечность миновала, а мой визг стал хриплым, я просто сползла на пол и, вздрагивая, прижалась щекой к холодному кафелю. Максим больше не кричал. Тишина… только мои зубы отбивали дробь.
Дверь открылась. Я подняла глаза. Макса было не узнать. Исчезли эти страшные круги под глазами, лицо приобрело какое-то здоровое сияние. И ни следа пережитого только что страдания.
— Хорошо, что здесь толстые стены, — как-то отрешенно произнес он. — Ты не орала так даже во время оргазма.
— Я ору во время оргазма? — Непослушным голосом спросила я. Прохлада кафеля так приятно холодила щеку…
— Бывало. — Отозвался он. Потом подал мне руку и помог подняться. Прижал к себе. Его сердце билось быстро-быстро… Какое-то время мы стояли, обнявшись. Он старался прижать меня покрепче, чтобы унять мою дрожь.