Скандинавский эпос

Стеблин-Каменский Иван Михайлович

золото взять —
красные кольца
сына Сигмунда, —
сокровищ иных
я не желала.


40 Один, а не многие,
был мне дорог,
женщины дух
не был изменчивым!
Атли в этом
сам убедится, —
когда он услышит
о смерти моей, —


41 что не слабой была
жена, если заживо
в могилу идет
за мужем чужим, —
то будет месть
за обиду мою!»


42 Поднялся Гуннар,
конунг великий,
на

плечи женщине
руки вскинул;
начали все,
один за другим,
ее отговаривать,
силой удерживать.


43 Всех оттолкнула
она от себя,
всех, кто мешал
долгой поездке.


44 Хёгни он стал
звать на совет:
«Хочу, чтобы воины
были в палате
твои и мои!
Эту жену
не должно пускать
в поездку смертельную,
пока не возникнет
помеха другая:
тогда пусть вершится,
что предназначено!»


45 Одно лишь в ответ
вымолвил Хёгни:
«Пусть не мешают
долгой поездке,
не вернется она
никогда оттуда!
Злобной она
родилась у матери,
рожденной была,
чтобы горе чинить,
многих людей
в беду повергая!»


46 Беседу окончив,
печальный ушел он.
А земля ожерелий[561]
делила сокровища.


47 Добро свое все
она оглядела,
мертвых рабынь
и служанок убитых,[562]
надела кольчугу, —
горестно было ей, —
прежде чем меч
в себя вонзила.


48 Упала она
сбоку на ложе
и, сталью пронзенная,
так промолвила:


49 «Пусть подойдут
те, кто золото хочет
и серебро
мое получить!
Каждой я дам
золотые запястья,
покрывала в узорах,
пестрые ткани!»


50 Все были безмолвны,
все размышляли,
и вместе ей
так все ответили:
«Довольно убитых!
Жизнь дорога нам!
Не надо служанкам
оказывать чести».


51 Тогда, подумав,
жена молодая,
в одежде льняной,
слово промолвила:
«Я не хочу,
чтобы жизни лишались,
из-за меня
смерть принимая!


52 Пусть на ваших костях
не будут обильны
уборы богатые,
Меньи сокровища,[563]
когда доведется
встретиться нам.


53 Гуннар, послушай,
вот что скажу я:
жить для меня
не стало надежды.
Но и ваша ладья
на пути опасном,
пусть даже я
с жизнью расстанусь!


54 Скорей, чем думаешь,
с Гудрун помиритесь,
хоть славной жене,
живущей у конунга,
горестно помнить
о муже погибшем.[564]


55 Деву

она
там родила, —
будет Сванхильд
как солнечный луч,
будет светлее
ясного дня.


56 Гудрун, что многим
гибель несла,
замуж ты выдашь
за славного мужа,
но брак тот не будет
очень счастливым;
Атли ее
в жены возьмет,
Будли рожденный,
брат мой родной.


57 Много могу я
припомнить недоброго
о том, как жестоко
была я обманута,
как я жила,
лишенная радости!


58 Ты, Гуннар, на Оддрун
захочешь жениться,
но Атли тебе
не даст согласья;
томиться вы станете
тайным желаньем:
полюбит тебя,
как я бы любила,
если б судьбой
то было назначено!


59 Атли тебя
будет преследовать,
будешь ты в яму
змеиную брошен.


60 Вскоре за этим
другое последует:
с жизнью простится
Атли, теряя
земли свои
и своих сыновей,
ибо в отчаянье
Гудрун его
на ложе пронзит
лезвием острым.


61 Лучше бы Гудрун,
вашей сестре,
за первым мужем,
за мертвым последовать,
если б ей дали
добрый совет
иль смелостью мне
была б она равной!


62 С трудом говорю,
но совет мой она
слушать не станет —
себя не убьет:
ее понесут
высокие волны
в иные края,
в Йонакра земли.


63…
Йонакра дети;
а Сванхильд ушлет
в другую страну,
дочь, от Сигурда
ею рожденную.


64 Погубит Сванхильд
Бикки совет,
ибо Ёрмунрекк
гибель приносит, —
так исчезнет
Сигурда род,
чтоб Гудрун больше
слез проливала.


65 Просьбу одну
тебе я выскажу, —
просьба моя
будет последняя, —
сложить прикажи
костер погребальный,
пусть будет для нас
для всех просторен,
для тех, кто умер
с Сигурдом вместе.


66 Украсьте костер
коврами, щитами,
рабов положите
и яркие ткани;
пусть рядом со мной
сожжен будет конунг.


67 Будет конунг сожжен
рядом с моими
рабами в уборах
богатых и ярких;
двух ястребов
в головах положите,
тогда будет все
как должно исполнено.


68 И пусть лежит
меч между нами
острый клинок,
как в ночи былые,
когда мы с Сигурдом
вместе лежали
и назывались
женой и мужем.


69 И пусть ему
пяту не отрежет