Шамиль
Шрифт:
– С Зарой?
– Не твоего ума дела. Ты еще долго собираешься юлить? – снова прорычал супруг.
– Чего ты выжидаешь, зачем время тянешь? Или ты рассчитываешь на что-то, а? Ульянушка, неужто правда рассчитываешь? – неприятно усмехнулся Шамиль.
– О чем ты вообще?
– Ты ни рубля не получишь. Наоборот, это ты и твой дядюшка мне должны, причем хорошо должны, но я хуй готов на вас положить, лишь бы вы всей своей семейкой исчезли из моей жизни!
– Я ни на что не претендую…
– Еще бы ты, шалава поганая, не претендовала на что-то. Ничего, не переживай, ебарь твой новый вроде тип небедный, не оставит тебя без денег.
–
Бесполезно.
– Неужели?
– Я не понимаю, я клянусь, я не понимаю, почему ты уверен, что ребенок от Игоря и у меня вообще что-то с ним было, но это не так, это неправда, - с каким-то надломом прошептала я на выдохе.
– Неужели ты… неужели ты не можешь этого как-то проверить, господи, да ты же контролировал каждый мой шаг, а теперь делаешь вид, что этого не было… – Слезы все-таки скатились по моему лицу. Не сдержалась. Опять.
– Я старался тебя контролировать, а не следил за каждым твоим шагом, идиотка! Или мне нужно было к тебе шпионов приставить?! Ты соображаешь, что вообще несешь?! – повысил голос Цахаев.
– Послушай меня, пожалуйста, сюда.
Отчаяние накрыло с головой. Я понимала, что сейчас важный момент, что в данную секунду расставляются все точки над «i».
Это ключевой момент…
– Я поняла, что ты убежден в моей измене и в том, что ребенок не твой. Я понимаю, что у тебя, скорее всего, есть какие-то причины на это, уж слишком сильно ты уверен в своей правоте, но я клянусь… ты заблуждаешься. Ты ошибаешься, и когда ребенок родится, я смогу тебе это доказать. Я готова подписать все, что ты скажешь, готова отдать тебе все, что ты прикажешь, я готова умолять тебя поверить мне и готова даже попытаться забыть все то, что ты сделал, и все это лишь по одной причине – я люблю тебя. Я до безумия, до умопомрачения тебя люблю. Я живу тобой, я дышу тобой, я даже в мыслях не допускала измену… но если сейчас ты не поверишь мне, если уйдешь, так и не дав мне шанс оправдаться за то, чего я не совершала, я уже ничего не смогу поделать. Я не смогу когда-нибудь взглянуть на тебя как прежде, не смогу простить, и ты никогда уже не будешь воспитывать своего… нашего ребенка. Подумай, что ты делаешь… Я лишь прошу подождать тебя несколько месяцев… подождать прежде, чем разрубать все окончательно. Если ты сожжешь этот мост… я не научусь летать, Шамиль. Это будет значить, что все закончено. Раз и навсегда.
Я произнесла монолог на одном дыхании, ни секунды не раздумывая. Говорила не я, говорило мое сердце. Я задушила в себе гордость и позволила любви взять верх. Я надеялась, я верила, до последнего верила, что есть маленький шанс на победу. На счастье.
На наше совместное счастье. С Шамилем и нашим еще не рожденным ребенком.
– Бумаги. Я жду их у себя в офисе завтра. Если не получу – заставлю пожалеть. Я не намерен больше это терпеть, - стало мне твердым ответом.
Мир расплылся перед глазами, потому что очередная порция слез застилала их, но я кивнула в ответ.
– Ты их получишь.
Шамиль принял решение за нас обоих.
Глава 17
Будь проклята та минута, когда я, поддавшись на уговоры отца, решил жениться. Знал ведь, что все столичные девки одинаковые,
Поверил и обжёгся.
Ульяна жестоко меня обманула, гнусно посмеялась…
Все было враньем. И ее слова, и ее показная забота, и страсть в постели. И эти ее зеленые глазища… врали, нагло врали, ничего не стесняясь и не боясь! Она оказалась виртуозной лгуньей…
Я таких не встречал на своем веку.
Целый год прожил без этой бестии, а так и не привык к тому, что она больше не просыпается рядом, не будит меня поцелуями. Каждый раз открывал глаза и искал ее взглядом, втягивал в себя воздух, надеясь услышать нотки яблока и апельсина. Как же она вкусно пахла… моя Ульяна.
Как я злился в начале, как гневался. Мне казалось, и моя ярость может убивать без слов, расколоть этот мир пополам. Она бы и расколола, если бы не друг. Если бы Бислан не появился в тот злосчастный вечер вовремя, мой мир действительно бы рухнул.
Беременна, как же. Смешно и отвратительно одновременно. Противно до тошноты.
Обманула, жестоко обманула…
Влюбила в себя, превратила себя воздух, а затем исчезла, оставив задыхаться, как рыбе, выброшенной на берег. Выброшенной и не нужной.
Я ведь и впрямь поверил ей в какой-то момент. Увидел в Лане чистую, милую, добрую девушку. Пугливую, маленькую, беззащитную, влюбленную.
Я поверил, что она любит меня. Не за деньги, не за связи, зная мой хреновый характер, мой суровый нрав, все равно любит. Вопреки всему. Что готова терпеть, готова подстраиваться, заботиться обо мне. А она…
Оказывается, тем временем, крутила шашни с бывшим хреном.
Почему? Чего-то не хватало в постели? Он был лучше? Или она просто продолжала его любить после расставания, а ко мне отчаянно пыталась привыкнуть? Что? Что именно толкнуло мою жену на грязные измены и мерзкую, низкую ложь?
У нас ведь все стало налаживаться. Я же не был совсем дураком, видел, как Лана потянулась ко мне, стала открываться, делать шаги мне на встречу.
Она пыталась мне понравиться, пыталась мне угодить, чего стоила одна только готовка, к которой я легко ее приучил. А постель… она ведь хотела меня, я не мог в этом ошибаться…
Ее так сладко было трахать. Маленькая, хрупкая, узкая, горячая Ульяна.
Ульяна, которая ничего не умела, но всему старалась научиться, которая горела в моих руках от страсти, а затем восставала, как феникс. Я был уверен, что я единственный, кому все это досталось, я был уверен, что я единственный, кого она когда-либо касалась. Она так умело играла эту роль невинной молоденькой девочки, что я, как идиот, повелся.
Почему она вдруг загуляла?
Я же тоже старался. Я старался для нее. Контролировал свои слова, пытался быть не таким резким, грубым, каким мог бы быть. Дарил ей украшения, водил в красивые места, менялся… Медленно, но менялся.
Я почти забыл о Заре… Никогда бы не подумал, что кто-нибудь и когда-нибудь сможет затмить ее. Никогда бы не подумал, что смогу полюбить кого-то, если не сильнее, то хотя бы так же сильно, как ее. И ведь как все быстро произошло. Неожиданно…
Я не планировал влюбляться в Громову. Вот вообще ни разу. Жена женой, думал я, пускай так будет на бумаге, спать будем вместе, жить будем вместе, но я не собирался впускать ее в свое сердце.
Маленькая ядовитая змея.
Пригрелась и укусила, да так больно, что я по сей день не мог очухаться от ее яда.