Шамиль
Шрифт:
Объяснения…
Этого мне хотелось бы больше всего на свете.
Понять… почему?
Все ведь было хорошо. Относительно хорошо.
Начало месяца было… нормальным. Да, с Шамилем мы начали друг от друга отдаляться, да, у него, скорее всего, были какие-то проблемы, о которых мне ничего не было известно, но почему? Почему в тот момент, когда я сообщила ему о незапланированной беременности, напуганная и растерянная, он сделал то, что сделал?
– Не знаю, как ты на это отреагируешь… я сама не знаю, что думать…все вышло случайно, глупо,
– Лана, ты о чем? Если это терпит, то лучше… - мне сложно отвлечь супруга от ноутбука, но тянуть с этим я не хочу. Нахожу его в кабинете, заставляю обратить на себя внимание.
– Нет, не терпит. Это не ждет, Шамиль! Ты постоянно занят, утром уходишь затемно, возвращаешься домой поздно и снова принимаешься за работу. Я не хочу с этим затягивать…
Я действительно не хочу, потому что не уверена в том, что готова к такому...
Две полоски. Беременность. Пополнение в семье. Без разницы, как это называть.
– Ты возмущена тем, что я не ленивый бездельник? – хмыкает Цахаев.
– Шамиль, это важно…
Его отвлекает входящий звонок, и я устало вздыхаю, качаю головой. Его внимание снова переключается с меня. Кажется, звонит Бислан. В последнее время он частый гость в нашем доме, они с мужем постоянно что-то обсуждают, решают, выясняют. Короче, у них какие-то свои дела.
Приходится наматывать круги, пока Цахаев говорит по телефону. Ни слова не разбираю из их диалога, только нервно дергаюсь, вышагивая туда-сюда.
Так не должно было случиться. Конечно, стопроцентной защиты нет, это я знаю, но… наверное, я сама виновата во всем. В последнюю неделю таблетки заканчиваются, и я никак не успеваю добраться до аптеки в преддверии сессии, в итоге пропускаю один или два приема, итог на лицо.
Идиотка. Думала, пронесет.
Не пронесло.
– Говори, Лана, - Шамиль поднимает на меня взгляд, продолжая сидеть за столом, заваленным бумагами. – Ну же…
– Я…
– Давай быстрее, заинька, сейчас Бислан придет, у нас много работы, я не могу уделить тебе больше…
– Я беременна.
Тишина. Эта оглушительная и долгая тишина иногда до сих пор набатом бьет у меня в ушах. Иногда я все еще вижу перед собой ту картину… Шамиль медленно встает, огибает большой, деревянный стол, подходит ко мне. Останавливается, вглядывается в мое лицо, а затем бьет.
Резко. Сильно. Больно. Наотмашь.
Шок ли это для меня? Еще какой. Какая женщина ожидает получить от мужа пощечину в ответ на новость о беременности?
Я хватаюсь за щеку и охаю, но не успеваю ни понять, что происходит, ни придумать что-то, чтобы защитить себя от вмиг озверевшего супруга.
В следующую секунду я получаю еще один удар в лицо, а после мою шею обвивают сильные руки, отрезая всякую возможность дышать. Я сопротивляюсь, брыкаюсь, пытаюсь выдавить из себя хоть слово, просьбу, мольбу о пощаде, но не выходит, не получаются даже хрипы, я могу только плакать в тот момент…
Сколько Шамиль держит меня за шею, я не знаю, перед собой вижу его взгляд, это уже
Меня спасает Бислан. Я не слышу его шагов, не слышу его криков, понимаю, что снова могу дышать, когда мужчина оттаскивает Цахаева от меня на приличное расстояние.
Обессиленно падаю на колени и все еще пытаюсь понять, что произошло, но не выходит. Горло саднит, перед глазами пляшут темные пятна, щеки горят огнем, с губы стекает кровь…
Почему?
Спустя три недели, я все еще ничего не понимала.
Я отчетливо помнила слова золовки о том, что Шамиль мечтает о детях. Возможно, конечно, от Зары он желал их больше, чем от меня, но ведь это не могло стать поводом, чтобы так отреагировать на мои слова о беременности? Или могло?
Шок. Я все еще прибывала в шоке. Да, мой муж показывал себя своенравным, моментами необоснованно агрессивным и даже жестоким, но у меня никак не желал складываться в голове этот паззл. Для таких как он, для его народа, чтящего традиции, обычаи и религию, дети были святым. Как Шамиль мог отреагировать на эту новость подобным образом?
Даже с учетом, что он не привязался ко мне так же сильно, как и я, все равно картина не желала складываться воедино. У нас ведь все было хорошо, я чувствовала, что я не безразлична ему. Он желал меня, он заботился обо мне, медленно, но шел навстречу, открывался, начинал доверять и даже прислушиваться к моим словам.
Откуда взялась такая злость, почему она возникла в считанные мгновения? Как объяснить его поведение?
Я пыталась. С того самого вечера, когда сбежала, в прямом смысле этого слова, бегом покинула злосчастную квартиру мужа и по сию секунду, я пыталась понять его мотивы.
Его разозлило то, что это было не запланировано? Но я точно помню наш разговор в моем кабинете, где он говорил, что хочет детей. Его разозлило, что беременна оказалась я, а не Зара?
Как же так?
В тот вечер я ушла из дома с одним лишь телефоном, и то, потому что он лежал в кармане. Наверное, это была судьба, что Игорь написал мне. Я не стала отвечать сообщением, перезвонила и, рыдая, рассказала о том, что произошло. Сбивчиво, спутанно, но все же. Мне было страшно и нужно было почувствовать, что хоть кто-то на моей стороне…
Гордеев приехал быстро, за считанные минуты, забрал меня и увез к себе. С тех самых пор я и жила у него.
На самом деле, мне повезло. Мне повезло, что в моей жизни оказался хоть один человек, готовый прийти на выручку и при этом ничего не требовать в ответ.
Больше мне рассчитывать было не на кого.
Все эти дни я не ходила в университет, размышляла о том, что произошло, плакала, истерила, отказывалась есть и практически не выходила из дома. Однажды Игорь принес мне новую одежду, потому что вся моя осталась в доме Шамиля и однажды свозил в женскую консультацию. На этом все.