Шамиль
Шрифт:
Проклятье. Вляпалась. По самое не хочу.
Я присела рядом, на краешек узкой кровати, стараясь не беспокоить спящего пациента и мягко провела ладонью по голове, наклонилась и осторожно, почти невесомо поцеловала ту щеку, на которой не было швов.
Конечно, можно было отрицать свои чувства, можно было бы бегать от них и бегать от самого Шамиля, но это было бы глупо. Я была слишком слабой для таких решений…
Какое-то время мы провели в одиночестве. Я наблюдала за тем, как супруг спит и думала о том, что будет дальше. Что нас ждет. К чему мы придем. Правильно ли я поступаю, не сбегая от него сейчас. Чем мне
Эта идиотка занеслась туда с криками, хотя можно было бы и догадаться о том, что в больнице с пациентами так непринято. Я моментально дернулась, поднялась с кровати и шикнула на нее.
– Это все ты, это все из-за тебя, дрянь, тебя послал Иблис!
– Что ты несешь?! – выталкивая Зару из палаты, прошипела я. – Какого черта ты здесь делаешь?!
– Я его жена, я имею полное право тут находиться! – с не меньшей злостью выдала Зара, больно сжимая мое предплечье, в которое успела вцепиться, пока я выпроваживала ее.
Твою мать, откуда эта бешенная истеричка вообще узнала обо всем, да еще и адрес достала?
– Вздумала меня здесь позорить? – Я резко выдернула руку и сделал в ее сторону шаг. Не знаю, какой черт в меня вселился, но мне было нестрашно, наоборот, что-то мной двигало, чего я раньше в себе не замечала. И хоть Зара была выше, крупнее и вообще, уже однажды «нокаутировала» меня, страха сейчас не было. Только злость и гнев за то, что она вообще была в моей жизни. – Ты не в своем проклятом горном селе, это столица, и здесь любовницам принято тихо сидеть в углу и помалкивать, пока им не дадут разрешения вякнуть.
– Да как ты смеешь, порождение шайтана, я его супруга, пускай и вторая!
– Ты знаешь свое место, называй это как хочешь! – Я резко замолчала и даже попыталась натянуть на лицо улыбку, когда мимо нас прошла медсестра, а затем продолжила. – Слушай сюда внимательно, если ты сейчас же отсюда не уберешься, я тебе такую жизнь устрою, что мало не покажется. Не знаю, за кого ты приняла меня в начале, в нашу первую встречу, но поверь, я не стану выдирать тебе волосы или бить по морде, я просто сделаю так, что ты снова окажешься в своем горном селе без рубля в кармане, опозоренная так, как тебе раньше и не снилось, это ясно? Тебе здесь не рады, ты здесь никто. Шамиль мой муж, по закону, на бумаге, и именно я буду решать, что с тобой делать в случае, когда мое терпение будет переполнено, заруби себе это на носу. Убирайся отсюда и не смей появляться или писать моему мужчине до тех пор, пока он этого сам не сделает, поняла меня? Нищебродка-провинциалка.
– Ты… ты…
– Закрой рот и пойми, что если я говорю прыгать, ты должна спрашивать, как высоко, потому что даже по вашим правилам я стою выше, я первая жена, до твоей пустой головы это доходит? Не выводи меня из себя.
– Да…
Черт. Я не думала, что доведу ее до слез. Она… она ведь была старше, сильнее, мудрее, она знала Шамиля намного дольше, чем я. В конце концов, она действительно была его… второй женой… но что-то внутри меня взяло верх, и я смогла заставить соперницу не просто капитулировать, но и при этом позорно расплакаться.
– Затопить тут все решила? – прошипела я. Ну а что еще оставалось делать – просить прощения?
– Я… вот… - Она
Она не стала дожидаться моего ответа, разревелась в голос и убежала от меня так, словно я и впрямь была порождением этого самого Иблиса.
Ладно, я переборщила, я это понимала. Так нельзя было поступать даже с теми, кого ненавидишь всем сердцем. Нужно было уметь проявлять милосердие даже к врагам, но в этой ситуации было слишком много эмоций. Все они меня переполняли, перемешивались, спутывались друг с другом и сбивали с толку.
Я все еще не отошла от того, что Шамиль устроил вчера, у меня на носу был побег, а потом мне сообщили, что мой муж в больнице. И ведь первые картинки, которые пронеслись в голове в считанные мгновенья были одна ужаснее другой. Авария. Снова авария. Я вспомнила фотографии с места, где погибли родители, затем увидела за рулем не отца, а мужа, всего в крови, с открытыми и безжизненными глазами.
Страх. Самое отвратительное чувство из всех, что можно себе представить. Он способен парализовывать, подчинять, управлять, отнимать свободу и пробираться в самую душу.
Мне было простительно так себя вести. Наверное. По крайней мере, я надеялась. Я пыталась себя обелить, заходя обратно в палату. Зара не заслуживала такого жесткого натиска с моей стороны, но у меня было оправдание.
Глава 15
Шамиль злился. Мягко говоря.
– Ты долго будешь на меня пялиться?
– Я никуда не спешу, - пожала плечами, пожевывая сладость. Мы сидели друг напротив друга и соревновались в том, кто кого испепелит взглядом собеседника первым.
– А зубы не жалко?
– Не-а, - я хмыкнула и положила в рот очередную ириску. Ужин давно закончился, но мы продолжали сидеть на кухне, за обеденным столом. Ну, точнее, я давно закончила ужинать, а вот супруг упрямился, не разрешая кормить его. Руки были перебинтованы и напоминали скорее клешни, есть такими не представлялось возможным, но… Цахаев упорствовал. А еще чертовски злился.
– Зару набери, пускай приедет и поживет здесь, пока я нуждаюсь в заботе…
– Я тебе такую Зару наберу, - ириска мгновенно полетела в мужа. – Если это пиранья явится на порог нашей квартиры я выпотрошу ее, как курицу, надеюсь, ты это уяснил? – Знаю же, что уяснил, и тон у него был несерьезный на этот счет, но я все равно не могла не злиться. До сих пор была не в курсе, но я оказалась не просто ревнивым человек, но и настоящей собственницей. Оттого и тяжелее слушать бред про его ненаглядную.
– Меня не коснутся руки предательницы, - Шамиль только пожал плечами.
– Слушай, ты мне нож к горлу приставил, - взбеленилась я. – Другая бы уже плыла кораблем к берегам Голландии!
– Ах, вон оно как?! Ты переписывалась с чужим мужиком, а виноват я, Шамиль плохой, такой вспыльчивый, переборщил, так?! Другой бы на моем месте убил бы тебя, секунды не раздумывая! А я еще объясняю что-то, пытаюсь перевоспитать!
– Это была просто переписка, да господи боже, Шамиль, на, смотри! – Я швырнула ему телефон, но он и взгляда на него не перевел. – Там ничего нет, кроме «привет, как дела?», доверие, ты слышал о таком вообще?