Шамиль
Шрифт:
Игорь дал достаточно денег, чтобы спокойно прожить этот год и доучиться и что вы думаете? Я ни рубля не потратила на себя, на привычные шмотки или вещи, все купленное было для Руслана. Идеальная кроватка, самая лучшая одежда, хорошая коляска. Мой сынок, такой еще маленький и совсем беззащитный, он заслуживал все самое лучшее. Я желала дать ему все самое лучшее.
Не было в этом мире большего счастья, чем держать на руках своего здорового малыша и видеть его улыбку или слышать его радостный смех. Руслан лучшее, что когда-либо случалось в моей жизни и оставить его, родить, пускай и не в полной семье, было самым правильным решением, когда-либо принятым мной.
Я очень радовалась тому,
Это был первый новый год Руслана. Первый большой праздник. Я развесила по его комнате украшения, недавно прикупила большую букву «Р», о которой давно мечтала и прибила ее на стену. Повесила над колыбелькой маленьких, танцующих ангелочков и зачем-то «попросила» их охранять моего мальчика во сне, пока я не рядом.
Отмечать праздник собиралась вдвоем, но Игорь настоял, что придет ко мне и приведет с собой сестру и пару кузенов. Наверное, пожалел меня и решил не оставлять нас в одиночестве в такой чудесный праздник. Нужно было еще успеть купить всем подарки…
Я еще какое-то время полюбовалась своим маленьким солнышком, собрала с пола раскиданные книжки, которые постоянно ему читала и тихо, на носочках, вышла из его комнаты.
Уже в гостиной обнаружила, что на часах еще всего лишь девять вечера и поняла, что можно еще пару часов уделить учебе. Собиралась опуститься на диван, на котором были раскиданы конспекты и книги, но отвлек неожиданный стук в дверь. Я никого не ждала и очень удивилась этому. Кто мог прийти в такое время, да еще и без предварительного звонка? Может быть, соседи?
С такими мыслями я пошла открывать дверь.
– Шамиль…
Была ли я удивлена, увидев его? И да, и нет. Да, потому что не ожидала увидеть его прямо здесь и прямо сейчас, а нет, потому что рано или поздно он бы мысленно дошел до правды. Случайно или неслучайно увидел бы ребенка, сложил бы два и два. Не сказать, что я стопроцентно была уверена в таком исходе, но предполагала и допускала мысль о том, что так будет.
Мне пришлось впустить его и выслушать. Просто потому, что я понимала – пока этого не случится, бывший муж не угомонится. А поднимать шум и будить малыша или же позориться перед соседями… ни того, ни другого мне совершенно не хотелось. Проще было единожды поговорить и разрешить все раз и навсегда.
– И?
Мы находились на кухне, где, раз уже мне не дали позаниматься, я решила приготовить себе легкий ужин. На удивление, я была абсолютно спокойна. Много раз представляла себе эту встречу, но никогда не предполагала, что буду холодна, как айсберг. Ни злости, ни страха, вообще ничего. Все ушло с рождением Руслана. Я очень резко повзрослела. Перед Шамилем стояла уже не та Ульяна, которую он когда-то знал.
– Что и?
– удивленно протянул он.
– Ну, я выслушала твою историю, кстати, в способностях Зары я никогда не сомневалась, поняла мотивы твоего поведения, но, а дальше что? – Я закончила резать листья салата и отодвинула их в сторону. После родов я слегка поправилась и последние полгода приводила свое тело в порядок. Упражнения в зале, когда оставалось время, потому что рано было запускать себя в моем-то возрасте, но самое главное – правильное питание. Не хотелось пускать насмарку достигнутый результат. Есть на ночь вообще было не самым верным решением, но легкий овощной салат не добавил бы мне уйму килограммов.
–
– А что ты хочешь услышать? Что для меня должна изменить рассказанная тобой история?
– Ульяна, ты меня что, не слушала? Я был уверен, что…
– Что ребенок не твой, это я поняла, - отмахнулась, принимаясь за нарезку помидоров. – Все, что ты мне выложил, все это прошлое, а что ты хочешь от меня сейчас?
– Я хочу…я хочу воспитывать сына.
– У тебя нет сына.
– Лана…
– Нет, вспомни, тогда, на детской площадке, где состоялся наш последний разговор, я говорила тебе, что, когда ты одумаешься, будет поздно. Я предупреждала, что ты не будешь воспитывать сына. Разве такого не было?
– Было.
– Вот именно. У тебя был шанс. У тебя было очень много шансов, но мой ребенок родился без отца. Официально ты ему никто. И на деле тоже – никто. В нем твой биологический материл, да, но это не делает тебя родителем, поверь.
– Ульяна, я виноват, знаю, я признаю это, но Руслан мой… что бы ты не говорила, я его отец. И я хочу его воспитывать, хочу признать его и официально быть вписанным в свидетельство о рождении…
– А луну тебе с неба не достать?
– Перестань…
– Нет, это ты перестань, - зашипела я. Нет-нет, а бывший все же сумел вызвать во мне волну гнева. – Я обещала тебе и, самое главное, дала слово себе, что тебя в моей жизни никогда больше не будет. А если не будет в моей, то не будет и в жизни Руслана тоже. Ему не нужен психованный отец, который не доверяет собственному «Я»! Ему не нужен монстр, который едва не убил его мать, когда стало известно о беременности! Ты что, впрямь думаешь, что такое когда-то забудется, что кто-то в здравом уме простит подобное? В каких радужных мечтах ты живешь?
– Я не прошу прощать меня. Я не прошу ко мне возвращаться, - кажется, слова давались Цахаеву тяжело, но он старался. – Но я хочу хотя бы видеть сына, принимать участие в его жизни, воспитании…
– Значит, так, слушай меня внимательно. Мой сын – это мой сын, ты не имеешь к нему никакого отношения, но, если ты не зарубишь себе эту простую информацию на носу, я натравлю на тебя Игоря, как бы ужасно это не выглядело со стороны. Ты знаешь, кто его отец и какие у них связи, Гордеев вступится за меня, неважно, вместе мы или нет. Против таких связей ты никто, уж поверь мне. А если и это не сработает, то в один прекрасный момент я соберу вещи, возьму Руслана и укачу за границу. Туда, где ты никогда не сможешь меня найти. Ресурсы у тебя небезграничные, на деле ты не такой крутой, как на словах, ничего не сможешь поделать. Если тебе хоть немного важен сын и осталась хоть капля уважения ко мне, ты исчезнешь из нашей жизни и оставишь нас в покое. Не заставляй меня пачкать руки в грязи или пускаться в бега. – Шамиль хотел что-то сказать, возможно, возразить, но я не дала ему такой возможности. – Тебе здесь не рады.
– Хотя бы дай мне на него взглянуть…
– Выход найдешь сам.
Спокойствие, значит? Никакого спокойствия, к черту не было. Сразу как за Цахаевым захлопнулась входная дверь, я выдохнула и опустилась прямо на пол. Сжалась в крохотный комок и заплакала.
Зачем он вернулся в мою жизнь? Чего хотел? Неужели правда собирался преследовать?
Я ведь только начала забывать его, меня только начало «отпускать», а он ворвался в мою жизнь. Снова. Ворвался и собирался перевернуть все верх дном. Начало нашей истории повторялось. Всегда и все решал Шамиль, мне же оставалось только плыть по течению и подстраиваться под его действия.