Сэвилл
Шрифт:
— Пожалуйста, уйди. — Она замерла, отвернувшись от него. Он ничего не мог исправить.
Закрыв за собой дверь и спускаясь по лестнице, он ждал, что она позовет его, но понимал, с какой небрежностью нанес удар, и мысль о том, что произошло, ошеломляла его все больше.
С дорожки он поглядел вверх, на окно спальни — занавески не шелохнулись, за ними никого не было.
Он пошел через парк. С центральной площади он позвонил ей. Трубку никто не снял.
Он сел в автобус
— Я ни в чем ее не обвинял, — сказал он.
Брат ошеломленно посмотрел на него.
Накануне вечером он привел Стивена домой. Узнав, что брат ночует у приятеля в другом конце поселка, он подстерег Стивена на улице — увидел, как он на углу прощается с девушкой, и схватил его за плечо, когда он подходил к двери.
— Идем домой, — сказал он ему. — Мать вернулась и с ума сходит, что тебя нет.
На самом же деле, как ни странно, мать с полным равнодушием отнеслась к тому, что Стивен гостит у приятеля. Теперь она недоуменно смотрела на Стивена, который неожиданно вошел в кухню, где отец собирался на работу, и, остановившись в дверях, сказал:
— Мама, я ушел из дому из-за Колина.
— Как так из-за Колина? — Мать смотрела на него с легкой улыбкой.
— Он угрожал девушке, которую я привел.
— Какой девушке?
— Клэр, — сказал он.
— И как же он ей угрожал?
— Он обвинял ее, что она хочет убить тебя, мама.
Мать поглядела на него с некоторым удивлением. Она покраснела. Отец, шнуровавший ботинки, настороженно поднял голову.
— Не понимаю, — сказала мать.
— Это ложь, — сказал Колин. — Я ни в чем ее не обвинял.
Стивен поглядел на него, словно не веря своим ушам. Его открытое, добродушное лицо потемнело.
— Нет, обвинял. Ты можешь хоть у ее матери спросить. Мне пришлось проводить ее домой, так она расстроилась.
— Но с какой стати он вдруг сказал бы, что она хочет меня убить? — спросила мать.
— Я ничего подобного не говорил, — сказал он.
— Это неправда, мама, — сказал Стивен. — Он говорил так, вот на этом самом месте. Я слышал. Вот почему я две ночи дома не ночевал.
— А я думала, ты гостишь у Джимми, — сказала мать.
— Я и гостил.
— Ну, хорошо. — Мать, не веря, смотрела на Колина. Ее лицо обгорело на солнце, в нем была искренность, распахнутость. — Не понимаю, — сказала она. — Что происходит? Конечно, это неправда. Он никогда бы такого не сказал.
В глазах Стивена стояли слезы.
— Но это же правда, мама, — сказал он. — Спроси его. Пусть ответит честно.
— Я и отвечаю честно. Я никогда этого не говорил, — сказал он.
— Мама, он же врет, —
Мать смотрела на него с ужасом. Она была не в силах принять эту вражду между ними.
Отец поднялся со стула.
— Зачем ты ее сюда приводил? — сказал он Стивену.
— А что, нельзя мне было ее привести, что ли?
— Ты еще молод водить в дом девчонок, — сказал отец. — А когда ты в доме один, и подавно.
— А ты один был? — спросила мать.
— Так Колин же пришел. Мы сидели вот тут. Хочешь, спроси ее родителей. У нее есть телефон. Я знаю номер.
— Нет уж, — сказал отец. — Других людей мне сюда вмешивать нечего. Особенно если ты такого дурака свалял. И что я ей скажу, если позвоню?
— Ты просто спроси, что говорил Колин. — Теперь он смотрел прямо на Колина.
— Она, наверно, ослышалась, — сказал отец. — Да и в любом случае я не согласен, чтобы ты ее сюда водил. И не думай.
— Но он же наврал, — сказал Стивен.
— Нет, просто ты не то услышал, — упрямо сказал отец и выкатил велосипед.
— Раз так, я тут не останусь, — сказал Стивен.
— Останешься, — сказал отец. — Шагу отсюда не сделаешь.
— Нет, — сказал Стивен. Он надвинулся на отца. Лицо у него было багровым. Они ни разу не видели его в таком состоянии.
— Ну, так дал бы ему в морду, — сказал отец с внезапной злобой и кивнул на Колина.
— Не хочу я с ним драться, — сказал Стивен.
— Твое дело, только нам уж тогда не жалуйся, — сказал отец. Он застегнул пальто, вскинул на плечи рюкзак, выкатил велосипед во двор и зажег фонарики.
— Этого я тебе не прощу, — сказал Стивен, поворачиваясь к Колину. — Что ты наврал.
— А дома ты останешься, — сказал отец. — Что это еще за ночевки у чужих людей.
— Я тут больше оставаться не хочу, — сказал Стивен.
— А тебя не спрашивают, — сказал отец.
Он продолжал смотреть на них. За неделю отдыха он загорел. Козырек кепки заслонял его лицо. Словно маленький мальчик глядел на дверь дома.
— Вот так, — сказал он, потом перевел взгляд на мать, сел на велосипед и уехал.
— Я не хочу приходить сюда ночевать, — сказал Стивен. — Я не хочу жить с ним в одном доме.
— Ну, довольно, — сказала мать. — Утром ты про все забудешь.
— Нет уж, этого я никогда не забуду, — негромко сказал Стивен, снимая куртку. — Я этого никогда не забуду, мама. И никогда не забуду, — добавил он, — как ты ему поддакивала.
— Я никому не поддакивала, — сказала мать.
— Тогда позвони Блэкли и спроси у них. Они живут тут, в поселке, — сказал Стивен.