Сэвилл

Стори Дэвид

— И она считает, что так и надо, — добавил он, — приходить сюда одной?

— Почему это одной? — сказал брат. — Она со мной пришла. Я же тут, — добавил он. — Может, ты меня не приметил?

Девушка засмеялась и отвела глаза.

— Ее родители знают, что она здесь одна?

— Ты что, собираешься мне врезать, Колин? — сказал брат и стал в небрежную боксерскую стойку.

До сих пор их первая драка ни разу не упоминалась, словно ее вовсе не было. И в любом

случае на пустыре или во дворах то и дело кто-нибудь дрался — иногда соседи, иногда братья, иногда отец с сыном. В этом смысле их драка не представляла собой ничего особенного, думал он.

— Меня просто интересует, как к этому отнеслись бы ее родители. К тому, что она пришла сюда одна.

— Ну, сказали бы, что у нее ветер в голове. А что так, то так, верно, Клэр? — Брат небрежно погладил ее по щеке.

— Мне лучше уйти, — сказала девушка.

— Нет, черт подери, я тебя не пущу, — сказал брат. — Ты ведь только зашла. Мы еще чай допить не успели.

— Мне лучше уйти, — сказала она еще раз. Голос у нее был культурный. Ее отец вряд ли работал в шахте.

— Я полагаю, вы понимаете, что вы делаете, — сказал Колин.

— О чем это ты? — Брат смотрел на него с улыбкой.

Но Колин обращался прямо к девушке.

— Я полагаю, вы понимаете, что это убило бы его мать.

— Убило мать? — сказал Стивен.

— Я полагаю, это ты ее подучил.

— Ты что, свихнулся? Что на тебя нашло? — сказал брат.

Колин придвинулся к девушке. Теперь он видел ее сквозь кровавую дымку.

— Вы знаете, что подумала бы его мать, если бы сейчас вошла?

— Что она подумала бы? — Девушка вся дрожала. Ее широко раскрытые глаза жалобно смотрели на него.

— Она бы подумала, что вы стараетесь ее погубить.

— Погубить? — Голос брата раздался за его спиной, потом он услышал, как брат сказал настойчиво: — Да не обращай внимания, лапонька. — И ему показалось, что тень брата легла на него.

— Она бы не выдержала, если бы увидела Стивена вот таким.

— Но в чем дело? — сказала девушка, глядя мимо него, взывая к Стивену у него за спиной.

— Лучше уйдите. Вы стараетесь ее убить. Я знаю, вы стараетесь ее убить, — сказал он.

— Но в чем дело? — снова сказала девушка, опять взывая к его брату.

— Ладно, мы уйдем, — сказал Стивен. Он уже надел пиджак. Лицо у него было красным. — Ладно, мы уйдем, — сказал он еще раз, беря ее под руку. — И я сюда не вернусь.

— Вернешься, — сказал он.

— Не вернусь, — сказал Стивен и, увлекая за собой девушку, закрыл дверь.

Он слышал, как они идут через двор.

Секунду он стоял перед

дверью. Потом открыл ее.

В лицо ему ударил прохладный ветер. Он словно вышел из раскаленной печи. Даже вонь шахты казалась целительной. Некоторое время он стоял и смотрел на пустырь. У него подкашивались ноги.

Только когда с улицы вернулся Ричард, его немного отпустило. Он подошел к столу и налил себе чаю.

— Что с тобой? — сказала она.

Он отпрянул, вскочил с кровати.

— Да что с тобой? — сказала она еще раз.

Ее груди торчали над простыней.

— Не знаю, — сказал он. — Мне надо идти.

Но причиной было ее лицо: когда он нагнулся к ней, он увидел перед собой лицо своей матери, настолько ясно увидел все знакомые черты, которые вдруг озарила ее улыбка, что вздрогнул и отпрянул. И только постепенно сквозь них проступило широкоскулое лицо Элизабет.

— Но почему? Что с тобой? — Она села на постели. — Ведь еще совсем рано.

— Нет, я пойду, — сказал он.

— Ведь до автобуса еще столько времени!

Он стоял у кровати и смотрел на занавешенное окно. Снаружи по шоссе проехал автобус.

— Это из-за кровати?

Он мотнул головой.

— Если хочешь, пойдем ко мне в комнату, — добавила она.

— Нет, — сказал он.

— Они же вернутся совсем поздно.

— А они не догадаются, что на их кровати кто-то лежал?

— Нет, — сказала она, но таким тоном, словно привыкла пользоваться кроватью сестры и для нее это было чем-то обычным. — Ну, так пойдем ко мне, — добавила она. — И все будет по-другому.

Он начал одеваться. Она смотрела на него и молчала.

Потом спросила:

— Что-нибудь случилось?

— Нет, — сказал он.

— Я чувствую, что-то случилось, Колин, — сказала она. — Почему ты молчишь? — Потом добавила: — Это из-за Фила?

— При чем тут Фил?

— Ну, ты чувствуешь неловкость перед ним.

— Может быть, ты ее чувствуешь, — сказал он.

— Нет, — сказала она и добавила: — Ты первый, с кем я спала после того, как ушла от мужа.

Она заплакала и уткнулась лицом в подушку.

— Извини, — сказал он. — Просто на меня что-то нашло. — Он сел возле нее. В эту минуту он мог бы ее обнять.

— Раз так, зачем ты вообще…

Ее голос глухо тонул в подушке.

— Это уж слишком, — сказала она. — Уходи.

Но он продолжал растерянно смотреть на нее.

— Уходи же, уходи! — Ее голос перешел в стон. Он боялся коснуться ее. «Что же это такое? Почему я это сделал?» — думал он.