Сердце двух миров
Шрифт:
Копыта наших лошадей стучат по мощеной дороге, оповещая о нашем приближении, и люди расступаются перед нами, улыбаясь и кланяясь стражникам Эплшилда в униформе. Здесь, так близко к замку, они явно привычная картина.
Я вглядываюсь чистую красоту Беллкреста. Здания высотой в три-четыре этажа окрашены в приглушенные оттенки горчично-желтого, фисташкового зеленого или терракотового. Фасады украшены выступающими деревянными балками, окнами с открытыми ставнями, а на балконах висят корзины с цветами.
Ронан ведет нас прямо на животный рынок на одной из больших
Торговец оживленно говорит, пока Ронан осматривает каждую лошадь, явно стараясь расхвалить товар. Они, кажется, останавливаются на двух лошадях, после чего начинается ожесточенный торг за цену. Торговец мечется между тем, чтобы выказать должное почтение перед лордом, стоящим перед ним, и попыткой выжать как можно больше из человека, который вполне может себе это позволить.
Внутри меня растет глубокая печаль, когда я смотрю на них. В дороге, на природе, я почти забыла, что Ронан — лорд. Что он — наследник всего этого протектората и однажды станет сюзереном десятков мелких дворян.
То, как он смотрит на меня, когда я говорю — его пристальный, проникающий в самую душу взгляд, жадно ловящий каждое слово — на миг заставляет меня чувствовать, что мы равны. Он никогда не проявляет неуважения к крестьянам или воинам, стоящим ниже его по положению, напротив — он заботится о них. Его улыбки и шутки способны озарить целый мир своей заразительностью.
Я скорблю о потере этого человека, потому что знаю, что в замке все будет по-другому.
Ронан возвращается к нашей группе, пока слуги готовят и седлают двух новых кобыл. Между его бровями прорезается морщина.
— Наоми, Кандра, можно с вами поговорить? — он кивает в сторону, и мы следуем за ним. — Это нелегко сказать, — Ронан отводит взгляд, а затем снова смотрит на нас. — Сегодня вечером мы прибудем в замок Эплшилд. Там… все по-другому. Вы должны понимать, что мой отец, да и весь мой двор — очень строгие. Формальные. Есть определенные правила поведения, которые нельзя нарушать, — его слова обрываются.
— Ронан, просто скажи нам, что хочешь сказать, — я кладу руку ему на предплечье, и он долго смотрит на нее.
— Вы узнали меня настоящего, когда мы были в путешествие, на охоте, но в замке? Мой отец или любой из старших членов двора могли бы... нет, они определенно наказали бы стражника за неподчинение или фамильярность. Тот факт, что я не забочусь о формальностях, ухудшает ситуацию в глазах моего отца и делает его еще более жестоким, — Ронан выглядит подавленным, и его выражение лица становится еще более мрачным, когда я быстро убираю руку.
Хендрик подходит сзади и обнимает его за плечи.
— Просто не веди себя так с ним на публике и не взъерошивай его растрепанные волосы. Хендрик потрепал Ронана по светлым волосам, а тот оттолкнул его руку. — Всегда называй его «милорд». Он терпеть этого не может, но очаровательно хмурится. Вот так, вот так, — сказал
Кандра смотрит на них с широко раскрытыми глазами.
— Это касается и тебя?
Хендрик пожимает плечами, его улыбка неестественно широка.
— О, никому нет дела до того, как ты будешь себя со мной вести, я бедный мелкий дворянин, к тому же опозоренный, — он уходит, напевая, как будто все это не имеет значения, но Кандра бежит за ним.
Мы с Ронаном встречаемся взглядами.
— Я по-прежнему буду тебя видеть? — мое сердце делает сальто, потому что до этого момента я не осознавала, насколько он нужен в моей жизни. Как я привыкла к его надежной поддержке и тому, как он заставляет меня чувствовать, что я чего-то стою.
— Будешь, — обещает он. — Я каждый день тренирую Стражу Протектора в качестве их капитана, а ты — часть моей личной команды. Все будет как обычно, когда мы снова отправимся в путь, но не обижайся на меня, если я буду немного... отстраненным в замке.
Я сглатываю комок в горле. Я всегда гордилась своей независимостью, тем, что поддерживала всю свою семью и ни в ком не нуждалась. Я терпела презрение мужчин, которые думали, что я буду такой же легкодоступной, как моя мать, и злилась, когда не получалось. Большую часть своей жизни я прожила в этом мире без единого друга, так почему же потеря этого человека, которого я знаю чуть больше месяца, кажется мне такой страшной?
Ронан помогает мне сесть на мою кобылу. Это прекрасное животное с каштановой гривой и двумя белыми пятнами на морде. Я выезжаю из города и направляюсь на север, к замку Эплшилд. Ронан всю дорогу бросает на меня нерешительные взгляды, как будто он хочет еще что-то сказать, но просто не может.
Когда мы наконец прибываем, солнце низко висит над горизонтом, окрашивая всю огромную крепость в золотисто-оранжевые тона. Величественные башни и вышки возвышаются над преимущественно прямоугольной постройкой, окруженной двумя высокими стенами. Крепость стоит на холме, возвышаясь над окружающими ее фермами. Я никогда не видела ничего столь величественного, созданного, чтобы выдерживать осады и войны и вмещать в себя большое количество людей.
Меня охватывает восхищение, когда я проезжаю через огромные ворота во внешней стене, окружающей всю основу холма. Их высота заставляет меня почувствовать себя невероятно маленькой. Стражи у ворот и на стене выше, сразу узнают Ронана и приветствуют нас всех.
Я резко вдыхаю воздух, когда перед моими глазами появляются сады. Они одновременно красивы и практичны. Большие рощи фруктовых деревьев, усыпанные белыми и розовыми цветами в преддверии весны. Цитрусовые деревья, уже увешанные плодами. Вокруг них раскинулись зеленые поляны.
Я смотрю на десятки теплиц, построенных фейри, которые располагаются вдали от тропы, позволяя своей кобыле следовать за лошадью впереди, ослабляя поводья в руках. Это огромные сооружения из стеклянных панелей и металлических каркасов. В некоторых из них идет снег, в других — туман, а в третьих — зрелые плоды середины лета.