Саймон
Шрифт:
Она протянула к несчастному руки, пальцы окутало серебристое сияние. Радимир стоял наготове с зачарованным веником — своим любимым оружием. Геля лишь шикнула на домового, велев убрать бесполезную штуковину.
Призрак вложил свои бесплотные кисти в её ладони. Холодок пробежал у неё по позвоночнику, а тело налилось неожиданной лёгкостью, словно она и сама на мгновение стала эфемерным существом.
— Так тепло… Спасибо тебе, целительница.
— Иди с миром, — величественно изрекла Геля. — Ты заслужил покой.
Призрак начал светиться, затем растворился
Радик просиял:
— Ну вот, ещё одного отправили в добрый путь. А теперь, может, по чайку? У меня как раз пирожки с собой.
Ангелина, закончив обход, почувствовала усталость, но вместе с тем и удовлетворение от проделанной работы. Её дар — не просто способность лечить тела, но и исцелять души сверхъестественных существ, нуждающихся в помощи. А Радимир, оказался неплохим помощником, всегда готов подставить плечо и защитить от любых неожиданностей, даже если для этого придётся использовать веник в качестве магического оружия.
К концу смены она заглянула к Игнату, отчиталась о проделанной работе, получила заслуженную похвалу и намеревалась уйти, чтобы передохнуть немного перед вечерними занятиями, которые должны были начаться в семь часов, когда в кабинет влетела разъярённая девица.
— Ты! — Кира с порога начала тыкать пальцем в сторону главврача. — Просто! Сволочь!
— Допускаю, что это и впрямь так, — Игнат величественно выпрямился, готовый принять удар. — Что тебя так огорчило?
— Ты нарочно притащил сюда эту потаскушку, эту суккубу, чтобы я места себе не находила! — орала Кира, не обращая внимания на Гелю, которая бочком пятилась к двери. — Нравится выводить меня на эмоции, а? Всем доказал, что я для тебя пустое место?
Ангела шмыгнула в коридор, но спокойный баритон начальника всё же расслышала.
— Я договорился о её приезде сюда задолго до нашего сближения с последующим расставанием. Кир, успокойся!
— Не смей тянуть ко мне свои кривые пальцы! Где вас таких умных вурдалаков выращивают? В специальном монастыре поди.
— Ты злишься, потому что ревнуешь?
— О, догадался! Браво!
Геля, тихонько посмеиваясь, отправилась на поиски Семёна. Всё-таки тот оказался прав, близняшка у него — взрывоопасная штучка, вон сколько эмоций на пустом месте.
Глава 19
Профессор Магдалена Новакова стояла у интерактивной доски, её каштановые волосы были аккуратно уложены в пучок, а изумрудные глаза внимательно изучали аудиторию. На ней был строгий белый костюм, подчёркивающий изящный стан.
— Дорогие коллеги! — начала она, голос эхом разнёсся по залу. — Сегодня мы углубимся в тонкости классификации увечий у нечеловеческих рас. Начнём с опроса. Кто напомнит нам основные категории повреждений?
Ангела подняла руку и чётко изложила материал предыдущего занятия:
— Профессор, мы выделяем физические, магические и структурные повреждения. Для каждой расы они проявляются по-разному.
— Верно, Ангела! — похвалила
Радимир и Бажен, санитары клиники, переглянулись:
— Для нас, домовых, главное — это душевный покой и правильная настойка из полыни! — важно заявил Радимир. — А ещё нужно, чтобы в доме было чисто и уютно. Хотя, признаться честно, иногда мы лечимся просто хорошим обедом!
Грим и Борх, полненькие и розовощёкие гномы, оба бородатые и в кожаных жилетах синхронно хмыкнули:
— А мы, горные жители, больше доверяем молоту и наковальне! Хотя для лечения используем особые минералы и руны. Кстати, если у гнома болит спина — значит, он просто забыл, где спрятал своё золото!
Кристаллоид-сестра, полупрозрачное создание, мягко добавила:
— Не стоит забывать о резонансной терапии для кристаллических форм жизни. Каждый кристалл требует индивидуального подхода. Хотя иногда нам помогает просто хорошая музыка!
Внезапно дверь с грохотом распахнулась. Кира, луминария с копной платиновых волос, влетела в аудиторию, словно фурия. Глаза сияли бездной непроглядного мрака.
— Простите за опоздание, профессор. Задержалась на важной операции, — её голос сочился ядом. — Надеюсь, я не сильно помешала?
— Ничего страшного, Кира, — Магдалена сохраняла невозмутимость. — Может быть, вы расскажете нам о специфике лечения луминариев?
— О, это довольно просто, — Кира небрежно взмахнула рукой. — Главное — не коверкать слова и правильно произносить термины. У луминарии нет множественного числа, потому как я единственное существо во всём мире, которое можно отнести к этому редкому виду, — она презрительно кивнула на присутствующих, — а по поводу лечения у меня всего одно пожелание: пореже совать свой нос в мою сторону.
— Кира, давай будем уважительны к коллегам, — Сильварис, древоподобный анестезиолог с корой цвета старого дуба мягко качнул ветвями. — Каждый из нас обладает уникальными знаниями и опытом. Хотя, признаться, иногда мне кажется, что лечить луминарию сложнее, чем вырастить дуб в цветочном горшке!
— Согласен с Сильварисом, — выступил профессор Пузя, удивительное создание с конечностями осьминога и человеческим торсом. — В нашем мире взаимопомощь — ключ к успеху. Особенно когда речь идёт о спасении жизни. Хотя, знаете, иногда я думаю: было бы проще, если бы все пациенты умели плавать!
— Довольно! — неожиданно строго прервала их Магдалена. — Мы здесь для обмена опытом, а не для споров. Продолжим лекцию.
Аудитория затихла, и профессор вернулась к теме, умело направляя разговор в конструктивное русло. Она начала рассказывать о специфических увечьях каждой расы, демонстрируя на голографических проекциях различные случаи из практики.
— У домовых часто встречаются повреждения от бытовой магии, — объясняла она. — У гномов — травмы, связанные с горными работами. Кристаллоиды подвержены энергетическим дисбалансам… А луминарии, кстати, иногда страдают от переизбытка собственного высокомерия!