Русалки. Выбор
Шрифт:
Как реагировать на это признание я не имела ни малейшего понятия.
— Ты — моя внучка, — повторил дедушка уже спокойнее, — он — абсолютно посторонний тритон, пускай и наследник Марианского. Разумеется, твоя жизнь стоит для меня на первом месте. А ещё он — взрослый мужчина, который знал, на что шёл, ты же — ещё ребенок, который опять влез во взрослые игры… Я ведь не целитель тебе, чтобы руководствоваться шансами на выживание!
Получалось, если бы не я, у Владислава Владимировича был бы шанс выжить… Но с другой стороны дед оказался там только ради меня. Ради «абсолютно постороннего тритона, пускай и наследника Марианского» он не стал бы лезть в пекло и рисковать сам.
Слова деда заставили меня наконец осознать, то, что я так до конца и не осознала за всё
Оказавшись в знакомой гостиной, сразу направилась к Первому Лорду.
— Света? — удивился он. Видимо, что-то отразилось на моём лице, потому что целитель тут же подскочил ко мне: — Что случилось? Ты в порядке?
— Освейн, я действительно чуть не умерла?
— Дошло наконец? — хмыкнул мужчина, сразу успокоившись. Усадил меня на пуфик и подтвердил: — Да, Света, действительно. Когда мы тебя нашли, уже у русалок, жива ты была только благодаря заклятьям настоятеля и их с Селестиной полю, — серьёзно сообщил он. Я вздрогнула. — Успокоительное?
— Давай…
Знакомый полог спокойствия позволил наконец глубоко вдохнуть.
Убедившись, что заклинание подействовало, Освейн встал, порылся в живописной куче на металлическом столе старомодной конструкции, извлёк нечто на цепочке и вручил мне со словами:
— Я знал, что такое может произойти, но, признаться, не думал, что так скоро, иначе сделал бы тебе амулет раньше. Сожмёшь и подумаешь обо мне, я почувствую.
Амулет при ближайшем рассмотрении представлял собой обычный желудь, заключенный в серебряное кольцо, к которому крепилась цепочка.
— Надевай! — заметив, что я медлю, приказал Первый Лорд.
— Да у меня и так… — я вытянула из-под ворота блузки две цепочки. Дедушкину и Аллейна.
— И что?
В качестве аргумента мне была предъявлено целое ожерелье из амулетов различной направленности, охватывающее предплечье самого Лорда. «А ты для браслетов ещё маленькая!» — было заявлено мне, когда я попыталась возмутиться. Пришлось надевать.
Анастасия
Полтора миллиона русалок нужно было как-то прокормить и разместить. И если с первым справились повелители воды, то со вторым предстояло справляться самим. Впрочем, жители это понимали и без дела не сидели. Развернувшееся в кармане строительство приняло уже какие-то невероятные обороты: на стройку только и успевали подвозить стройматериалы, зачастую используя в качестве них остатки домов из той части города, что не подлежала восстановлению. Илина, помогающий ей Виктор — дядя Владимира, недавно вышедший из отката — и команда градоправителя сбивались с ног и хвостов, пытаясь всё вовремя согласовать, организовать и доставить, решая то и дело возникающие споры и проблемы, согласуя внеочередную доставку продовольствия, медикаментов и вещей первой необходимости с поверхности, и банально открывая-закрывая порталы в карман. Целителям работы в Марианском тоже хватало: без травм на стройке не обходилось, да и последствия обрушения купола ещё сказывались, так что помочь им Анастасия могла только советами. И то поздней ночью, когда добиралась до дома. В этой ситуации коллег по дару, остающихся на поверхности, она уже тихо ненавидела. Да, умом понимала, что и там в связи с военными действиями и применением Охотниками препарата в городах, их силы требовались, но сердцем не могла простить пренебрежение теми, кто вынужден был укрыться в кармане.
Так что появление Маргариты Николаевны она встретила мрачно. И сперва закончила исцеление, а потом уже подняла на неё взгляд, хотя ничего серьезного тритону не грозило.
— Рита? — прозвучало это с вызовом.
— Давно я не видела, как ты исцеляешь… — задумчиво заметила её наставница.
Проглотив замечание, что чем наблюдать, могла бы и помочь, дождалась, когда пациент, истово благодаря, покинет кабинет, и поинтересовалась:
— Это комплимент или наоборот?
— Комплимент, — заверила та, что когда-то учила её владению
— На поверхность? — сразу догадалась Анастасия. Других вариантов тут не было. — Откажусь. Пока Владимир не выздоровеет, я не покину город. Да и потом без крайней необходимости тоже. Моё место в Марианском. Здесь моя семья. То, что от неё осталось.
На что ей намекает, бывшая директриса сообразила сразу:
— Эн, я понимаю, что ты злишься на меня. Но ты же должна понимать, я ничего не могла сделать. Никто бы не смог.
В голубых глазах сверкнул лёд:
— Анубис бы смог. Если бы ты сразу сообщила мне, я бы возможно успела с ним связаться. Да ты и сама могла его вызвать. — Умом она понимала, что если бы время Владислава пришло, даже Анубис бы ничего не сделал, но принять это было сложно. А уверенности в том, что это не так у Маргариты не было. Оставалось ещё раз мысленно поблагодарить правителя Канисарской Империи за то, что вмешался даже без вызова и просьбы. Но за цену этой помощи — невозможность сказать никому, включая мужа, дочь, супругу сына и внучку, что тот жив — атлантийку она сейчас ненавидела.
— Эн… — начала было долгожительница.
Энастия Лайон перебила:
— За последнее время ты дала мне множество поводов себя ненавидеть.
— О чём ты? — кажется, Маргарита Николаевна не понимала.
— Мне перечислить? — холодно осведомилась её ученица. И не дожидаясь ответа, озвучила то, о чём так долго молчала: — Ты умолчала о том, что у меня есть внук и правнучка, — она загнула большой палец и сразу за ним подогнула указательный: — Ты без спросу вмешалась в его поле и, сильно подозреваю, именно это вмешательство не позволило ему Превратиться. Ты ничего не сказала Илине о его магических способностях. Вместо этого ты закрыла его поле иллюзией. Ты использовала мою дочь, чтобы получить передышку, заставив её пожертвовать счастьем с сыном. И не нужно пытаться меня убедить в том, что это был её выбор. Ты сама сделала этот выбор за Илину: не двадцатилетней девчонке сопротивляться твоему авторитету. Да и потом сказать, что он маг, мне ты тоже не удосужилась. — Пальцы на одной руке закончились и она перешла на вторую: — Ты ничего не сказала мне о Свете, хотя, когда они с Андре заблудились в полуреальности, для этого был вполне подходящий момент. Ты ведь их искала, а значит знала об этом. Знала и о моих возможностях поисковика. Я не снимаю в этой ситуации вину с Илины, она тоже могла бы сказать тогда, но и твоя вина в произошедшем, в Светиной помолвке есть.
— Тебе бы не хватило сил вытащить обоих.
— С накопителями бы хватило, — отрезала Анастасия. — Но я вытащила только Андре. Свету связали ненужными ей узами. А ты, узнав об этом, опять промолчала. Хотя не могла не понимать, что в данном случае дело вовсе не в её деде, а в том, что она наследница Марианского.
— Вы могли этого и вовсе не узнать.
— Сама-то в это веришь? Лорды сделали ставку на то, что, узнав о ней, Владимир сделает Свету наследницей. Не узнай мы от Илины или не пойми этого сами, они бы нашли способ донести до нас эту информацию. Им нужна была наследница Марианского, и они её получили. И одним богам ведомо, к чему это приведёт.
— Владимиру достаточно убрать её из списка наследников.
— И оставить там только Илину с Арианой и Андре? Он на это не пойдёт. И потому что трое наследников уже слишком мало, и потому что именно Света — та наследница, о которой он всегда грезил.
Этим ей, кажется, удалось не на шутку удивить долгожительницу. Та Свету явно в этой роли даже не рассматривала.
— Он отдаст ей Марианский?! Отдаст его Лордам?!
— Свете отдаст. А проблемы с Лордами бы не было, если бы ты тогда не промолчала. Как промолчала о помолвке и потом. Заставив нестабилизировавшуюся девочку в одиночку барахтаться в паутине плетущихся вокруг неё интриг. То, что она справилась, заслуга её собственная. — Анастасия демонстративно загнула средний палец левой руки и продолжила: — Ты и другие члены Совета бросили моих родных, когда Марианский атаковали. Вы ничего не сделали, чтобы хоть как-то помочь. И наконец, ты ничего не сделала, чтобы спасти жизнь моего сына. Хотя могла.