Ритуал Старлинга

Перри Девни

Я перевернула страницу своего дневника и обмакнула перо в чернильницу.

Королева Старлингов

Но прежде чем я успела начать рассказ о возвышении и правлении моей тети, в нишу вошел Факсон с охапкой книг в руках.

— Это все. — Он положил их на край стола, вытирая пот со лба тыльной стороной рукава. — Некоторые из них довольно тяжелые. Если ты захочешь взять какую-нибудь с собой, когда будешь уходить, я буду рад сопровождать тебя и помочь донести их.

— Спасибо. — Я закрыла дневник и отложила перо в сторону.

Я попросила у Факсона какие-нибудь книги

о каландрийских преданиях и истории, а также о прошлых миграциях. Возможно, если я просмотрю достаточно книг, то узнаю, почему Каландра отличается от Кенна. Узнаю, почему Востеры обладают магией. Почему мне было так плохо, когда я только приехала. Почему Старлинг попадала в ловушку в своем измененном обличье.

Может быть, я найду способ спасти Зендру.

Если она все еще жива.

Я потянулась за книгой, лежавшей на самом верху стопки. Она была маленькой, чуть больше моей ладони, и больше походила на роман, чем на фолиант.

— Что это?

— Ну, ты просила меня найти что-нибудь об истории Каландры. Это скорее сборник рассказов, чем история, но я подумал, что тебе может быть интересно.

Я открыла обложку и прочитала название. «Девяносто историй Соннета».

Факсон присел на край стола.

— Это сборник из девяноста рассказов, написанных человеком по имени Соннет. Когда-то он был знаменитым гладиатором в Лейне, которого никогда не побеждали ни люди, ни звери. Благодаря своему мастерству он заслужил расположение Мака.

Мак. Каким богом он был? Богом Смерти. Или Иззак был Богом Смерти, а Мак — Богом Войны? Я часто путаю имена Шестерых.

— Соннет скитался по пустыне девяносто дней во время миграции, — продолжил Факсон. — У него не было ни магии, ни убежища, ни оружия. Он должен был стать легкой добычей крукса, но Мак сжалился над ним и дал ему истории, которые тот мог рассказывать круксу. В течение девяноста дней Соннет шептал эти истории о магии, монстрах, войнах и легендах. И когда круксы наконец покинули Каландру, он вернулся домой, чтобы написать эту книгу. В ней больше преданий, чем фактов, но она значительно интереснее, чем некоторые другие. И ее легко носить с собой.

— Спасибо. — Я положила ее рядом со своими дневниками. — Тогда я возьму ее домой, чтобы почитать вечером.

Факсон встал, разглаживая наплечник и поправляя шнурок, завязанный на поясе. Он переминался с ноги на ногу, открывая рот только для того, чтобы закрыть его, прежде чем заговорить.

— В чем дело, Факсон? — спросила я, хотя уже знала ответ. Именно об этом он уже говорил с Андреасом.

— Леди Каспия. — Он расправил плечи. — Я пойму, если ты откажешься. Я понимаю, что ты можешь счесть это чрезмерным. Но с моей стороны было бы упущением не попросить тебя об этом. Я хотел бы попросить твоего разрешения усыновить Коса. Мы с мужем часто говорили о том, чтобы завести детей, но нам хотелось, чтобы это был правильный ребенок в нужное время. Прошло достаточно много лет, и мы оба думали, что, возможно, это время никогда не наступит. Потом появился Кос, и, ну… мы оба очень привязались к мальчику благодаря нашим занятиям.

Муж Факсона, Гейбл, был мастером оружия в замке. Он,

как и Факсон, когда-то тоже учил Андреаса. И теперь Кос был их учеником. Меня совсем не удивило, что мальчик завоевал их сердца.

— Я понимаю, что мы стареем. — Факсон наморщил лоб и сжал руки. — Но наш дом устоялся. Нашей семьи просто не хватает…

— Коса, — сказала я.

Он кивнул.

— Андреас не возражал. Но он настоял на том, чтобы я спросил тебя.

— И я вас благословляю. — Я встала и подошла к библиософу, чтобы пожать ему руки.

Глаза Факсона наполнились слезами, прежде чем он заключил меня в крепкие объятия.

— Спасибо.

Я рассмеялась, обнимая его в ответ.

— Хорошо. Милостью Божества, Косу повезло, что у него есть вы оба.

— Спасибо Дарье за ее удачу и Арабелле за ее любовь. — Он отпустил меня и вытер щеки. Затем он указал на стопку книг. — Я позволю тебе вернуться к твоей работе, а сам найду Гейбла и поделюсь с ним хорошими новостями.

Когда он поспешно вышел из ниши, я вернулась на свое место с улыбкой на лице. Прошло много времени с тех пор, как видения в последний раз делали меня счастливой. Может быть, со временем я забуду об ужасном будущем, которое видела, о проблесках смерти и потерь. Может быть, те видения затмят те, что связаны с любовью и жизнью.

Я порылась в книгах и выбрала одну из середины стопки.

Защита от миграции: Анализ

Я открыла обложку, затем перевернула титульный лист только для того, чтобы край бумаги врезался в подушечку моего пальца.

— Черт. — Я зашипела, отстраняясь, чтобы осмотреть порез.

На кончике моего пальца выступила капелька крови. Темно-зеленая.

Моя кровь в Нелфинексе была красной.

Впервые я увидела эту зеленую кровь на солнце, когда бродила по улицам Росло и натерла себе мозоли от тапочек. Я провела бессчетное количество часов, размышляя, как такое возможно. Как сильно изменилось мое тело.

Должно быть, именно поэтому Старлинг на Каландре становилась другой. Возможно, причина, по которой мне было так плохо, когда мы только приехали, заключалась в том, что каждая клеточка моего существа изменилась, включая цвет моей крови. Это, должно быть, из-за магии.

Изменилась ли кровь Востеров, когда они прибыли с Кенна? Или они просто были одарены магией? Какой бы болезненной ни была наша первая встреча, я бы перенесла ее еще десять раз, если бы у меня была возможность снова поговорить с братом Нолдом.

С каждой прочитанной книгой у меня возникало все больше вопросов.

Звук тяжелых шагов заставил меня спрятать руку под стол, как раз в тот момент, когда Андреас вошел в нишу, его жакет был расстегнут, а завязки на шее ослаблены.

Он выглядел измученным и расстроенным, но у его глаз появились морщинки, когда он одарил меня мягкой улыбкой, обошел стол, встал позади моего стула и наклонился, чтобы поцеловать меня в лоб.

— Привет, сердце мое.

Это ласковое обращение он использовал еще в доках. Я бы снова прошла через всю боль и мучения, только чтобы услышать, как он называет меня «сердце мое».