Ритуал Старлинга
Шрифт:
— Да.
— Откуда?
— Прошло очень, очень много времени с тех пор, как я слышал, чтобы кто-нибудь называл меня Вельвиос-телфер.
— Как много?
— Со времен войны. Я уже сбился со счета, сколько лет назад.
Войны начались более четырехсот лет назад и продолжались поколениями.
— Как такое возможно?
Брат Нолд посмотрел в сторону стола с двумя деревянными стульями. Он поднял руку, и один из стульев оторвался от пола. Он подлетел к нему и тот поставил его на пол. Затем сел, его бордовая мантия собралась в складки, закрывая ноги.
—
— На корабле.
— Тебя звало сюда, не так ли? Ритуал. Ты Старлинг. Прошло много, очень много времени с тех пор, как я видел кого-то с золотыми глазами Старлинга.
— Да. — Я кивнула. — Но мой ритуал провалился. Я не перевоплотилась.
— Перевоплотишься. — Это прозвучало как предзнаменование смерти.
То, чего я так долго хотела, — стать Старлингом, — теперь казалось мне гибелью.
— Путешествие с Кенна на Каландру для большинства невозможно. Эта земля мала по сравнению с Кенном. Любая ошибка в навигации означает, что моряк может пройти мимо, даже не подозревая, что она здесь. Я подозреваю, что без ритуального зова ты бы ее тоже не нашла.
— Так вот как вы сюда попали?
— Я Востер. У нас нет ритуала. Но мы избежали войн благодаря помощи трех твоих предков Старлингов.
— Они пришли сюда. И ушли?
— Только один. Двое других… Эта земля забрала жизни других Старлингов.
Я лихорадочно думала о том, как они могли умереть. Нет, не умерли. Их жизни были забраны.
— Они превратились. И не могли вернуться обратно.
Брат Нолд склонил голову набок.
— Ты пришла сюда не одна.
— Нет, — прошептала я. — Моя кузина, Зендра, пришла со мной. Она превратилась в бэарвульфа. А потом попыталась убить меня.
— Ах.
— Что с ними случилось? Со Старлингами, которые привели вас сюда?
— У нас не было выбора. Это была либо наша смерть, либо их.
Я с трудом сглотнула.
— А третья?
— Она улетела и оставила нас в покое.
— Как стриж?
Брат Нолд кивнул.
— Значит, надежда есть. — Я прижала руку к сердцу, и оно забилось сильнее, надежда в моей груди чуть не довела меня до слез.
— Не надейся, — предупредил он. — Она была старой и могущественной Пташкой, но даже она не могла вернуться в свой человеческий облик. Она убивала месяцами. Каждый человек, с которым она сталкивалась, отправлялся в тени. Мы не знаем, вернулась ли она в Нелфинекс. Мы были благодарны, когда она ушла.
Должно быть, она вернулась в Нелфинекс. Должно быть, она нашла дорогу домой.
И, вероятно, именно из-за нее Старлингам было запрещено появляться на Каландре. Потому что сотни лет назад Старлинг прилетел на этот континент и стал чудовищем. Это проблема.
Она была катализатором принятия нашего закона.
Что еще она сделала?
— Крукс мигрировал на Каландру до вашего прибытия? — спросила я.
— Нет.
Милостивое Божество.
У стрижей было острое обоняние. Они были территориальными птицами, тесно связанными со Старлингами, больше, чем с любым другим существом на Нелфинексе.
Что-то в том
Здесь все дело в ужасах. Здесь Востеры обладали могуществом. Здесь Старлинги были монстрами.
Почему? Чем же Каландра отличалась от других?
Магия.
— Вы заставили эти книги летать, — сказала я. — Как?
— Как так получается, что кровь Старлинга позволяет тебе превращаться? Я не знаю, почему нам была дарована эта магия, когда мы добрались до этой земли.
— Вы когда-нибудь возвращались в Бису? — спросила я.
— Нет. — Он опустил подбородок. — Мы не можем вернуться. Мы поклялись.
— Кому? Каландрийцам?
Брат Нолд провел пальцем по своим бледным губам и не ответил.
— Андреас сказал, что вы эмиссар короля.
— Да, дитя. Братство стремится к тому, чтобы то, что произошло на Кенне, не повторилось на Каландре.
— Вы имеете в виду войну и преследования вашего народа.
Он кивнул.
Я хотела подробнее расспросить о его магии. О его роли в Куэнтисе и о том, что именно значит быть частью братства. Но боль от его магии начала проникать мне под кожу все глубже. Головная боль вернулась с удвоенной силой.
— Почему ваша магия причиняет боль?
— Потому что ты Старлинг. Тебе не суждено быть здесь.
— Но я не Старлинг. Пока нет.
— И все же ты это чувствуешь.
Я кивнула и прижала руку к сердцу, чувствуя, как оно колотится внутри.
— Иди, дитя. Оставь Каландру. Пока не стало слишком поздно. — Брат Нолд встал, поклонился и ушел. Когда покалывание от его магии исчезло, и я смогла дышать полной грудью, когда моя голова перестала кружиться, я поняла, что он покинул библиотеку.
И я, без сомнения, знала, что больше его не увижу.
Тридцать восемь
Каспия
Мраморный пол залит кровью. Бордовый цвет растекается по глянцево-белому. Мечи и стрелы разбросаны вокруг безжизненных тел. Солнечный свет струится сквозь окна, окрашенные в синие, зеленые и желтые тона.
Через широкие балконные двери в большую комнату, наполненную эхом, врывается ветер. Он ерошит перья на моих крыльях. Он вызывает металлический привкус смерти. Этот привкус я ощущаю на языке.
Передо мной стоит мужчина, в одной руке у него болтается меч, а другой он зажимает рану в боку. По его лицу текут кровавые слезы.
— Пожалуйста, Каспия.
Каспия.
Где-то глубоко внутри женщина по имени Каспия кричит. Она жаждет вырваться на свободу. Освободиться от мучений и огня, горящего в ее венах. Но ее крик — ничто по сравнению с болью, безумием и жаждой крови. Смерти.
Каспии нет.