Ренессанс

Аршинин Иван

Я вернулся в реальность. Воображаемое полотно исчезло, и звук старого проектора выветрился у меня из головы.

Я посмотрел на часы и понял, что просидел тут довольно долго и сильно промерз.

Шмыгнув носом, и, встав с мокрой лавки, я быстро кинул взгляд на памятники и отправился к выходу.

Глава 8

Первым делом дома я принял горячий душ и выпил большую чашку кофе. Это подействовало на меня ободряюще, и захотелось что-то делать. Впервые за много лет. Но делать было нечего. Мне хотелось как-то помочь кому-нибудь, но кто примет от меня помощь? Да и вообще, чем я могу помочь людям? С финансами постоянные проблемы,

после каждой зарплаты сидишь и высчитываешь, на что потратить деньги и незапланированные траты будут совсем не кстати, поскольку все распланировано точно. Помнится, у меня как-то пробило кран в ванной, пришлось покупать новый и вызывать мастера, который все сделает, но ему нужно было заплатить. Мне потом пришлось две смены подряд ходить почти без еды. Возможно, мои проблемы решились бы, если бы я переехал в квартиру поменьше, но, как я и говорил, эта мне очень дорога. И неважно, что приходиться переплачивать. Я, конечно, мог бы сдавать комнаты, но меня тут же охватывает ревность, как только я представлю, что кто-то будет трогать вещи моих родных.

В запасе есть еще один выходной (предыдущие два пробежали со скоростью молнии, толком даже не могу вспомнить, что в них произошло), и можно провести его как-нибудь с пользой, и я предпочел спорт. Решил, что неплохо пробежаться километр-другой.

Бег как всегда дался легко. Я просто бежал, покуда не почувствовал, что ноги несут меня все слабее, и если еще один шаг, то на обратный путь сил не хватит.

Шапка промокла настолько, что хоть выжимай, да и пахнет, наверное, не лучшим образом от меня. Майка и куртка тоже промокшие. Мне жарко так, что хочется снять куртку, но этого делать не стоит, в миг можно схватить простуду. А на дворе уже осень, и изо рта клубами выходит пар. Воздух слегка морозен и свеж. Город насквозь промок, и все здания стали похожи на вымокшие серые коробки. Когда я был подростком, лет так семнадцати, я был уверен, что уеду отсюда. Туда, где после двенадцати ночи город не пустеет и не уходит в свой сумрак, а наоборот, расцветает и тонет в неоновых вывесках и рекламах. Движение не прекращается ни на секунду, и смотря с балкона вниз, ты видишь не просто редко проезжающие машины, издающие шуршащий звук по асфальту, а еще и снующих пешеходов, ты видишь, что жизнь идет, вокруг тебя все движется.

Подобные вещи есть и в Нью-Тауне, но мне хотелось масштабов мегаполиса.

Сейчас эта мечта уже совсем невыполнима. Она просто недосягаема. Я знаю, что меня ждет прозябание в этом городе, где жизнь проходит в работе, и ты ничего не успеваешь посмотреть в мире, разве что с экранов телевизора и компьютера. Это все, на что я могу рассчитывать.

День прошел быстро, и я порядком устал, мышцы ныли. Лег я довольно рано, так как завтра вставать на работу.

Утро. Будильник. Душ. Сборы. Вот я уже бегу на автобусную остановку. На улице еще холоднее, чем вчера, на траве легкий иней, а мои уши нещадно пощипывает холод. Я накинул капюшон на голову. Лето закончилось только вчера, а температура резко упала вниз. По телевизору только и твердили, что нас ждет аномально холодная осень, чем это вызвано – непонятно. И в кои-то веки синоптики оказались правы, действительно резко похолодало.

В автобусе как всегда нещадная толкучка, я сразу занял свое место и терпеливо уставился в окно.

Глава 9

Смену я принял как всегда. Небольшой диалог между мной и другим охранником, и он уходит, оставляя меня в блаженном спокойствии и тишине.

Мой выход выпал на выходной, а это означало, что я буду один весь день, и никто даже не подумает прийти. В выходные мне нравилось работать больше всего. Можно и в течение дня поспать, если уж совсем невмоготу. Я делал это очень редко, так как ночью уснуть не смогу, а она будет тянуться, как на зло, очень медленно.

До обеда я не отлипал от ноутбука. После, когда спина совсем затекла от сидения на твердом стуле, я вышел на крыльцо подышать свежим воздухом.

На улице заметно потеплело, иней с травы ушел, и даже утренняя роса уже успела сойти на нет. Небо было довольно безоблачным по сравнению с тем, что было вчера и сегодня утром. Лишь несколько густых и пышных облаков попали в мое поле зрения. Солнце еще не остыло от летнего сезона и довольно ощутимо пекло, отчего можно было неплохо загореть. Ходить кругами мне вскоре надоело, и я решил, что неплохо позавтракать, но в данном случае скорее пообедать. Живот предательски урчал. Пара бутербродов сделали быстро свое дело. Смотреть кино мне совсем не хотелось, от него порядком стало тошнить. Книга – лучшее решение в данной ситуации.

Проведя пару часов за безотрывным чтением, я стал заметно уставать, глаза стали слезиться по причине редкого моргания при чтении. Но решив не бросать начатое, я все же добился успеха и прикончил книгу. Для этого, правда, потребовался еще час. Глаза совсем ссохлись, и создавалось впечатление, что в них насыпали песка.

Умыв хорошенько лицо холодной водой, я обильно смочил глаза водой. Им стало намного лучше.

Время подходило к шести часам вечера, и нужно было чем-то себя занять еще часов на шесть, а потом можно поспать. Благо, объект, на котором я работаю, совсем тихий, и тут никого не бывает. И мне не приходилось пользоваться тревожной кнопкой, за исключением недавнего инцидента.

Остальное время я провел совершенно бесполезно, меня то и дело клонило в сон, но я с этим боролся.

На улице стало темнеть, и я включил освещение на территории.

Вот уже почти двенадцать часов вечера и можно спокойно отбывать ко сну.

Я поудобнее улегся, подвинул обогреватель ближе к дивану, в помещении стало очень холодно из-за погоды за окном, вечером температура вновь уверенно стала падать к нулю. Установив будильник на шесть-тридцать, я закрыл глаза.

Холод ночью меня не беспокоил, обогреватель старался в полную силу. Я спал крепко.

Меня пробудил странный звук, словно кто-то вставил в колесо от велика эластичную палку и во всю силу крутил его. Конечно вертолет, и судя по звуку, совсем не один. Я взял телефон со спинки дивана и посмотрел еще совсем сонными глазами на дисплей. Время. Три-сорок семь. Звук становился все громче по мере приближения, и внутри меня все передернулось. У меня разыгралось воображение, мне показалось, что вертолет просто падает на здание, в котором я нахожусь.

Нет, я ошибся. Быстро прильнув к окну, я уставился в небо. Оно было еще черное, но звезд видно не было, толи просто облака затянули, толи рассвет близился. Моему взору показалась делегация из трех вертолетов, они весело помигивали красными огнями и на черном небе смотрелись словно беговые коровы на ипподроме.

Я еще никогда не видел столь странного зрелища. Нет, вертолеты, конечно же, летали, и я не раз их видел, но чтобы три сразу, это впервые.

Звук стал еще громче, а потом, когда они скрылись из виду, звук пошел на убыль. Может, какие-то учения у них, подумал я и улегся обратно.

Оставшиеся часы я проспал совершенно спокойно.

На улице снова был холод, если верить прогнозу погоды, днем должно стать чуть теплее. Ну и черт с ней, все равно мне от этого нет проку.

Как обычно после поездки с работы я вышел на своей остановке, пропуская особо торопящихся людей вперед. Воздух был сырым и холодным.

Поправив сумку с ноутбуком, и взяв лямку в руку, я покрепче ее сжал, кинув брезгливый взгляд на троицу, что топталась недалеко от остановки. Все как на подбор, высокие, худые, одежда на них висела, явно, была им большая и давно не стиранная. Они посмотрели на меня, я на них. Дождавшись когда автобус отъедет, я отвернулся и стал переходить дорогу. "Долбанные наркоманы" – подумал я.

Когда я был уже возле своего дома, мою голову пронзила резкая боль, в глазах стало темно, и я понял, что падаю, но ничего не мог с этим поделать. Затем, чья-то рука вырвала сумку с ноутбуком, я пытался удержать ее, но последовал сильный удар ногой по ребрам. А затем еще и еще. Кто-то из нападавших закричал на того, кто пинал меня.