Ренессанс

Аршинин Иван

Глава 10

После ухода офицера Вудса я еще долго просто сидел и размышлял. Я на сто процентов был уверен в том, что Алекс не мог этого сделать. Для чего ему это, просто потешиться надо мной, не думаю. Типичное нападение. Ничего необычного. Нужно связаться с начальством, но мне совершенно не хотелось ничего делать. Тем более разговаривать со своим директором.

Никогда не любил больничные палаты. Для меня они всегда казались чем-то отвратительным. Наверное это воспоминания из детства. Я очень часто

болел и, как бывает, часто лежал в больницах. То проблемы с желудком, потребовалось даже хирургическое вмешательство, то меня покусала собака, разорвав мне ногу. Проблем со мной в детстве родители огребли не мало. А вот моя сестренка росла здоровеньким малышом, даже простудой болела всего пару раз.

Откинувшись поудобнее, я попытался уснуть. Как назло, сон не лез ко мне в голову. Я то и дело открывал глаза и смотрел на часы, что висели напротив моей кровати. Хочется открыть глаза и увидеть, что прошло уже добрых часа два, а на деле и десяти минут не прошло. Я мучился так несколько часов, пока ко мне в палату не зашла эта отвратительная женщина, молча протянула маленький пластиковый стаканчик, где лежали пара таблеток, и стакан воды. Я молча все выпил и снова попробовал уснуть.

Вдруг мне стало настолько невыносимо лежать, что я решил пройтись. Тяжело поднявшись, я сел на краю кровати и стал искать во что мне обуться. Часы показывали шесть вечера, но секундная стрелка шла в обратном направлении. Сломались наверное.

Я ступил босыми ногами на холодный пол и заглянул в шкафчик, где, как оказалось, висела моя одежда. Там также были больничные тапочки. Немного побрезговав, я их надел. Там же висела куртка вся залитая кровью. Машинально потрогав свой затылок, я обнаружил, что бинт весь пропитался кровью. Странно, что кровь еще идет. Да и черт с ней, потом повяжу себе новую повязку. Выйдя в коридор, я осмотрелся. Влево и вправо коридор раскинулся на добрых сто метров, не меньше. Странно, тут очень тихо и совсем безлюдно. Если минуту назад я еще с трудом встал с кровати, то сейчас я не ощущал никакого дискомфорта. Шел бодро. По шее что-то стекло и побежало вниз по спине. Кровь. Повязка вся промокла. Содрав ее с головы, я откинул окровавленные тряпки в сторону. И почему тут так пусто, ведь это центральная больница. Мне казалось, что тут должно быть полно людей.

Я все шел вперед, а коридор словно не кончался. Я обернулся назад, но не смог понять, далеко ли я ушел от своей палаты. Все двери были одинаковые без номеров и вообще без каких-либо опознавательных знаков. Повернувшись обратно, я заметил, что коридор сменил цвет с теплых коричневых тонов на холодный синий. Пол также изменился, вместо бетонного стал деревянным.

– Что за херь?!

Не смотря на все это, я продолжил идти. Вздрогнув от неожиданного звука, я резко обернулся. Дверь, что была слева от меня, резко захлопнулась, словно в палату кто-то только что зашел. Неуверенным шагом я подошел к ней. Вытянув руку, чтобы толкнуть ее, я быстро прочитал надпись на ней: "Не входить, идет операция". Слова были выведены кровью. Озноб пронзил мое тело. Что за херня происходит в этой больнице. Рана на затылке все не успокаивалась, и вся моя больничная сорочка уже насквозь промокла и стала прилипать к телу.

Набравшись смелости, я все же толкнул дверь вперед, и придерживая рукой, стал осторожно входить в помещение. Внутри комната была один в один как моя палата, только с двух сторон к кровати тянулись две веревки.

Я не мог разобрать, к чему они крепились на кровати. Сделав пару шагов, я вмиг все понял. Отпрянув от этого зрелища, я прижался спиной к захлопнувшейся двери. Я не мог понять ,что мне нужно делать, бежать, кричать или помогать этой женщине. Резко развернувшись, я потянул на себя дверь. Закрыто. Кровавый отпечаток от моей спины красовался на светлой двери.

Неуверенно я стал подходить.

– Не бойся, – вдруг раздался голос.

Я чуть не наделал в штаны со страху.

– Твою мать, ты кто?!

Я смотрел на человека, который неожиданно появился возле окна и стоял ко мне спиной. На нем была форма хирурга. Он разглядывал свои руки в латексных перчатках, то и дело поигрывая пальцами, словно ему нравилось этим заниматься.

Когда он повернулся ко мне, я вскрикнул.

На нем была надета хирургическая маска, но глаз не было видно, вместо них зияла чернота. Тьма. Бездна, в которой можешь сгинуть на веки.

– Я – Тень, – твердо представился мой знакомый, он сделал легкий поклон.

– Ты…

– Не ругайся матом, – перебила меня Тень. – Как думаешь, выживет эта особа? – он указал на отвратительную тетку, что перевязывала меня утром. Грудная клетка была вскрыта, и две веревки, которые заканчивались двумя острыми крюками для мяса, были воткнуты в ее тело. А затем кто-то с силой стал разрывать ее грудь до тех пор, пока это не стало напоминать крылья. Ребра были сломаны, но сердце билось, и даже легкие вздымались.

– Она же жива! – воскликнул я.

– Я знаю, – Тень сделал пару шагов к ней и указательным пальцем дотронулся до бьющегося сердца. – Интересное ощущение, – загадочно произнес он.

– Ты совсем больной? – закричал я на него.

– Ровно как и ты, – он убрал палец и посмотрел на него. На перчатке виднелся небольшой след крови, Тень стала растирать это пятно большим пальцем руки. – Она же тебе все равно не нравится.

– Я знаю, но это не повод поступать с ней вот так, – меня всего передергивало от ужаса.

Я посмотрел на ее лицо. Глаза бешено бегали из стороны в сторону, а рот был зашит толстыми нитками и кроме мычания оттуда ничего не доносилось.

– Господи, меня сейчас стошнит.

– Дыши глубже, – успокаивающим тоном стала говорить Тень.

– Знаешь, я стал пятиться назад, иди ты на хер, ты больной урод, который издевается над людьми!

– Это ты зря, Айзек.

Он щелкнул пальцами, и две веревки, что только что висели, упали на пол. Я стоял как вкопанный и наблюдал.

Он щелкнул еще раз, тело стало подниматься с кровати. Было видно, что ей тяжело, мешали вывернутые наизнанку ребра, мясные крюки все также торчали из нее. Это производило на меня ужасающий эффект. Она села на кровати и свесила ноги, ее кишки тут же вывалились на пол. Я как можно сильнее вжался в дверь. Она все также была закрыта. Это чудовище медленно двигалось ко мне, скользя и спотыкаясь в своих собственных кишках.

Когда это нечто достигло меня, оно вытянуло ко мне руки и стало оттаскивать от двери, чтобы повалить на пол. Глаза все также бегали. Я лежала на холодном полу, пропитывая его кровью, ее сердце свесилось из вскрытой груди и касалось моего тела, я чувствовал как оно бьется. Как пульсирует у меня на теле. Она хотела что-то сказать, но зашитый рот не давал ей этого сделать. Она стала предпринимать все усилия, чтобы вымолвить хоть слово.