Ренессанс
Шрифт:
– Кстати, ты не в курсе, почему меня кормят, словно у мня была язва желудка, что это за еда такая, куриный бульон и хлеб. Этим разве можно наесться? – высказал я свое негодование.
– Это не ко мне вопросы, все к поварам.
– Так, ладно, я поеду домой, выпей таблетки, и я ушла, – она протянула мне стакан с водой. Сделав то, о чем она просила, я снова повторил свое предложение.
– Заходи в гости сегодня, а то мне одному тут скука смертная лежать.
– Зайду, – с улыбкой ответила она. – Если все тихо будет, поболтаем.
От этих слов у меня внутри все перевернулось. Теперь мне быстрее хотелось,
– Сегодня днем будет другая медсестра, она хорошая женщина, можешь ее просить, чтобы она перематывала твою голову.
– Может и буду, но мне хочется, чтобы это делала ты.
– Какой ты милый.
Остаток дня я то и дело смотрел на часы и ждал вечера, когда уже наступит смена Евы.
Время тянулось и тянулось, оно шло бесконечно. Ну почему, когда чего-то ждешь, время так медлительно.
Я попробовал пройтись по палате. Размял ноги. Ходить могу, почему бы меня не отпустить домой.
Я подошел к окну. За окном было пасмурно, видимо, недавно шел дождь, все мокрое. А сейчас лег густой туман. Видимость просто нулевая. Даже невидно соседние дома. Погода не радует, в жизни моей происходит кавардак. Я уже думал, что мою унылую жизнь мало что может растормошить. Оказывается, может. Еще эта Ева. Она вызывает у меня огромный интерес. Даже не просто как объект сексуальных желаний, а как человек. Есть в ней что-то, что заставляет тебя смотреть на нее и восхищаться. Одно ее присутствие делает уже половину моего настроения. Может я влюбился? Нет, явно бред. Что меня так цепляет в ней. Ее глаза, маленькая точка – родинка у левого глаза снизу, ее красивые губы, русые волосы. Не пойму. Что, что меня в ней так задевает, отчего я начинаю просто сходить с ума. Я не смог сразу себе признаться, что она производит на меня такой эффект, и только сегодня утром я понял это. Хотя в первый раз, когда она зашла ко мне, я списал это на боль, на усталость, на не пойми что. Мне просто нужен был ответ. Я готов был согласится на что угодно, лишь бы не признаться самому себе, что она мне просто сносит голову. И вроде бы ничего сверх в ее внешности нет, таких девушек много, но ни одна не вызвала у меня таких эмоций, как Ева. Ее манера говорить, жесты, ее мимика, интересно, у нее это все само собой получается. Даже в лучше годы с Сэм, она не вызывала у меня такого чувства, чувства полной обезбашенности.
А может, ты, Айзек, и вправду влюбился? Нет, нет, нет! А вдруг, ты сам себя обманываешь снова? Нет!
Я попытался прогнать эти мысли у себя из головы, попытался занять себя хоть чем-нибудь. Не думать о Еве, не думать вообще ни о чем. Просто сидеть на кровати, смотреть в стену и ждать вечера, когда придет Ева. Да чтоб меня! Снова все мысли сводятся к ней. Вот дерьмо.
Интересно, не забыл ли я, как нужно ухаживать за девушками? А то у меня последние несколько лет, если и были связи с девушками, то обычно они были проститутками. По началу я стеснялся прибегать к их услугам, а сейчас это для меня нормально, главное – переступить через себя, через свой стыд или страх. И, наверное, такое применимо почти ко всему. Переступи через себя, и ты добьешься желаемого результата.
Я все же попытался прогнать все мысли из головы. Я решил попробовать поковыряться у себя в прошлом. В памяти всплыло мое последнее посещение "Неона".
Ночной-клуб “Неон”
Уши
Кто-то хлопает меня по спине и зовет по имени.
– Айзек, Айзек! – меня кто-то сильно трясет за плечо, а голос звучит будто издали.
Это Алекс.
– Ой, прости, – я помотал головой, словно пытался выветрить мысли и пьяный дурман.
– А я думал ты совсем скис, ты чего такой хмурый? – он толкнул меня в плечо и уселся рядом у стойки бара на высокий стул.
– Да голова совсем разболелась, прям вот-вот лопнет, – я поморщился от боли.
Друг между тем облокотился одной рукой на столешницу, а другой небрежно позвал к себе бармена.
– Слушаю вас, – бармен говорил громко, пытаясь перекричать музыку.
– Принеси нам, пожалуйста, два бокала, чего покрепче.
– Ой, слушай, не стоит, – я начал вытягивать руку вперед, словно, он мне уже протягивал стакан.
– Ты давай успокойся, выпьем, и голова твоя пройдет.
– Мне и так хватит. Я правда еле сижу.
– Айзек, кому ты врешь? Думаешь, я тебя не знаю, сколько ты сегодня выпил?
– Достаточно.
Бармен, между тем, принес пару бокалов, наполненных коричневой жидкостью. От одной мысли, что мне придется это пить, стало тошнотворно.
– На вот, возьми, – Алекс аккуратно пододвинул мне стакан и принял прежнюю позу, подперев голову правой рукой. – Ну что, за что выпьем?
Я только пожал плечами.
– Давай за нашу с тобой дружбу? – он занес бокал, для того, чтобы стукнуться им с моим.
– Давай, – я сделал то же самое, и звон бокалов утонул в музыке.
Я приложился к стакану, и, к своему удивлению, понял, что напиток не так и плох, отпив, я поставил его на стойку бара. Развернувшись лицом к толпе, облокотившись локтями на столешницу, я сказал:
– Я последнее время думаю обо всем этом.
– О чем именно? – он наклонился ко мне еще ближе, чтобы лучше слышать меня.
– Об этом, – я взглядом указал на всех людей, что попадались мне на глаза. – Ведь она думает, что мы только с тобой вдвоем сейчас пьем и явно не подозревает подвоха.
– Слушай, давай ты тут не будешь мораль читать, а? Ты сейчас ведешь себя, как какой-то олух. Словно, измена для тебя – такое страшное дело. Ты же прекрасно понимаешь, что до слишком серьезных вещей у вас не дойдет.
Да, в отношениях я всегда был полным козлом. Я всегда изменял Сэм. Ничего не мог с собой поделать. Как только появлялся шанс с кем-нибудь переспать, с какой-то девушкой, которая была бы мне симпатична, я сразу хватался за него и пытался довести дело до конца. Блядская моя натура! Возможно, я и поплатился за все это. Наверное, я заслужил, что Сэм ушла к Алексу.
Я слегка застопорился и смотрел в одну точку, чувствуя на себе басы от музыки, которая стоит у меня поперек горла.
– Так что ты там говорил? – пришел в себя я и спросил у Алекса.