Растворяюсь в тебе
Шрифт:
— О... Здравствуйте, мистер МакКорд. Мы как раз знакомились с вашей новой помощницей...
— Вон, — с рычанием перебивает Коул.
Дилан убегает, как нашкодивший щенок. Однако Симону не так легко запугать. Она сжимает руки на талии и ждет, подняв брови, пока Коул не вернет свое внимание к ней.
Он грубовато говорит: — Прошу простить мои манеры, Симона. Это было трудное утро. Я бы хотел поговорить с Шэй наедине.
Симона бросает на меня взгляд, который, как я понимаю, означает, что она находится на расстоянии
Спина Коула обращена в сторону кабинок, поэтому он не видит того, что вижу я через стеклянные стены от пола до потолка: море людей, глазеющих на нас.
Отлично. Какой хороший способ произвести первое впечатление. В следующий раз, может быть, я смогу облевать чьи-то ботинки.
Мое лицо краснеет, сердце бешено колотится, но я стою на своем под испепеляющим взглядом Коула.
Его голос звучит менее сдержанно, чем когда он говорил с Симоной: — Какого черта ты здесь делаешь?
— Думаю, мы это уже выяснили. Я работаю. — Чтобы поглубже вонзить нож, я добавляю саркастическое: — Сэр.
Это неправильное слово по нескольким причинам, но в основном потому, что яркое воспоминание о том, как я стояла на коленях в гостиничном номере с его твердым членом в моей руке, когда он предложил называть его Сэром ради блага Челси, теперь стоит между нами, накаляя воздух.
Я вижу, что он тоже об этом думает, потому что он переминается с ноги на ногу и рычит. А потом он огрызается: — Как?
— Что как?
— Как ты оказалась здесь, на этой работе?
— Обычным способом.
— Как именно?
— Меня наняли.
Очевидно, раздосадованный моими короткими ответами, он громко спрашивает: — Как ты узнала, что будешь работать именно на меня?
— Я не знала.
Когда он лишь недоверчиво молчит, меня осеняет: он думает, что я специально устроилась к нему помощницей, чтобы сблизиться с ним. Мало того, он считает, что у меня на это были гнусные причины.
— Подожди, — говорю я. — Подожди минутку. Я не знала, что буду работать именно на тебя, ясно? Мне никто не сказал, как тебя зовут.
— В это очень трудно поверить.
— Мне все равно, во что ты веришь. Это правда.
Коул складывает руки на груди и смотрит на меня сверху вниз.
Вот засранец. Если бы убийство было законным, он бы уже был мертв.
— Что бы ты ни придумывал о том, почему я здесь, это все ерунда.
— Конечно, да.
В отчаянии я вскидываю руки вверх.
— Я узнала об этой вакансии от подруги!
— Какой подруги? Той же, с которой ты планируешь разделить деньги от компенсации, когда подашь на меня в суд за сексуальные домогательства?
Я уже знала, что он думает о моих мотивах что-то плохое, но не знала, насколько плохое. Это переходит все границы.
—
Когда Коул не произносит ни слова, а лишь продолжает смотреть на меня с тем же презрительным выражением лица, у меня есть ответ.
— Так ты думаешь, что я каким-то образом узнала, кто ты, последовала за тобой в бар и сделала тебе предложение той ночью, все это время планируя наняться к тебе в помощницы, чтобы потом подать на тебя в суд и забрать все до последних штанов.
— Или шантажировать меня, да.
Возмущенная таким предположением, я задыхаюсь.
— Ну, каковы шансы, Шэй? Ты и твои подруги случайно оказались именно в этом баре в тот вечер? И ты случайно решила, что хочешь потребовать от меня секса?
— Потребовать? Я не делала этого...
— А потом, ни с того ни с сего, ты появляешься в моем офисе и первым делом угрожаешь подать на меня в суд?
Он смотрит на мой наряд. Его глаза вспыхивают, а щеки краснеют еще сильнее, чем раньше.
— В блузке, которую я тебе купил?
Лучше бы я выбросила эту дурацкую блузку от Balmain на помойку. Это самая красивая вещь, которая у меня есть, и я хотела выглядеть сегодня на все сто, а теперь жалею, что не выбросила ее на помойку, куда также следует выбросить все мои приятные воспоминания о вечере, проведенном с этим придурком.
— Я не угрожала подать на тебя в суд. Я сказала, что подам жалобу в отдел кадров, если ты продолжишь относиться ко мне неуважительно.
— За этим последовала угроза подать в суд.
— Ладно, хорошо, да, но только если ты уволишь меня в отместку. А теперь, когда я вижу тебя в твоей родной среде, кажется, что ты именно так и поступишь.
Он пытается перебить, но я повышаю голос и продолжаю говорить.
— Мне не следовало удивляться твоему поведению, потому что буквально все меня об этом предупреждали, но, учитывая, что в дверях стоял ты, а не какой-то забитый старик с перхотью на плечах и галитозом5, способным убить верблюда, как я себе это представляла, я была удивлена. Так что ты должен простить меня за то, что я играю в твой нелепый фарс с корыстной историей, но я ни в коем случае не планировала получить эту работу.
Коул подходит ближе, опуская руки к бокам. Теперь нас разделяет всего несколько футов, и мы смотрим друг на друга.
— Хорошо, Шэй. Тогда расскажи мне. Как зовут твою подругу, от которой ты узнала о вакансии?
Я вижу, что он думает, будто это деталь, на которой я споткнусь. Он думает, что я придумаю имя из воздуха, которое он потом сможет опровергнуть как ложь, потому что должность никогда не публиковалась. Или я назову ему имя кого-то в корпорации, кто, по его мнению, сговорился со мной, чтобы заманить его в ловушку и поделить выручку.