Просроченные долги

Батчер Джеймс

Гримсби почувствовал, что его рот открылся, чтобы возразить, но он с трудом заставил себя закрыть его снова.

— Но это больше, чем просто работа на местах — продолжил Гривз — Ответственность перед другим человеком служит сдерживающим фактором в действиях наших сотрудников. Особенно там, где агенты и Аудиторы работают в паре. Департамент возник, когда неординарные и обычные люди нашли общий язык для совместной работы, и мы поддерживаем эту традицию, когда только можем.

Гримсби смог только кивнуть. Директор не собирался вступать в разговор.

—

Итак, позволяя своему напарнику постоянно уклоняться от выполнения своих обязанностей, как перед вами, так и перед отделом, вы показали, что еще не готовы отвечать за более серьезные дела.

Гримсби почувствовал, как его гнев вспыхнул, и от его шрамов посыпались искры.

— Итак, кто же был ответственен за то, что узнал, что именно директор Питерс хладнокровно убил другую ведьму, директор?

Гривз едва заметно приподнял бровь.

— Действительно. И в знак признания этого вам была предложена должность. Однако, если вы не справляетесь с самыми элементарными обязанностями, которые требуются от Аудиторов, как я могу доверить вам те, которые могут стоить жизни?

— Я справлялся с основными задачами в течение шести месяцев! Выполнял случайную работу и поручения без жалоб.

Гривз приподнял бровь.

— Ну, в целом, жалобы были тихими — признался Гримсби.

— Я не говорил "задачи", Аудитор Гримсби. Я сказал "обязанности". На первом месте для вас, работа в Департаменте, на втором люди, которых нам поручено защищать...

— Ну, очевидно...

Глаза Гривза сузились, и внезапно одна из люминесцентных ламп над их головами разлетелась вдребезги, осыпав их дождем стеклянных осколков. Гримсби в шоке отскочил назад, но режиссер, казалось, этого не заметил.

— Не перебивайте меня больше, Аудитор Гримсби, или в обозримом будущем вы станете мистером Гримсби.

Гримсби почувствовал, как у него во рту пересох язык.

— Ваша третья обязанность — продолжил он, стряхивая осколки стекла с плеча своего сшитого на заказ костюма — это обязанность перед вашим партнером. И вы уклоняетесь от выполнения своего долга.

— Моего долга? Что мне делать? Заставить его убраться из дома? Напиши ему заявление о невыезде? Он трижды проклятый Охотник! Я не могу заставить его что-либо делать! Никто не может!

— Охотник он или нет, но если не можешь убедить одного человека выполнять его работу, как я могу ожидать, что ты будешь выполнять и свою, и его? Извините, Аудитор Гримсби — сказал он, доставая из стопки самую тонкую папку из плотной бумаги — но пока вы с напарником не будете готовы к серьезной работе, вам придется заниматься более обыденными делами.

Он протянул папку Гримсби. В нем было едва ли три страницы. Беглый взгляд подсказал ему, что это еще один список имен и адресов, на этот раз для проверки людей, на которых были наложены неизлечимые, но стойкие проклятия, например, растущие зубы вместо волос. Молоко снова потекло.

— Пожалуйста, директор, дайте мне настоящее дело. Я согласен на что угодно! — Он лихорадочно просмотрел

стопку и нашел следующую, самую тонкую папку — А как насчет этой?

Гривз раздраженно поджал губы из-за бесцеремонности Гримсби, но, похоже, позволил ему это — Это дело о "РУИНАХ", которое Аудитор Батори попросила меня отложить для нее.

Гримсби нахмурился. Руины были ритуалами неизвестного назначения и природы, но не это заставляло его сжимать челюсти. Он бы немедленно взялся за такое дело.

Его беспокоило очевидное, непосредственное и вопиющее лицемерие.

— У Аудитора Батори есть напарник? — спросил он.

Выражение лица Гривза стало суровым, как бритва, очевидно, в ожидании дальнейших расспросов Гримсби.

— Нет.

— Я думал, что дела предназначены только для Аудиторов с партнерами. Есть ли причина, по которой Аудитор Батори является исключением? Или её повысили до первого супер-Аудитора, а мне никто не сказал?

Директор потер переносицу, внезапно показавшись очень усталым.

— Потому что, Аудитор Гримсби, она доказала свою компетентность. Вы доказали, что вам просто повезло.

Гримсби замер на полуслове, как будто кто-то вылил на него замерзшее озеро. Он почувствовал, как его мышцы налились тяжестью, и внезапно ему захотелось рухнуть на землю.

Итак, Гривз считал, что он не заслужил своего положения, как и другие.

Если это так, то зачем вообще предлагать ему эту должность?

Раздался стук в открытую дверь, и, обернувшись, они оба увидели одну из ассистенток Гривза, одетую в светло-коричневый пиджак в мелкую клетку, в руках она держала нацарапанную записку.

— Со временем, Аудитор Гримсби, у вас будет шанс. Но не сейчас. Пожалуйста, извините, я отойду на минутку. Он подошел к женщине и тихо обменялся с ней несколькими словами.

Гримсби едва мог его расслышать. Все его тело было скручено напряжением и усталостью, как изношенная пружина под шлакоблоком. Что еще он мог сделать, чтобы проявить себя? Как он мог доказать, что чего-то стоит, если никто не хотел дать ему шанс?

Ему показалось, что сердце упало и начало бурлить в животе, а руки так сильно напряглись от злости, что хрустнули суставы.

Его взгляд упал на папку с файлами "РУИН", отложенную в сторону от стопки.

Он устал ждать, пока кто-нибудь даст ему шанс.

Пришло время воспользоваться им.

Он оглянулся через плечо и увидел, что директор отвлекся на ассистента. Быстро и бесшумно он заменил содержимое своей папки на содержимое папки "РУИНЫ". Затем, увидев, что папка осталась слишком тонкой, он быстро взял несколько страниц из одной из более толстых папок, оставшихся в стопке, и дополнил содержимое.

Он был быстрым и бесшумным, и вскоре понял, что благодарен судьбе за год практики в ловкости рук, который он получил на своей последней работе. Показывать детям настоящее волшебство целый день было утомительно, но имитировать его крупным планом было ничуть не хуже. И гораздо менее утомительно.