Проданная ковбоям
Шрифт:
Мое горло пересыхает от слез и смущения. Я не жду ответа достаточно долго. Единственный выход — сбежать от противостояния, которое кипит за напряженной внешностью Джесси. Мои ноги стучат по ступенькам, и когда я возвращаюсь в свою комнату, я хлопаю дверью, стук сердца отдается в ушах. Я прижимаюсь спиной к прохладному дереву и шепчу тихую молитву, чтобы Джесси простил меня. Я не хочу того, чего хочет он. Неужели я теперь бесполезна для него? Скорее бремя, чем благословение.
Несмотря на все происходящие здесь конфликты, моим приоритетом должна быть Молли и поиск способа воссоединить нас. Меня охватывает сожаление, от которого перехватывает дыхание
Но, конечно, открытость и честность должны чего-то стоить, и я покажу им, что это важно для меня.
— Просто оставь ее, ради бога, — кричит Маверик. Все счастье и позитив, которые обычно придают его голосу мягкость и протяжность, сменяются яростью.
Я ожидаю, что Джесси придет ко мне в комнату и продолжит разговор. Я знаю, что он тяжело переживет разочарование, но Клинт и Маверик захотят пока держать его подальше. Я понимаю, что в этом могу им доверять.
Я опускаюсь на матрас, сворачиваюсь клубочком и закрываю глаза.
Некоторое время спустя, когда я немного успокаиваюсь и прокручиваю в голове все подробности вчерашних и сегодняшних событий, в ящике рядом с кроватью начинает звонить мой телефон.
Я тянусь к нему, и мое сердцебиение тут же ускоряется. Я заряжаю его каждый вечер и оставляю включенным каждый день, но пока он молчит. Я бросаю взгляд на экран, прежде чем быстро ответить.
— Натали?
— Тейлор, слава богу, ты ответила. — У нее перехватывает дыхание, как будто она бежала или была в панике.
— Что такое? Что не так? Это Молли? — я пытаюсь скрыть отчаяние в своем голосе, но знаю, что у меня ничего не получается.
На заднем плане доносятся всхлипывания, и я прижимаю телефон к голове, напрягая слух.
— Молли приходила в пекарню раньше. Она в плохом состоянии. Я привела ее домой. Я не знала, что еще делать. Она очень напугана, Тейлор, и я не знаю, где ты. Ты нужна Молли. Твой отец разгромил дом в поисках денег. Он сказал Молли, что собирается продать ее. Все это не имеет никакого смысла. Она всего лишь ребенок. Все это звучит подозрительно. Ты можешь приехать? Ты можешь приехать сюда?
Я представляю Молли, и все, чего мне хочется, — это дотянуться до телефона и заключить ее в объятия. Я смаргиваю слезы, которые наворачиваются на глаза. На секунду мне кажется, что я могу потерять сознание, затем я поднимаюсь на ноги и начинаю расхаживать по полу.
Он не мог за неделю потратить те деньги, которые получил за меня. Он не дал мне достаточно времени, чтобы во всем разобраться. Что, черт возьми, мне делать?
— Натали. Есть ли какой-нибудь способ оставить Молли у тебя? — это не окончательное решение, но мой отец понятия не имеет, где живет Натали, и пока Молли остается с ней, она будет в безопасности.
— Я могу ненадолго, но как насчет того, когда мне нужно быть в пекарне? Это не может продолжаться слишком долго, иначе моя мама начнет задавать вопросы. — Натали живет со своей мамой. У нее нет ни братьев, ни сестер, а отец ушел от нее еще до ее рождения.
— Можно, она пойдет с тобой в пекарню и спрячется там? Не отправляй ее в школу, иначе он найдет ее. Скажи своей маме, что семья Молли уехала из города по срочному делу. — Я молча молюсь, чтобы Натали согласилась. Я требую от нее слишком многого,
Повисает долгая пауза, пока мы оба обдумываем эту идею.
— Я обещаю, что приеду, как только смогу. Я найду способ.
— Хорошо, но не задерживайся надолго. Я передаю трубку Молли. Подожди...
— Тейлор, — выдыхает Молли. Ее голос словно тисками сжимает мое сердце.
— Молли.
— Я скучаю по тебе, Тейлор! Ты в порядке? Ты можешь приехать?
— Я тоже скучаю по тебе, Молли. Ты можешь побыть с Натали? Делай, что она тебе говорит! Держись подальше от папы, и я приду за тобой. Я обещаю.
— Хорошо.
Ее рыдания переходят во всхлипы, и затем она замолкает, слышен только звук ее хриплого дыхания. Я так часто засыпала под этот звук по ночам, беспокоясь, что под покровом темноты с нами может случиться что-то ужасное. Находясь рядом, я могла защитить ее, использовать свое тело или позволить использовать свое тело другим, что угодно помогало. Сейчас я слишком далеко, чтобы что-то делать, кроме как дрожать и паниковать.
— Молли, мне пора идти. Ты правильно сделала, что обратилась к Натали. Скоро увидимся, хорошо?
— Хорошо, Тей. Я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю. Могу я еще раз быстро поговорить с Натали? — снова пауза.
— Тейлор, мне нужно идти, — говорит Натали. — Пожалуйста, приезжай поскорее. Знаю, что тебя нет в городе, но я боюсь. Я не хочу, чтобы твой отец приезжал сюда.
— Он не приедет. Он не знает, где ты живешь. Я приеду, как только смогу.
Она ничего не говорит, и тишина становится оглушительной.
— И Натали? Спасибо тебе.
Я выдыхаю, чувствуя себя эмоционально опустошенной и отчаявшейся. Сейчас самый неподходящий момент для этого. Как я могу подойти к Клинту, Маверику и Джесси после того, что произошло? Но у меня нет выбора. Это больше не может ждать. У меня время вышло.
Я провожу ладонями по лицу, вытирая слезы. Я поправляю одежду и распускаю волосы по плечам. Я закрываю глаза и мысленно молюсь.
Если я хоть что-то значу для них, если они такие порядочные люди, какими я их считаю, они помогут мне.
Если нет, я уеду отсюда к своей сестре и никогда не вернусь.
16. Долг мужа
Клинт
Мы убираем беспорядок на кухне и даем Тейлор достаточно времени и пространства, чтобы она хотя бы немного успокоилась. Джесси хотел немедленно последовать за ней, но я настоял на своем. Еще один напряженный разговор не сулил ничего хорошего. Маверик ненавидит конфронтацию, а Джесси не способен прислушаться к тому, что нужно другим людям, когда это идет вразрез с его собственными желаниями. Я не в своей тарелке, но я знаю, что у меня больше шансов услышать опасения Тейлор и сгладить разногласия между нами. Я чувствую себя неловко, приближаясь к ее комнате так тихо, как только могу. Мое тело предназначено для гигантских, мощных шагов и изнурительного труда, а не для передвижения украдкой. Тот факт, что я собираюсь утешить кого-то, кто мне по-настоящему небезразличен, является странным, но мощным мотиватором. Я останавливаюсь на мгновение, уверенный, что слышу, как она плачет и ходит по комнате. Но потом ничего не происходит. Я стучу и жду. Раздается шаркающий звук.