Проданная ковбоям
Шрифт:
— Не пошатнет ли это ее устои? Ей нужно, чтобы мы были сильными ради нее. Ей нужна стабильность. — Клинт прикрывает рот и подбородок рукой, мрачно опустив глаза.
— И мы можем предложить ей все это как друзья. Но мы не можем просто продолжать в том же духе. — Маверик засовывает руки в карманы джинсов и выпрямляется, как будто ему нужно больше уверенности, чтобы принять эту суровую правду. — Я не хочу быть с женщиной, которая со мной только из-за тяжелых обстоятельств. Мне нужно, чтобы у нее был выбор, что ей делать со своей жизнью.
— А что,
— Это было бы больно, — признается Маверик. — Конечно, это было бы больно. Я не хочу ее терять. Но, возможно, у нас никогда не было ее — по крайней мере, в том смысле, который имеет значение.
Я не хочу терять Тейлор. Я хочу слушать, как она поет, пока печет, и смеётся над глупыми шутками Маверика. Я хочу, чтобы она поняла сдержанный характер Клинта и увидела, что скрывается за моей раздражительной внешностью. Я хочу, чтобы она узнала нас, прониклась к нам симпатией, уважала и любила. Я хочу для всех нас того, что я запланировал.
Но Маверик прав. Я не могу все контролировать. Тейлор должна выбрать нас, иначе это никогда не сработает. Она просто будет искать способы уйти, и я не смогу смириться с ее уходом, особенно после того, как мы станем еще сильнее привязаны друг к другу. По крайней мере, сейчас мы поступаем правильно.
— Кто с ней поговорит? — спрашиваю я.
Маверик поднимает руки ладонями вперед.
— Я могу, но думаю, тебе следует.
Клинт кивает в знак согласия.
— Даже несмотря на то, что она твоя жена? — спрашиваю я.
— Она моя жена, но это была твоя идея. Это твое ранчо. Это должен быть ты.
— Ты веришь, что я ничего не испорчу?
Они оба кивают.
— Ладно. Я сделаю это завтра.
Впервые с тех пор, как Тейлор приехала, она не встает, чтобы приготовить завтрак. Я понимаю почему. Она эмоционально выжата и истощена. Вместо этого мы делаем то, что делали до того, как она сделала этот дом уютным: готовим себе тосты и пьем кофе большими кружками, чтобы не заснуть.
Когда мы возвращаемся в обеденное время, Тейлор и Молли уже на кухне. Тейлор готовит блюдо, от которого в воздухе витает густой аромат, а Молли в данный момент украшает кексы, которые пахнут сладкими яблоками и корицей. Она заправила свои тонкие светлые волосы за уши и сосредоточенно покусывает нижнюю губу. В ней все так по-детски, хотя она всего на несколько лет моложе Тейлор.
— Привет, — говорю я.
Глаза Молли расширяются при виде меня, когда я снимаю шляпу и оставляю ботинки у входной двери. Рассказала ли ей Тейлор о наших отношениях? Разозлится ли она из-за того, что ее сестра связалась с нами, или обрадуется, что у нее есть надежная крыша над головой? Может быть, она боится нас так же, как боялась своего отца. Эта мысль окутывает меня ядовитым облаком. Клинт и Маверик делают то же самое, двигаясь осторожнее и бесшумнее, чем обычно. Кажется, что мы все ступаем по яичной скорлупе.
— Обед будет готов через двадцать минут. Я уже упаковала сэндвичи, фрукты и пирожные,
— Отлично. Спасибо.
Кексы на столе выглядят такими красивыми, покрытые сладкой глазурью и посыпанные измельченными орехами. Правда в том, что идея Тейлор открыть собственный бизнес — не несбыточная мечта. У нее есть талант и идеи. У нее просто не было возможности.
Может быть, я смогу это исправить. Я иду к себе в офис и звоню Барб, надеясь, что Митч уже поговорил с ней. Она отвечает на звонок со своей обычной жизнерадостностью, и с моих плеч сваливается еще один груз. Как и Митч, она нашла способ забыть о своих проблемах в наших отношениях.
— Мне нужна твоя помощь кое в чем, — говорю я.
— Рассказывай.
Так я и делаю. Я обрисовываю в общих чертах, что мне нужно: кто-то, кто поможет изучить разрешения, которые понадобятся Тейлор для поставок хлебобулочных изделий, информацию о том, что потребуется независимому пекарскому бизнесу в краткосрочной и долгосрочной перспективе с точки зрения оборудования, и места, где она может разместить рекламу. Раньше у Барб было собственное кафе в городе, но она ушла на пенсию около десяти лет назад. С тех пор многое изменилось, но она будет знать, где искать, и у нее появятся полезные контакты.
— Все это звучит просто, — резко говорит она. — Предоставь это мне. И, Джесси, можно я буду первой, кто сделает заказ? На следующей неделе я провожу благотворительный сбор средств. Идея выпечки в те дни, когда у меня болит колено, мне не нравится. Могу я набросать список того, что Тейлор должна сделать для меня? Конечно, я заплачу ей справедливую цену.
— Тейлор будет счастлива, — отвечаю я, уже представляя себе ее лицо, когда я расскажу ей об этом.
Я спрашиваю о Митче, затем мы прощаемся, и я возвращаюсь на кухню.
Клинт и Маверик наблюдают, как Молли доедает кексы. Тейлор раскладывает по тарелкам что-то похожее на лазанью и салат. Я заглядываю ей через плечо, вдыхая насыщенный мясной и чесночный аромат.
— Выглядит просто восхитительно, — говорю я. Мне хочется поцеловать ее в щеку и вдохнуть сладкий аромат роз, но я сдерживаюсь. Пока я не закончу важный разговор, я больше к ней не прикоснусь.
Я беру две тарелки и ставлю их перед Клинтом и Мавериком. Молли встает с подносом с пирожными, медленно и осторожно идет туда, где Тейлор установила подставку.
— Что думаешь? — спрашивает она сестру.
— Я думаю, они потрясающие, и если я когда-нибудь открою свой собственный пекарный бизнес, ты будешь моей первой сотрудницей.
Девушка краснеет от гордости.
— Ладненько, — говорю я. — Давайте поедим.
Как и ожидалось, еда оказалась аппетитной. Тейлор наблюдает за нами с загадочной улыбкой на губах.
— Нам нужно зарегистрировать Молли в школе, — предлагаю я.
Глаза Тейлор расширяются.
— Наверное.
— Ты бы предпочла ходить в местную школу или на дом? — спрашиваю я Молли.