Придуманная жизнь

Торрес Мара

Логр'oньо – город в Испании, административный центр автономного сообщества Риоха

Бильбао – город на севере Испании, административный центр провинции Бискайя

растаманство – молодежная субкультура, важной частью которой является курение марихуаны

Ветуста Морла(Vetusta Morla) – испанская рок-группа (далее в тексте приведены слова из песни Valiente с альбома Un D'ia En El Mundo(2008)

Глава 5. Только это.

Хонас

бросил Карлоту.

– Давай, посмотрим, что он тебе сказал?

– Ничего, он ничего мне не сказал, – ответила по телефону Карлота. – Когда в воскресенье

ночью я пришла домой, он был все таким же, каким я оставила его в пятницу. Он валялся на диване лицом вниз. Я спросила еще раз, не случилось ли с ним чего, а он сказал, что ничего не произошло, и он не хочет говорить. Я пошла в кровать, потому что вымоталась вконец, а он остался смотреть телевизор. Утром в понедельник мы вдвоем пошли на работу и весь день не общались. Он не позвонил мне, я не позвонила ему. А вечером я снова спросила его, не

случилось ли чего, и он сказал, что ничего не случилось.

– Он все такой же странный? – спросила я подругу.

– Точно такой же, как перед поездкой в горы, или даже хуже. Все время ворчит, бурчит,

как медведь.

– И что дальше?

– А дальше во вторник я ему сказала, чтобы он сразу рассказал обо всем, а он заявил,

чтобы я оставила свои расспросы, потому что он не хочет говорить. Он ничего мне не говорит, только просит: “Карлота, я тебя умоляю, перестань задавать мне вопросы”. Понятно, что я замолчала, но в среду целый день думала о том, что с той ночи ничего не прошло. “С той ночи ни черта не проходит,” – сказала я себе. И не прошло.

– И что? – спросила я.

– Да ничего, мы поужинали, и вдруг он выдает, что так больше не может продолжаться, и

что он уходит. “Я ухожу, – говорит. – Как уходишь? – спрашиваю я его, а он мне отвечает: – Да, Карлота, я ухожу. – Да что такое ты несешь, Хонас? Куда ты идешь? – Пока к другу. – А сам смотрит на меня глазами невинного ягненка, а потом говорит: – Я причиняю тебе слишком много боли, Карлота, я не могу так продолжать”. А в пятницу, когда я пришла с работы, он уже забрал все свои вещи.

– Лыжи с великом тоже?

– Тоже.

– А коробку с инструментами?

– Тоже. Он не оставил ничего.

– Я тащусь.

– Представь себе, я тоже.

Глава 6. Хонас и Карлота.

Типичная идеальная пара. Молодые, красивые, приятные, самостоятельные, независимые.

Они жили вместе, но каждый их них по-своему устраивал собственную жизнь. По выходным

Хонас уезжал со своими друзьями, а Карлота – с нами, чтобы подышать воздухом после целой недели, проведенной на диване. Они заявляли, что сумели договориться и прийти к

идеальному соглашению, когда можно любить, не уставая друг

от друга. И нам тоже так

казалось. Больше того, мы с Ритой мечтали найти свои пары, и чтобы они были такими же, как у Хонаса и Карлоты. И вот на тебе, как гром средь ясного неба, все развалилось в одночасье.

Хонас объявил Карлоте, что вовсе не уверен в том, что жизнь с ней будет такой, о какой он

мечтал, и ему необходимо чувствовать себя свободным. Карлота спросила его, что изменилось и откуда ветер дует, раз теперь он заговорил о свободе. Ведь она никогда не

требовала у Хонаса никаких объяснений. И что означает для него свобода, если он всегда делал все, что хотел. Хонас говорит, что Карлота его не понимает, что у него нет с ней

ничего общего, и единственное, что с ним происходит, это нежелание иметь постоянные

отношения. “С какой это стати он уходит?” – недоумевает Карлота. Они прожили вместе пять лет, а теперь, очень удобно сказать, что он не хочет иметь постоянных отношений, которые на этот раз были искренними, и сейчас, видите ли, он говорит, что с ним что-то происходит. А происходит, вероятно, то, что он больше ее не любит.

– Посмотри мне в глаза, Хонас. Посмотри и ответь, ты все еще любишь меня?

– Думаю, что нет, Карлота.

Больше не о чем говорить, поскольку “думаю, что нет” означает просто “нет”. Он ее уже

не любит. Все кончено, все прошло, завершилось, он унес из дома все вещи, включая крем для бритья.

– И что ты собираешься делать? – спросила я, когда мы остались втроем выпить кофе.

– Вычеркнуть его из своей жизни, – ответила Карлота, спокойно ставя чашку на блюдечко.

– Пока я заблокировала его в WhatsApp и Твиттере, удалила из Facebook, и стерла его

номер из мобильника.

– Да, ладно тебе, – рассуждала я, – ты ведь помнишь его телефон наизусть.

– Да, конечно, помню, – размышляла вслух Карлота, – но, если хочешь позвонить, вовсе не

одно и то же набрать номер одной клавишей, или набирать девять цифр. К тому же, вы меня отлично знаете и понимаете, что я не стану названивать ему.

Вот вам и разница между Карлотой и остальными: уж если Карлота говорит, что не станет

звонить, то она и не звонит, даже если ее душа выворачивается наизнанку. Несмотря на то, что желание набрать заветные девять цифр выжжет ей нутро, раз она говорит, что не станет

звонить, то и не звонит.

– Но в понедельник твой день рождения, я уверена, что он тебе позвонит, – заметила Рита.

– Ты за это ухватишься, верно? – спросила я.

– Понятия не имею, может быть и нет. Нам и в самом деле нечего сказать друг другу.

– “Счастья тебе” и “Спасибо”. Вот тебе уже два слова. Вы поговорите друг с другом – и

делу конец.

– “Ага, спасибо тебе, придурок, за испорченную жизнь”. Смотри-ка, у меня вдруг

получилось шесть слов. Все, точка, – когда Карлота ставит точку и уходит в сторону, то это